Час гнева (СИ) - Ромов Дмитрий

— Вот мой спаситель, — отрекомендовала меня Алиса. — А теперь и кровный брат. Звать Сергей.

— Спаситель-искуситель, — сразу начали хохмить модники. — Смотри, чтоб до инцеста не дошло.

В общем, оценив тонкий юмор, я оставил свои гостинцы и пообещал забежать завтра. Чувствовала она себя неплохо, насколько в подобной ситуации это было возможно. Выглядела весёлой и даже не смотря на то, что вокруг неё собралось столько людей, изображала не мученицу, а крепкую духом крутую девчонку. Собственно, отдавая ей должное, она такой и была, что бы кто ни думал и ни говорил.

Закончив с «сестрёнкой», я помчал в торговый центр на Кузнецком. Там, где уже один раз занимался действиями конспиративного характера. Сегодня это было немножко попроще.

Зашёл в гипермаркет, затерялся в толпе, нашёл кафетерий, заказал чебурек и кофе. Стал ждать. Чердынцев появился минут через пять, наверняка кружил вокруг, просто решил сразу не подходить, проверял, нет ли кого чужого. Место было хорошее. Я встал к столику в уголок за стеной из пыльных пластмассовых растений.

Мы видели всех, а нас — практически никто. Рядом ходили толпы людей, стоял гул, по радио постоянно что-то объявляли, бесконечно включались рекламные ролики. Кто-то кого-то звал, кто-то кричал, кто-то бегал. Погрузчики, коробки, звон бутылок. Девушка, а можно мне, пожалуйста, вот это пирожное.

Ну, в общем, то, что надо, чтобы не особо бросаться в глаза и максимально усложнить запись. Если бы кто-то вдруг решил записать наш разговор.

Чердынцев встал чуть наискосок от меня со стаканом чая и коржиком.

— Всё новое — хорошо забытое старое, — усмехнулся я, посмотрев на его коржик.

— Нахрена ты это сделал? — не глядя на меня, спросил Чердынцев, покачал головой и отпил из стакана.

— А вы как думали, Александр Николаевич? Я свою команду берегу. Например, если бы вам грозила беда, не сомневайтесь, я бы сделал всё возможное, чтобы помочь и вам.

— Лучше б ты одноклассниц своих берёг от шальных пуль.

— Ну, зачем вы мне на больные мозоли давите? Это вас не красит.

— Красит, не красит. Меня-то ты, как раз решил не беречь, а скормить сам знаешь, кому.

— Ничего подобного. С чего вы взяли?

— Бережёт он команду, — проворчал Чердынцев, покачал головой, достал телефон и приложил к уху.

— Решили провести трансляцию? — уточнил я.

— Нет, делаю вид, что разговариваю по телефону, — глядя в сторону, ответил он.

— Даже интересно, почему вы так разволновались?

— Ну, а ты головой-то подумай. Не врубаешься, что ли? Не понимаешь, что после этой твоей высокохудожественной самодеятельности я оказываюсь в очень невыгодном положении? В жопе, буквально.

— И что это за жопа, простите за выражение?

— Я оказываюсь под ударом. Что тебе не понятно?

— Так на вас ничто не указывает, мне кажется. О чём вы говорите?

— Точно, у меня просто паранойя, ничего ведь не указывает. Кроме того, что меня отстранили от контактов с тобой, да?

— Но это вроде здесь ни при чём.

— Было бы ни при чём, да вот только Сергеев, по предположению Сад… по предположению шефа, работает на кого? Не на тебя случайно?

— А может на Усы?

— Может, и на Усы, — кивнул он, — но, скорее всего, на тебя.

— Ну, а почему бы Усам не превратиться в рабочую версию? У него что, теоретически, не было возможности похитить Сергеева?

— А нахера ему? — покачал головой Чердынцев. — Нахера, ты можешь объяснить? Если даже документы были бы у него, он бы точно не стал заниматься хернёй с публикациями против Ширяя, против Никитоса и вот всей этой ерундистикой, которую ты там развёл.

— Ну да, но это не отменяет, никак не отменяет того, что я вам говорил.

— Что значит не отменяет? — быстро глянул на меня Чердынцев и снова отвернулся.

Он достал из кармана большие очки с толстыми стёклами в роговой оправе в стиле Брежнева и нацепил на нос. Я отрезал кусок чебурека пластиковым зубчатым ножом и засунул в рот.

— Публикациями, — сказал я, прожевав и глядя в тарелку, — мог вполне заниматься и я. Мог. Да, мог и занимался. Для того, чтобы Ширяя на чистую воду вывести. Собственно, я как бы этой своей заинтересованности и не скрывал, если помните, когда мы встречались на даче у вашего шефа. И даже призывал вас к содействию.

— Ну вот, и я про то же, — пожал плечами Чердынцев.

Подошла уборщица в голубой униформе. И мокрой тряпкой начала протирать стол. Мы помолчали, дожидаясь, пока она уйдёт.

— Униформы новые, а методы уборки всё ещё совковые, — недовольно отметил Чердынцев.

— Так вот я и говорю, — продолжил я, когда уборщица отошла к прилавку, — я говорю, публикациями мог заниматься и я, да. А вот финансовые документы мог и не иметь. Одно с другим разве связано? Они в одном пакете не шли.

— А для какой цели его тогда похищать? Зачем он нужен Усам?

— Александр Николаевич, придумайте, пожалуйста, что-нибудь. Например, Усы, увидев, что Сергеев уже разогрет и работает в теме, предложил со своей стороны тоже какие-то фактики и решил его использовать. Не знаю, подберите какую-нибудь подходящую версию. Только я вам скажу вот что. Если вдруг будете изучать видео с городских камер наблюдения, обратите внимание на чёрный Mercedes V-класса с государственными номерами, зарегистрированными на частное охранное предприятие, руководителем в котором числится товарищ Панюшкин Вадим Андреевич, отзывающийся на кличку Усы.

— Что? — выпучил глаза Чердынцев и уставился на меня, позабыв о всякой конспирации.

Я тоже на него глянул и не удержался от улыбки. Чуть не захохотал в голос.

— Чё ты ржёшь? — сердито воскликнул он.

— Глаза у вас в этих очках очень добрые и большие. Не похоже на вас, Александр Николаевич. Но вы всё-таки поинтересуйтесь, поинтересуйтесь. Хотя, чтобы не заставлять вас анализировать все записи, на что может уйти достаточно много времени, скажу, этот минивэн сегодня ночью, в районе трёх-четырёх часов выехал из города по Новосибирской трассе.

— Капец, — воскликнул Чердынцев и глотнул своего чая.

Глотнул и вдруг вытаращил глаза, открыл рот и застыл со зверской гримасой.

— Язык обжёг, сука! — прошипел он. — Обжёг!

— Берегите себя, Александр Николаевич. И, чтобы закрыть тему, зацепки, хочу сказать, очень даже серьёзные, и позволяют сделать вполне определённые выводы. Тем более, что указанный автомобиль, судя по всему, в Новосибирск не поехал, а свернул где-то в районе той самой деревни, где Никитос хранил свою документацию. Вы только не торопитесь вскрывать эти факты. Подождите денёк хотя бы. Чтобы все хвостики у этого дела спрятались получше.

— Капец, — снова сказал Чердынцев.

— Да, согласен, капец. Кстати, вы не могли бы левый, но надёжный загран соорудить?

— Для Сергеева? — нахмурился Чердынцев.

— Нет-нет, Сергееву пока незачем появляться на границе. Из него шпион тот ещё. Спалится по дурости какой-нибудь, а второй раз из-под носа вашего шефа Усы его уже похитить не сможет, я так думаю. Так что пусть уж он заляжет где-нибудь на дно и лежит, не высовывается, как сом. Пока его какой-нибудь удачливый рыбак не выманит. Кстати, этим удачливым рыбаком планирую стать я.

— Вообще-то, — покачал головой Александр Николаевич, — паспорт, это, я тебе скажу, совершенно непростая, крайне непростая задача. Можно конкретно засветиться на этом деле. Засветиться, обжечься и загреметь. Гарантий, сам понимаешь, никаких. Совершенно. Официально в конторе я сделать не могу. Поэтому… не знаю. Непростая задача.

— И как же нам упростить эту задачу? — Нахмурился я. — Деньги, например, смогут её упростить?

— Деньги? — покачал головой Чердынцев. — Вообще-то их ещё и обналичить надо.

— Да обналичим, обналичим, — успокоил его я. — У меня есть осведомлённый и надёжный человек, который в крипте очень хорошо шарит. Особенно, в вопросах обналички. Просто не успел ещё обсудить с ним. Сами понимаете, сплошная нервотрёпка, беготня, то туда, то сюда. Так что насчёт паспорта, Александр Николаевич? Сможете аккуратно поинтересоваться?