Последние недели были его личным, персональным мучением, когда каждая мышца в теле горела, а мысли заполняли только самые низменные, животные потребности. Он старался держаться от Дан подальше, но не мог. Наоборот, со временем он всё больше убеждал себя, что и ей этого хочется.
Особенно в ту треклятую ночь рядом с таверной, когда он очнулся уже на ней, подбираясь к обнажённой коже, упираясь в неё горящим, болезненным бугром на штанах, и всё, чего он хотел, — это оказаться в ней, сгореть, умирать в сладких спазмах вместе. Ему всерьёз казалось, что если он не окажется в её жаркой, тесной глубине в ту же самую минуту, он просто умрёт.
Но она не хотела.
Запах отвращения и даже запах страха ощущался волнами, и отрываться от неё было физически больно. Она была прямо под ним — доступная, слабее его.
«Я не хочу, я не хочу, я не хочу» — эти слова тогда ударили его сильнее любого кулака, любого пинка. Он не мог поверить что дошёл до подобного. И сегодня он не был уверен, насколько сильно эти события повлияли на Дан. Она сильнее, чем все женщины, что он знал, но наверняка не подпустит его к себе сразу.
По крайней мере теперь, когда ей больше не нужно изображать мужчину, он сможет открыть свои намерения.
Стоило девушке войти в просторное, выделенное для них помещение, как все взгляды тут же устремились на неё, а Райлен, сидящий рядом, даже чуть привстал. Его взгляд хищно следил за Дан… Эллой, пока она двигалась к столу, за которым сидел её отряд, только чтобы обнаружить, что там для неё нет места.
Она впервые была в платье, и Иво не мог сдержать нетерпеливого вдоха, открыто изучая её. Конечно, он видел её обнажённой и сам очищал от грязи и крови — там, в подземном сооружении Иных. Уже тогда желания начинали управлять его телом, он подолгу трогал её упругую крепкую грудь, мягкий живот, крутые бёдра и даже касался её между ног, чувствуя, как всё его тело охватывает постыдное вожделение.
Дан заслуживала вызвать его на битву за подобное, и он жаждал этого. Он проиграл бы, позволил бы ей нанести ему столько порезов, сколько она захочет, и наслаждался бы каждым из них.
Иво прекрасно знал, каково это — когда у тебя нет выбора, и понимал, что его поведение было отвратительным.
Сейчас Дан казалась слегка растерянной, хоть и скрывала это, высоко держа голову, пока Дирк, старший в их отряде, объяснял ей, что ярл рассчитывал поговорить с ней этим вечером и пригласил за свой стол. А в это время остальные пялились на девушку, не узнавая в ней своего близкого друга, того, с кем обсуждали личную жизнь, с кем сально разговаривали о девицах, над кем постоянно подтрунивали из-за слабости. Касон сидел красный, как помидор, вспоминая всё, что произошло между ними двумя, вспоминая бесконечные отхожие ямы, подзатыльники, отсутствие еды.
В итоге девушке пришлось отправиться к ним, хотя Иво видел, насколько сильно ей хотелось остаться там, со своими. Но для Дан всё изменилось, и чем раньше она это поймёт, тем лучше.
Единственный свободный стул оказался прямо напротив могущественного ярла клана Блэкторн. Ярла половины Айзенвейла.
— Присаживайся, Элла. — Райлен всё ещё стоял, ожидая, пока девушка сядет, и от этого Иво захотелось его ударить.
Почему он не мог просто отступить, оставить Дан ему?! Разве мало ему всех этих девиц, почему он хочет забрать ещё и её, единственную, которая настолько его заинтересовала? Херсир и сам не знал, было ли это влиянием крови берсерков, что пробудилась в нём, но Дан не выходила у него из головы ни днём, ни ночью, особенно та, обнажённая, горящая, в клане разбойников.
Вот и сейчас его взгляд устремился на ее ключицы, чуть заметные в вырезе плаща, на нежную кожу шеи, пухлые, искусанные, обветренные губы, и наверняка Рей смотрел на девушку точно таким же взглядом.
Райлен был очень ласков с женщинами, и они не выдерживали долго, сдавались буквально за секунды. И сейчас, представляя, как Дан точно так же окажется в его объятиях всего через несколько дней, Иво сходил с ума от ярости, жалея, что не влез в драку с Реем, когда была возможность. Это ничего бы не изменило, но ему стало бы хоть чуть-чуть легче.
— Я бы предпочла, чтобы меня называли так же, как и раньше, — ответила девушка, садясь и продвигаясь ближе к столу.
Её глаза не отрывались от куска мяса прямо перед ней, и Дан без стеснения потянулась к лепёшке, желая начать есть быстрее, как это делали все рабы или слуги, зная, что у них мало времени.
— Чем быстрее все примут твоё настоящее имя и твой настоящий облик, тем лучше, Элла, — с нажимом ответил Райлен, не отрывая взгляда от сияющих рыжих волос.
Именно из-за этих волос все так пялились на неё, особенно слуги, что ходили вокруг и накрывали на стол. Никто никогда не видел подобного. Иво вспомнил, что вроде бы последняя девка Рея, из-за которой Дан и избили, хвасталась своими волосами. А что если Рей заинтересовался Розиной только потому, что не мог выкинуть из головы ту, кого встретил рядом с источником?
К удивлению херсира, Дан не отвечала, не смущалась под взглядом Рея, а когда тот сам, лично, налил ей дорогого вина, посмотрела скорее недоумённо, но сделала вид, что ничего не происходит. Она ела быстро, словно желала уйти, в то время как Рей, да и Иво почти ничего не ели, следя за поведением девушки.
— Я бы хотел, чтобы тебя осмотрел целитель, — наконец произнёс Райлен, слегка теряясь от того, что девушка не краснела, не смущалась, не лепетала и не радовалась его вниманию.
— Я в порядке, — коротко ответила Дан, продолжая быстро есть. Она уже уничтожила половину того, что было на тарелке.
Эрик что, голодом их морил?
— Я настаиваю. По моей вине ты очень сильно пострадала, и я хочу убедиться, что ты действительно в порядке, — мягко произнёс Райлен, видимо надеясь, что девушка поднимет к нему голову, но этого вновь не произошло.
— Я правда в порядке. Прошло уже много дней, и я была за стеной. Думаю, вы знаете, что, будучи магом, я крепче обычных воинов.
Дан не зря упомянула обычных воинов — она явно хотела остаться в отряде и продолжать заниматься тем же, чем занималась прежде. И в этом крылась проблема.
Как и многие другие ярлы, Райлен не видел женщин в битвах. Истории о том, как воительниц похищали иные, насиловали, забирали туда, откуда они уже не возвращались, навсегда изменили настроения в Айзенвейле. Могущественные, рослые северные воительницы, головы которых украшали косы — символ побед в сражениях, теперь превращались в сказки и легенды, далекие от реальности.
— А я действительно настаиваю, — Рей потянулся рукой к ладони Дан, которая в этот момент тянулась к другой лепёшке, но девушка, заметив движение, мгновенно отстранилась — так быстро, резко и бесшумно, что это невольно впечатлило Йорда, сидевшего рядом.
Она отшатнулась, лишь бы Райлен не коснулся её. Иво сдержал довольную ухмылку, но заметил, что другу такая реакция Дан явно не понравилась — он издал едва слышный сердитый выдох, однако в его взгляде горело не только раздражение, но и понимание, вина, злость на самого себя.
— Очевидно, этот инцидент не прошёл для тебя бесследно. Именно поэтому я настаиваю, чтобы тебя осмотрел целитель завтра утром.
— Я не…
— Я твой ярл, Элла, — тон Райлена изменился едва заметно, но в нём появилась непреклонность. Он не отрывал взгляда от девушки, чуть наклонившись вперёд.
Дан сделала глубокий вдох, и Иво вдруг понял, что с того самого момента, как она отшатнулась, девушка почти не дышала. Рей тоже это заметил — его губы тронула лёгкая, едва различимая улыбка, словно он хотел показать ей, что стремится быть заботливым и добрым, но точно так же ожидает, что его приказы будут выполняться.
— Я не причиню тебе вреда, дева. Это последнее, чего я хочу.
***
Огромное спасибо за награды, Галина Чайка, Татьяна Бологова, Ирина, Olesya Olesya, Светлана Кярки, анонимный пользователь.
Глава 21. Возвращение в Блекхейвен
