Они завершили круг без происшествий и оказались перед тем, что, должно быть, было главным входом в психушку. Огромный портик выступал из стены. Его поддерживали богато украшенные колонны, изначально предназначенные для защиты вновь прибывших от дождя или солнца. Ричер проверил соединение между ближайшими секциями забора. У всех остальных, которые он видел, крепление было двумя зажимами в форме крыльев бабочки с гайкой и болтом через центр корпуса. У этого был только один зажим, и гайка отсутствовала. Болт был просто просунут в отверстие. Ничто его не держало. Ричер указал на бетонное основание, поддерживающее металлические столбы забора. Одно было поцарапано. Что-то вырезало часть дуги на его шероховатой поверхности. Ричер вытащил болт и открыл зажим. Он приподнял столб. Нажал, и тот сдвинулся. Зажимы, державшие его на следующей секции забора, действовали как петли. И они были бесшумны. Их недавно смазывали.
Ричер протиснулся в щель, которую он проделал в заборе, и направился к портику. Смит и Найлсен последовали за ним. Он продолжил путь к двойным дверям. Они были огромными, из тёмного дерева, прошитого чёрными металлическими заклёпками и разделённого на панели, покрытые замысловатой резьбой. Работа была качественной. Это было ясно, даже несмотря на то, что теперь поверхность была тусклой и шероховатой. Результат многолетнего запустения и сырости, предположил Ричер.
Найлсен уставился на висячий замок, который скреплял одну дверь с другой с помощью накладки и проушины. Это была массивная вещь. Созданная, чтобы внушать прочность и отбивать у потенциальных нарушителей желание тратить время на попытки его открыть. Но он был старым. Покрыт ржавчиной. Его не открывали годами. Найлсен покачал головой и повернулся, чтобы уйти. Ричер схватил его за руку и остановил.
— Ты что? — прошептал Найлсен. — Зря тратим время. Замок намертво закис. Нам его ни за что не открыть.
— Не нужно, — ответил Ричер. — Это не тот путь, которым кто-то входит или выходит. Подумай. Нельзя работать с висячим замком изнутри.
Ричер присел на корточки и осмотрел нижние панели дверей. Нижние края были в самом плохом состоянии. Он предположил, что это из-за дождевых брызг, поэтому переключил внимание на следующий ряд вверх. Нажал на одну из них. Она была твёрдой. Следующая, которую он попробовал, тоже. Но третья слегка поддалась. Он нажал на противоположный край, и она откинулась назад, под действием какой-то пружины. Образовалась щель примерно шесть на восемь дюймов. Ричер просунул руку. Поверхность была неровной и бугристой. Ещё резьба, подумал Ричер. Затем его пальцы нащупали что-то гладкое, прямое и узкое. Небольшая дощечка. Ричер толкал и тянул, и крутил, пока она не оторвалась. Он уронил её, вытащил руку и нажал на следующую панель. На этот раз целая секция распахнулась внутрь. Девять панелей на девять. Как маленькая дверца внутри двери.
Ричеру потребовалось немало извиваний и усилий, чтобы протиснуть своё тело в отверстие. Он встал и шагнул в сторону, скользя ногами и вытягивая руки в пустую темноту. К нему присоединилась Смит. Затем Найлсен. Все они замерли, ожидая, пока включится ночное зрение. Через пару минут начали проступать кое-какие детали. Пол был выложен чёрно-белой плиткой. Они были погребены под толстым слоем пыли. Карниз под потолком, высоко над ними, был покрыт коркой грязи и паутины. Кусочки штукатурки свисали со стен в случайных местах. Впереди угадывался неясный контур предмета мебели. Может быть, стойка регистрации.
Смит сказала:
— Закройте глаза на секунду.
Ричер услышал шорох, затем щелчок. Открыл один глаз и увидел, что Смит держит тонкий фонарик. Она прижала луч, сузив его до тонкой полоски, и водила им по пространству. С потолка свисала люстра. По бокам было по паре двойных дверей. Впереди была стеклянная стена, теперь затянутая слоями грязи. Место ощущалось как фешенебельный отель, пришедший в запустение. Ричер мог представить его с униформированными коридорными, разносящими роскошный багаж, и разодетыми гостями, порхающими между обеденными и бальными залами и формальными садами снаружи. Хотя он знал, что в реальности жизнь там вряд ли могла быть более отличной. Вынужденная жизнь там. В стране было мало мест хуже, если память Смит не изменяла.
Смит опустила луч фонарика на пол. Дополнительный свет выявил множество следов, идущих туда-сюда по дорожке через пыль. Она начала следовать по ним.
Ричер сказал:
— Стой.
Он опоздал. Он заметил небольшой разрыв в линии следов. Узкий участок, на который не наступали. Это могло означать только одно. Там была растяжка над ним. Затем фонарик подтвердил это. Леска была бесцветной. Тонкой, как волос. Она пересекала всю ширину комнаты. И Смит задела её правой голенью. Тотчас комната наполнилась светом откуда-то сверху. Он не был резким и ярким, как в кино. Он не был достаточно сильным, чтобы ослепить их. Или чтобы ослепить парня, который вышел из двери справа. Он был примерно шести футов ростом, но сутулый. Волосы длинные, седые и тонкие, свисали по обе стороны лица без особого стиля. Кожа бледная. Ноги босые. На нём были джинсы-клёш с огромными расклешенными штанинами. Яркая рубашка в стиле пейсли с огромным воротником. И в руках он держал дробовик. Старый. Винчестер Модель 97. «Оконная метла», как называли её пехотинцы во время Первой мировой войны. Он целился в Смит, но Ричер и Найлсен были так близко позади, что их разорвало бы на куски вместе с ней, если бы парень нажал на спуск.
Глава 16
Парень с дробовиком сказал:
— Стоять. Кто вы? Зачем вы вломились в мой дом?
Ричер сместился вправо. Он хотел оказаться на некотором расстоянии от остальных. Он не сводил глаз с пальца парня на спусковом крючке и поднял руки на уровень плеч. Он сказал:
— Мы ищем Спенсера Флемминга. Это вы?
— Не двигаться. Что вам нужно?
— Вы Флемминг?
— Кто спрашивает?
— Меня зовут Джек Ричер.
— Вы полиция? ФБР? ЦРУ? Кто?
— Армия США.
— Серьёзно?
— Серьёзно. Мои документы в кармане. — Ричер начал опускать правую руку.
— Нет. Стоять. Что здесь нужно армии? Вы не можете действовать на территории США.
— Мы здесь, чтобы помочь вам. Если вы Спенсер Флемминг.
Парень не ответил.
Ричер сказал:
— Давайте. Какой смысл не говорить нам своё имя? Это у вас ружье. Вы Флемминг?
Парень кивнул. Едва заметным движением.
— Может быть.
— Тогда вы в опасности. Кто-то хочет вас убить. Мы пытаемся это предотвратить.
— Убить меня? Невозможно. Для этого меня нужно сначала найти. Никто не знает, что я здесь живу.
— Мы знаем.
— Ага. — Флемминг вскинул дробовик чуть выше. — Знаете. И как?
— Друг рассказал. Максим Сарбоцкий.
Флемминг помолчал. Потом сказал:
— Кто?
