– Кофе? – после паузы переспросил Лоран, неспешно протирая стакан. – Оставайтесь уж и на обед тогда. А то все кофе да кофе…
– Останемся! – радостно согласилась Алис. – У вас невозможно вкусный горчичный суп да и вообще вся еда… Я тот обед до сих пор вспоминаю.
– Слышал, Деккер? Вот что значит отличный вкус.
– Или просто вежливость, – фыркнул Марк.
– Тоже неплохое качество, тебе бы поучиться. Присаживайтесь, сейчас принесу.
Марк закатил глаза. Продолжать эти взаимные подклолки не хотелось, он был не в том настроении, чтобы даже язвить, – тут не убить бы Лорана. Он подсадил Алис на высокую барную табуретку, заметив, как ей неудобно было запрыгивать с все еще беспокоящей ногой, и сел рядом сам. Лоран удалился на кухню и быстро вернулся с двумя тарелками супа.
– Угощайтесь.
– Спасибо! – Алис тут же с аппетитом принялась за еду.
Марк, вздохнув, достал снимок – увеличенную фотографию Паскаля Дюмортье, сделанную с пленки, на которую Беатрис снимала свой дневник. Придвинул ее Лорану через стойку.
– Тебе знаком этот человек?
Тот взял фото, поднес ближе к свету и подслеповато прищурился, разглядывая.
– Да, я его видел… как его звали… такое имя, что не запомнишь. Тот самый друг, про которого я говорил тогда. С которым Тесс была на ножах.
– Антуан Леблан?
– Вроде да, не помню. Звали его бесцветно так, обычно… Он вообще был такой – в тени вечно. Не отсвечивал. Словно он и есть, и нет его одновременно. Так его помнишь, когда видишь, а не видишь – уже и забудешь… Загадка. Как так получалось?
– Ты говорил, он в ваших собрания участия не принимал? – Марк тоже принялся за суп. Да, черт возьми, вкусный, это надо было признать. – Но в лес ходил? Где-то ты его встречал?
– На собраниях – нет. – Лоран продолжал вглядываться в фото, которое все так же держал в руке. – Он Берта ван ден Берга не выносил. Ну, я вообще редко его видел. Пару раз в доме у них, в бистро… Не тут, в другом месте, оно закрыто давно. Ну, мимо проходил, а они там сидят. А так они явно часто встречались. Вообще, он как будто Ксавье пас все время. А Ксавье ему прям в рот смотрел. Такие вот дружки неразлучные, сейчас бы все уже решили, что у них там… отношения какие-то. – Лоран фыркнул. – Неудвительно, что и Беатрис, и Тесс его не выносили.
– То есть они просто встречались и тесно общались? И ничего больше? – уточнил Марк. – И зачем-то ходили в тот охотничий домик в лесу?
Лоран замолчал, уставившись в пустоту. Марк выругался про себя. Не хватало только еще одного свидетеля в маразме! Гребаное дело пятидесятилетней давности, когда все участники либо в старческом слабоумии, либо уже в могиле.
– Не знаю. Я… в общем, всю жизнь был уверен, что это сон или бред, я в тот год болел корью. Неделю какие-то глюки ловил от жара. А теперь вот сижу и думаю, может, и нет… Как будто со временем голова прояснилась, не знаю. А, ладно, глупости это все. – Лоран вздохнул и отложил снимок. – Сейчас принесу еще хлеба.
– Давай, выкладывай, – подбодрил его Марк. – Не скромничай.
– Пожалуйста, – поддержала Алис. – На самом деле, важны любые детали, даже самые невероятные, на первый взгляд. А воспоминания часто маскируются под сны.
– Ну, смотрите. Сразу скажу, не уверен, что и в самом деле это было. И помню так смутно, совсем как в дымке все… В общем, я как-то, кажется, перепутал время. А может, еще что. Не помню. Пришел, а никого из наших нет. И тут меня толкнуло будто что-то. Сам не знаю. Пошел в тот дом.
– Где обычно проводили встречи Ксавье с Лебланом?
– Да. Зачем пошел – так и не понял. Ноги словно сами несли. Ну, и, если честно… любопытно было. Тесс еще накручивала всех, дескать, темная энергия в этом месте, не просто так Леблан там трется. В общем, дошел. И как неладное почувствовал. Заглянул в окно. А там они и есть – Леблан и дружок его. Ле Моль его звали. Вот, вспомнил, надо же! Скользкий тип. Этот совсем редко бывал, может, пару раз я его встречал.
Марк, отложив ложку, вытащил блокнот, записал.
– И что? Они что-то делали? Что-то тебе сказали?
– Они меня сначала не увидели. – Лоран вздохнул. – А я… вот не знаю. Все-таки это чересчур даже для моей веры в паранормальное. В общем, там был Ксваье еще… я его не сразу заметил. Но как будто почувствовал, уж не знаю, как объяснить. Нехорошее почувствовал. И как к месту примерз. Стою и смотрю. Он в углу сидел, кутался в куртку, капюшон на лицо надвинул. А эти двое… – Лоран нервно усмехнулся, будто сам себе не верил, – Леблан с Ле Молем, они… над полом поднялись.
Марк с трудом сдержался, чтобы не фыркнуть вслух. Черт, вот этого только не хватало! Но надо было дослушать до конца, раз уж удалось раскрутить Лорана на разговор. Он быстро глянул на Алис. Та была невозмутима, словно не услышала ничего странного, и спросила спокойно:
– И что потом? Они вас заметили?
– Да. Ксавье выскочил и сказал… Вот прямо лицо его сейчас как будто вижу! Лицо темное, и глаза такие безумные, красные. Смотрит на меня и говорит: «Ты ничего не видел». Дальше и не помню. В общем, я очнулся, кажется, уже в городе. А вот как из леса вышел, не помню. Как будто во сне. Или словно выплыл из болота. И долго про это вообще не помнил. Даже и мысли не мелькнуло. А потом уже… Ксавье давно в живых не было, а я вдруг вспомнил. Кажется, как раз у того дома и был. Удивился еще, что тот не заброшен. Словно кто-то приходил туда…
Марк закусил губу. И из глубин памяти всплыл давний кошмар – собственное отражение в зеркале, красные глаза с лопнувшими сосудами, словно уже не выдерживающие то, что рвалось изнутри. Тогда, когда ничего не помогало, когда стало ясно, что это не лечится никакой фармой, когда Жан отвел его поговорить… с тем человеком. Когда нашел этот спасительный вариант. Облегчение – хотя бы на время.
Повисла тяжелая пауза, которую прервал Лоран.
– Ладно, даже вспоминать это лишний раз не хочется. Черт с ними со всеми. Давно было, сгинуло и сгинуло.
Он вытащил чистый рожок из кофемашины, протер его салфеткой и принялся насыпать кофе.
– Вам же с собой?
– Да, – сказал Марк. – Уходим. Еще много дел.
– И спасибо за суп, он невероятный! – добавила Алис.
* * *
– Поедем туда? – спросила она, когда дверь бистро, звякнув колокольчиком, закрылась за ними.
На улице было зябко, особенно после теплого помещения; во влажном стылом воздухе, казалось, обострились все запахи: и аромат кофе из стаканчика, который Алис держала в руке, и дым из каминных труб, чадящих сейчас над каждой крышей.
– Тоже подумала, что стоит проведать еще раз этот дом?
– Да. Не знаю, конечно, ведь мы там уже были, но…
– Почему-то сейчас захотелось снова, – закончил за нее Марк и, перехватив поудобнее свой стаканчик с кофе, выбил сигарету из пачки. – Дом Дюмортье… не думаю, что Лорану все померещилось. Не то чтобы прямо левитация, пентаграмма и кровь девственниц, конечно, но что-то там определенно случилось.
– Вот и мне так кажется, – кивнула Алис и со вздохом нырнула на переднее сиденье машины.
Марк, щелкнув зажигалкой и затянувшись, сел на водительское место, завел мотор.
Они ехали молча, прихлебывая каждый свой кофе под тихое пение радио. И почему-то не было нужды в словах. В какой-то момент Алис подумала, что это глупо – отправиться сейчас в лес. Зачем? В участке ждала куча вещей Одри, возможность найти новые улики; дом они уже видели и ничего особенного не нашли, кроме доказательств того, что, похоже, Ксавье там бывал и даже оставил запись на стене. К тому же солнце уже садилось, короткий и тусклый зимний день стремительно догорал, а в лесу сумерки наступят еще быстрее.
Но что-то иррациональное как будто толкало их обоих поехать туда снова. Звало. Тянуло. Алис поймала себя на мысли, что словно бы научилась у Марка – пусть и не в той мере, в какой умел он, – чувствовать своего партнера. И сейчас она отчетливо ощущала в нем то же, что и в себе: тревогу, неуверенность, всплески страха перед будущим, страха перед принятием окончательных решений и желание куда-то излить это, разрешить этот надрывный аккорд. Как будто лес мог им помочь? Как будто их настойчиво тянуло в чащу, как будто эта поездка сейчас была созвучна им обоим?
