– Просто объявление о его убийстве. Широко это не обсуждалось, но статьи всё же были. Вся эта история с «Кубковым убийцей» заинтересовала всех педиков. Когда Рене Лашома добавили в список жертв, я понял, что это… заказная работа. Лашом больше нас не беспокоил.
– А Виалей?
– Виалей?
Здоровяк с детским лицом и горящими ушами все еще качает головой.
«Я так и не узнал, как он был связан с Лашомом. Может быть, старик связался с ним, может быть, они работали над одним и тем же делом. В любом случае, после своей смерти Виалей не переставал доставлять нам неприятности. Он приезжал в Ки-Ларго, следил за нами… Это было очень тяжело… Я рассказал об этом Кароко, и он всё уладил».
– Какие именно?
– Думаю, он сначала попросил Дель Луку держать своего маленького сына на поводке.
Телеведущий постарался не упоминать об этом. Виалли чувствовал угрозу, но Дель Лука знал, что это действительно так. И он знал источник этой угрозы. Именно поэтому он хотел встретиться со Свифтом. Он думал, что сможет дать отпор Кароко и защитить своего питомца. Он ошибался.
– А что насчет Жана-Луи Вильмо, он же Додо?
Услышав это имя, Марово вопросительно смотрит на него. Свифт не удосуживается объяснить. Позже он освободит солдата, у которого уже есть средства заполнить немало пробелов.
– Додо исчез. Вероятно, он мёртв.
– Перед этим он успел подложить бомбу в дом Дель Луки.
– У вас нет доказательств.
Здравый смысл подсказывал, что Виалли и его дело по расследованию становятся обузой. Кароко вспомнил, что в его рядах есть бывший эксперт по взрывчатым веществам. Он поручил ему последнее задание: взорвать Виалли и его улики. После этого он избавился от своего преданного слуги.
– У вас нет доказательств.
– Нет, но вполне возможно, что это ты его успокоил.
Малыш Кадум внезапно садится.
– Вы не можете меня в этом обвинить!
Он прав, и, кроме того, сам Свифт в это не верит. Белая Грива — грубиян, но не убийца. Так кто же это? Тот, кому всегда поручают грязную работу: Кантуб. По-своему, они с Кароко составили отличную пару в категории «чистильщиков».
– А после этого?
«Что, после этого? Добавить нечего. Кантубе мёртв, а Кароко заболел. Думаю, их чепуха в Марокко тоже прекратилась». (Он усмехается сквозь бульканье крови.) «И бой прекратился из-за отсутствия бойцов…»
– Кароко предупреждал вас о своем отъезде в Танжер?
- Да.
– Он назвал вам причину?
– Нет. Но мы знали, что он болен. Мы думали, он хочет провести там свои последние дни.
– Кто с тех пор управляет Ки-Ларго?
– Зачем вы сюда пришли?
– Я же тебе говорил, проверить, не везёт ли он с собой никаких компрометирующих документов. Билеты на самолёт, счета… Ребята ещё и полароиды забрали…
– Кто вас попросил это сделать?
- Я не знаю.
– Не валяй дурака.
– Клянусь. У нас есть почтовая система. Мы получаем заказ с деньгами. Раньше посыльным был Кароко.
– А что, если бы вы нашли здесь какие-нибудь имена?
– Ну, я бы вернул их, как хорошая собачка.
– Рискуя подвергнуть вас опасности.
Он все еще хихикает, издавая довольно отвратительные булькающие звуки.
– В таком случае, я бы сам через это прошел.
Эта идея, кажется, забавляет его, если не восхищает. Каким может быть состояние ума у ??этого гиперактивного гомосексуалиста, который избивает людей с утра до ночи, насилует понравившихся ему молодых людей и покрывает похищения детей? Разве в каком-то уголке его мозга не мелькает искорка раскаяния, не щемит боль?
Даже близко нет. Именно это делает зло таким головокружительным. Свифт повидал немало мерзавцев, убийц и преступников всех мастей, большинство из которых находили себе оправдания. Или же они внезапно изобретали угрызения совести, которые, казалось, освобождали их от всего.
«Кто убил Кароко?» — наконец спрашивает он.
- Я не знаю.
– Давай, постарайся…
– Не знаю, говорю же! Кажется, это тот же парень, который убил Федерико и Котелё.
– Почему это должно быть то же самое?
– Порядок работы.
– Откуда вы его знаете?
– Информация поступает в Ки-Ларго. Всё взаимосвязано, и мы предпочитаем не вмешиваться.
– Я ничего не понимаю из того, что вы говорите.
– На самом деле всё довольно просто. Среди приехавших сюда были политики, высокопоставленные чиновники. Большинство из них находятся в лучшем положении для получения подобной информации. Они передают нам то, что хотят нам сказать.
– Все еще через почтовый ящик?
- Всегда.
– То есть вы приехали, зная, на что идете?
– Можно сказать, да. Я знал, что Кароко убили, и знал, каким образом.
– Вы здесь ничего не нашли?
- Ничего.
– Что думают об этом убийстве ваши люди в тени?
– Думаю, им это подходит. Кароко уже стал обузой. Пойдут делать свою грязную работу в другое место…
Swift запускает зонд, чтобы просто посмотреть:
– Как вы думаете, мог ли это убийство совершить человек, желающий отомстить за детей?
- Нет.
- За что ?
– Федерико и Котелё были убиты одинаково, хотя они не имели к этому никакого отношения.
– Что вы об этом знаете?
– Федерико никогда бы не согласился участвовать в грязных делах, связанных с детьми.
Тем не менее, он как минимум один раз участвовал в убийстве одного из любителей общественных писсуаров. Неважно. По сути, Свифт согласен.
Он поворачивается к Марово.
– Я думаю, с нас хватит, не так ли?
– Без проблем. Что нам с ним делать?
– У меня есть идея.
Солдат исчезает внизу лестницы. Наверное, он пошёл звонить. Кому? Белая Грива уже совсем не красный. Он очень бледный, даже зеленоватый.
– Что… что ты собираешься со мной сделать?
– Я доверяю своему партнёру. Он хорошо знает эту страну. У него, несомненно, есть подходящее решение для местных условий.
– Но что? Что ты имеешь в виду?
Марово появляется снова, выражение его лица напряженное и решительное.
«Все в порядке», — прошептал он на ухо Свифту, — «мы приедем и заберем его».
– Кто это, «мы»?
– Летнее время.
Управление территориального надзора, марокканская тайная полиция. Поэтому Марово решил передать преступника, как говорится, «компетентным органам».
Не посоветовавшись друг с другом, двое мужчин вышли на лестницу, чтобы посовещаться.
«Они собираются нас допросить?» — спросил Свифт.
– Нет. Они просто заберут посылку, вот и всё.
– Что они собираются делать?
– Это уже не наша проблема. Я им сказал, что нам не удалось его разговорить, но он погряз в торговле детьми.
- Ты имеешь в виду…
Не волнуйся. В DST они действительно большие шишки. Либо твой парень сопротивляется и умирает под пытками, либо говорит и получает пулю в голову. Выбор между королём и королём, по сути…
Свифт кивает и открывает маленькое окошко на лестнице, чтобы прикурить сигарету. Там, под светящимся шаром, он посылает дымовые сигналы, словно послания в бутылках, своей собственной дрейфующей душе. В этот момент он чувствует себя полностью единым со звёздами.
В глубине души он испытывает удовлетворение от того, что заполнил пробелы, получил долгожданные ответы. Мозг полицейского поделен на разделы, заполненные файлами; он постоянно их подпитывает, подобно тому, как сахар через кровь постоянно подпитывает активность нейронов.
Через несколько минут Марово потребовал вернуть оружие. Свифт не возражал — на таможне устройство стало бы невыносимо тяжёлым.
«Последняя неприятность», — сказал Свифт. «Марокканские власти планируют завтра посадить меня на самолёт. Вы можете что-нибудь с этим поделать?»
– Вам действительно так нравится в нашем очаровательном рыбацком порту?
Полицейский на секунду замешкался.
– Я чувствую… Наконец-то здесь есть что-то для меня.
– Не волнуйся. Мы отпустим Хайди и Сегюра. Если хочешь продлить пакет, я улажу это с марокканцами.
- СПАСИБО.
