Моргана Бест
Шоколад, ложь и алиби
Глава 1
– Садовые гномы! – сказала я вслух. Я швырнула письмо из муниципального совета Брэмбли-Вейла на больничную койку – приземлилось оно с пафосом штрафной квитанции. Собственно, по сути, это она и была. Просроченное уведомление о нарушении. За садовых гномов. Я подняла лист и перечитала, на случай если всё померещилось под люминесцентными лампами. Увы, нет.
Жизнь в маленьком городке имела свои странности: общегородские барбекю с сосисками, все знают о твоих делах раньше тебя… но это, по-моему, уже перебор. Штрафовать за декоративные прихоти – слишком даже по меркам совета. Я снова посмотрела на время. Летти опаздывала. Как обычно.
Опоздания Летти были так же неотвратимы, как утренний кофе или мамино умение в течение тридцати секунд после «привет» высказать мнение о моих жизненных решениях. Я мерила шагами палату, стараясь не выглядеть так, будто планирую побег, хотя часть меня именно этим и занималась.
У меня ёкнуло внутри при мысли о реакции Летти. Про операции после аварии я, конечно, рассказывала. Объясняла всё не раз, наверняка до смертной скуки. Но никакие описания не могли подготовить к тому, каково это – увидеть лучшую подругу с совсем другим лицом.
В прошлый её приезд я ещё выглядела так, будто провела десять раундов с особо злобным роем пчёл. Что поделаешь – городок в восьми часах езды от сиднейской больницы. Визиты были на вес золота.
Я подняла голову и поняла, что доктор Брэдфорд всё ещё говорит.
Он как раз разошёлся со своей коронной лекцией о том, что меня теперь никто не узнает, – с таким озабоченным видом и нахмуренным лбом, словно думал, что меня это подкосит. Не подкосило. Скорее наоборот – эта мысль даже грела. Иногда новая жизнь приходит вместе с новым лицом, и, честно? Я была только за.
Дверь распахнулась, и влетела Летти.
Она, как водится, выглядела сногсшибательно. Чувство стиля у Летти не давало сбоев никогда – даже в седьмом классе, когда мы, остальные, были катастрофой в джинсах с низкой посадкой и жёлтым мелированием.
Увидев меня, она… у неё так отвисла челюсть, что я всерьёз подумала – не позвать ли медсестру.
– Нарел, – выдохнула она, прижав ладонь к груди, будто в исторической драме. – Это правда ты? Не может быть!
Она кинулась вперёд и стиснула меня в своих фирменных объятиях – из тех, что вышибают дух, но от которых почему-то становится легче. Отпустила ровно за миг до того, как мои лёгкие подняли бы бунт.
– Вы, должно быть, Летти. – Доктор Брэдфорд протянул руку с видом человека, который не очень понял, с чем имеет дело.
Летти пожала руку – и не спешила отпускать.
– Она самая, красавчик.
У доктора Брэдфорда порозовели уши.
Летти наконец выпустила его руку и бросила на кровать дизайнерскую сумку.
– Одежда! Настоящая, а не этот больничный шик.
Летти любила моду так, как некоторые обожают маленьких собачек или подкасты о преступлениях, – безусловной, непоколебимой любовью.
– Спасибо огромное, – сказала я, уже тянувшись к сумке. – Пойду переоденусь. Я стрелой метнулась в ванную. Переоделась с рекордной скоростью и вернулась в палату – будто пузырьки шампанского бежали по венам.
– Так, – сказала я. – Убираемся отсюда!
Дорога домой растянулась перед нами – за окнами тянулись городские виды, потом поля, сменяя друг друга, как кинолента прежней жизни. Я клевала носом, убаюканная ровным гулом машины и блаженным ощущением, что наконец-то – наконец-то! – позади остался этот стерильный больничный запах. И тут Летти заговорила.
– Нарел, – сказала она, выдернув меня из дремоты. – Я знаю, ты рассказывала по телефону, но я тогда смотрела «Настоящих домохозяек Мельбурна», так что слушала… ну, не очень. – Она виновато улыбнулась. – Как у тебя с деньгами? На работе дали отпуск? Я не сдержала улыбку – она сама поползла по моему новому лицу.
– Уволилась.
Её брови едва не упёрлись в потолок машины.
– Помню, ты упоминала компенсацию, но деньги уже пришли? Ты уверена, что хватит?
– Более чем, – сказала я, довольно откинувшись на пассажирское сиденье. – Виновник работал на крупную федеральную компанию. Они уже выплатили. Досудебно. Очень щедрое предложение. Ни заседаний, ни нервотрёпки.
Летти ахнула.
– Нарел, тебя вертолётом доставили в больницу. Хочешь сказать, ты теперь реально богата? Я пожала плечами, всё ещё улыбаясь.
– Не уровня миллиардеров. Но обеспечена. Более чем обеспечена. Юрист говорил, можно было выбить и побольше, но я не хотела тяжбы. Хотела просто закрыть вопрос.
– Похоже на победу, – сказала она и радостно рассмеялась. – И что ты мне купишь?
– Может, сэндвич. Если будешь паинькой. – Я покосилась на неё. – Летти, помнишь, как меня в школе называли?
Лицо у неё потемнело, как небо перед грозой.
– Какао-Нарел. Конечно помню. Это было ужасно. Эти «популярные» девицы считали себя ужасно остроумными – надо же, рифмуется с Коко Шанель! Ну и потому что ты вечно ела шоколад.
Я потянулась и легонько ущипнула её за руку.
– Ай! Я же на твоей стороне! – возмутилась она, потирая руку. Я не отступала.
– В общем, я открываю шоколадную лавку, Летти. Настоящую, дизайнерскую, как я всегда и говорила. Назову её «Какао-Нарел».
Повисла такая тишина, что я слышала, как тикал поворотник на повороте к главной дороге в город.
– Ты настоящая легенда, – рассмеялась она. – Ты и правда это сделаешь, да? Я смотрела в окно на знакомые улицы – на городок, который видел, как я росла, как меня дразнили и как наконец мне выпал второй шанс.
– Правда, – сказала я. – И, честно говоря, я соскучилась по скуке. Пережитых приключений мне на всю жизнь хватило. Я не могла дождаться возвращения в мой крошечный Брэмбли-Вейл, где никогда ничего не происходило.
Глава 2
Я ахнула, уставившись на светящийся экран ноутбука с сайтом агентства недвижимости. Да я же ни за что не потяну некоторые из этих помещений! Точнее, технически потянула бы, но мой внутренний бухгалтер уже вёл суровый разговор с банковским счётом о разумных тратах.
Всё утро я просидела, сгорбившись над ноутбуком в поисках идеального места под аренду для своего нового дела, и начинала день куда более оптимистично, чем чувствовала себя сейчас. Я всё ещё ютилась в своём крошечном домике с одной спальней.
По-своему он был славным, с видом на тихий конец длинного парка. Ещё лучше – сюда почти никто не забредал, потому что дорожка рано или поздно упиралась в ручей, служивший границей. Муниципалитет держал газон аккуратно подстриженным, а мощёная тропинка заканчивалась задолго до моего крыльца.
Летти накануне была просто ангелом: настояла, чтобы я пришла к ней на нормальный домашний ужин. Она даже предложила остаться на ночь – наверное, переживала, что мне будет одиноко в домике после стольких месяцев отсутствия. Но мне хотелось вернуться к привычной жизни. Летти и без того расстаралась – даже проветрила домик, пока меня не было.
Моя старая работа в галерее, конечно, удовольствия не приносила. Начальница у меня была – что ураган, а вот навыки общения у неё оставляли желать лучшего.
Впрочем, всё это уже не имело значения. Денег у меня хватало, чтобы при желании купить действительно красивый дом, но сперва – главное: нужно было поставить на ноги своё дело. Я решила оживить домик яркими подушками, распахнуть шторы настежь, чтобы впустить солнце, и зажечь аромалампу с тем самым чудесным лавандовым маслом, которое я берегла.
Летти великодушно спасла моё домашнее оливковое деревце по имени Лисиас – да-да, знаю, большинство людей не дают имён своим комнатным растениям, – и уверила, что у неё он прекрасно себя чувствует. Он был моим единственным зелёным другом, но я уже строила планы это исправить. В перспективе мне хотелось дом с настоящим садом. Я отправилась пешком разведать обстановку в городе: Летти была завалена горой рабочих дедлайнов. Она работала из дома, занимаясь чем-то ужасно умным, связанным с компьютерами и разработкой игр, – я даже не делала вид, что понимаю, но ей это явно подходило.
