– Тебя берегут, – я различила в голосе Дэпа усмешку.
– Это же ты? – я думала, что знаю ответ. Я убрала руки от лица, но обнаружила, что меня окутала непроглядная ночь.
– Нет, не я. Кто–то более сильный, – я едва разбирала слова графа. Он будто уходил от меня все дальше и дальше.
– Кто? – превозмогая боль, я поднялась. Раздвигая с усилием вязкую темноту, я тащилась сквозь нее за голосом.
– Тот, кто вложил тебе в руки нож, – это уже был шепот. Пугающий шепот.
– Но разве убийство можно назвать помощью? – возмутилась я.
– Можно, если…
Слова растворились в шуме воды.
Я зажмурилась от яркого света. Надо мной стоял Лось.
– Уф, едва не утонула в луже, – сказал он, убирая с моего лица мокрые волосы. Я закашлялась и меня вырвало водой.
Вернув нормальное дыхание, я поднесла к лицу руку, которую безжалостно кусала змея. Ни одной ранки, зато с рукава форменного сюртука ручьем стекала вода. Хоть выжимай.
Я села. Мои ноги все еще находились в горной речушке.
– Как можно утонуть, ведь она такая мелкая? – ошарашенно спросила я саму себя.
– Иногда и стакана воды хватает, – философски заметил принц Вестерии. – Идти можешь? До второй арки осталось два шага.
Я посмотрела в ту сторону, куда кивнул Эллард, и поразилась. Замыкающая ущелье арка нависала надо мной каменной громадой.
– Когда я успела пройти ущелье? – потрясенно спросила я.
– Наверное, проплыла, – усмехнулся Лось, протягивая мне руку.
– Я где–то забыла свой плащ, – сказала я, повертевшись на месте.
– Завтра принесут. За сутки в Ущелье соберется много вещей. Или трупов, если я, лучший спасатель, не успею вернуться к старту, – он сделал большие глаза, явно насмехаясь надо мной.
– Мой амулет сработал? – догадалась я.
– Он, – Лось показал второй такой же, висящий на его груди. – Все, хватит болтать, пошли. Я должен пасти следующего бедолагу.
– Мне так стыдно, – сказала я, понимая, что завалила испытание. – Вся академия будет смеяться, что я умудрилась утонуть в луже.
– Я никому не скажу, – заговорщицким голосом пообещал Лось. – Если, конечно, ты простишь меня за вчерашнее.
– Договор, – я с готовностью протянула руку. Такие вещи нужно скреплять магически. Зла на Лося у меня не было, и я порадовалась, что он оказался мужчиной, а не пьяной дрянью.
– Договор, – ответил рыжий Лось и крепко сжал мою ладонь. Наши руки прошила болезненная искра. – Давай амулет, его надо вернуть.
Я сняла с себя магический артефакт и сунула Элларду.
Пока дошли, мои сапоги какие только не издавали звуки. Я так и видела осуждающий взгляд коменданта. Мокрая и грязная замша выглядела убого.
«Надо же, не прошло и дня, как мне выдали все чистенькое и новое, а я все испортила».
За аркой стояли болеющие за новичков студенты. Они взорвались аплодисментами и криками – надо мной плыл призрачный Красный Дракон. Откуда–то с неба ревели фанфары. Я и не сомневалась, что я Элита.
Как только мы вышли, ко мне подбежал лекарь в пенсне. У него был с собой саквояж. Я помотала головой, мол, помощь не требуется. Не хватало еще попасть в руки мозгоправа. Он не стал спорить и удалился: из арки показался следующий измученный «герой» в сопровождении призрачного Черного Быка. На одного Разрушителя в мире стало больше.
Ко мне подошли близнецы. Поняв по моему трясущемуся виду, что было непросто, Брэдфорд снял с себя плащ и накинул мне на плечи.
– Ты почему мокрая? – спросил Альвин, услышав, как хлюпают мои сапоги.
– Оступилась, – призналась я.
Даже если бы в нашем мире существовал амулет правды и находился перед моим носом, он не обнаружил бы в моих словах ни капельки лжи. Я просто не договаривала.
– Может, все же позвать лекаря?
– Нет, я дрожу не от волнения, а от холода.
От гомонящей толпы, собравшейся вокруг преподавателя в коричневой мантии, отделился Хечган и присоединился к нам.
– Вы видели?! Кто–то на соседнем холме разжег костер и бил в барабан до тех пор, пока не вышла первая пятерка? – возбужденно сообщил нам Хеч. – Преподаватель магических заклинаний сказал, что звук похож на шаманский бубен.
– Шаман? Здесь? Откуда? – близнецы заозирались. Хеч показал, в какую сторону смотреть, но мы увидели лишь слабый след белого дыма.
– Туда послали охрану. Посмотрим, что скажут, – речь Хечгара прервал мой зубовный стук. Батуриец, наконец, заметил, как жалко я выгляжу, и поинтересовался: – Как прошло?
– Было весело, – без тени улыбки буркнула я. Я до сих пор переживала свою неудачу. – Мне показалось, что я умерла. И это было страшно.
– А ты разве не знала? – брови Хеча взлетели.
– Что я должна была знать? – я пытливо оглядела прячущих глаза близнецов. Лось умчал, как только передал опеку надо мной братьям.
– Ты не поняла, почему испытательный полигон называется «Ущельем Смерти»? – Хечган не мог поверить.
– И почему? – я уже догадывалась, но хотела услышать, права ли я.
– Каждый вошедший в него обязательно умирает. Мнимой смертью, – процедил через зубы Альвин. – Это известно всем.
– Но мне никто не сказал! Услышь я об этом, не повела бы себя, как дура.
– А что у тебя произошло? – простодушно поинтересовался Хеч.
– На меня напала змея. И я никак не могла оторвать ее от себя, пока не умерла от змеиного яда.
– О, мне тоже встретилась змея! – радостно сообщил батуриец. – Надо же, некоторые иллюзии повторяются. Только меня спасла белая птица. Она кружилась высоко в небе.
Я скривила лицо. Ведь я видела птицу, почему же она мне не помогла?
– Роль птицы взял на себя Эллард, – хохотнул старший близнец. – Это он привел Лори.
Я посмотрела на Альвина осуждающе. Мне точно было не до смеха. Дул ледяной ветер и задирал полы плаща. У меня зуб не попадал на зуб. Извинившись, я развернулась и потрусила в общежитие. На сегодня приключений хватит.
Только в комнате, когда я торопливо сдирала с себя мокрую одежду, до меня дошло, что я не знаю, как пользоваться даром. Спросить некого, да и вообще непонятно, как он проявляется. Может, достаточно щелкнуть пальцами, чтобы что–то сработало? Например, зажегся светоч? Экспериментировать я не стала. Побоялась сжечь общежитие.
Переодевшись, я нырнула под одеяло. Стоило согреться, как я погрузилась в сон. Разбудил меня горн, зовущий к ужину. Я достала из шкафа чистую одежду, которую привезла из дома. Хорошо, что мама подсказала, не брать с собой платья. Сейчас я выглядела бы в нем нежным пони в кругу грубых скакунов.
Уже на выходе вспомнила, что побросала мокрые вещи у кровати, где раздевалась. Подняв штаны, сюртук и рубашку, я поморщилась. Мало мокрые, так еще и грязные. Надо бы отнести их в прачечную, я видела такое здание на карте. На всякий случай еще раз глянув на чертежи академии, я засунула все, даже сапоги, в кофр. Пока не умею применять магию, придется пользоваться трудом прачек и сапожников.
Даже у нас во дворце магией пользовались только в срочных случаях, считая, что даром не стоит разбрасываться. Всю работу по обслуживанию дворца делали своими рученьками простые люди. Поэтому я не думала, что мне откажут, сказав, вот вода, вот мыло – колдуй!
Бросив на плечо чужой плащ, я побежала в прачечную. Надо успеть избавиться от сумки до ужина. Представляю, как на меня будут глазеть, если я притащусь в столовую с огромным баулом.
Прачечная встретила тишиной. Из крана капала ледяная вода. На передвижной вешалке позвякивали металлические плечики.
– Вот мыло, вот вода – колдуй, – повторила я вслух свои страхи. Уже развернулась к выходу, чтобы уйти, как заметила сидящего на перевернутом ведре графа Депоша. Он выглядел уставшим. Волосы лохматые, на лбу поблескивают капельки пота. Доведет его до припадков эта игра в одноногого пирата.
Когда он поднялся, я взвизгнула от радости и бросилась ему на шею. Вот, кто мне наколдует чистую одежду.
– Как прошли испытания? – спросил он, снимая мои руки со своей шеи.
