Не успел Лесли дойти и до середины лестницы, как вновь появился Ронни, уже с телефоном в руке.
– Через пятнадцать минут, если не раньше, здесь будет папин адвокат. Он сейчас на Сто шестьдесят третьем шоссе, – произнес Ронни и повернулся к Бобби. – Сказал, что по закону вы обязаны ждать снаружи.
– Лесли, он прав, – проговорил Бобби.
– А почему ты вспотел, Джимми? – спросил Лесли.
Бобби тоже это заметил. У парня по имени Джимми над правым виском выступила полоска из капелек пота. Все они слились в одну большую каплю, которая, скатившись по щеке и подбородку, упала на пол.
Что-то в тексте предсказания тревожило Бобби. Пряталось между строк. «Вас изнасилуют на территории братства „Тета Ро Каппа“», так там написано. Зачем было уточнять про территорию? «Территория» означает задний или передний двор, да?
– Подождем снаружи. Так будет лучше, – предложил Бобби.
Лесли тяжело спустился по лестнице, не отрывая взгляда от Джимми. Бобби показал на беседку на заднем дворе и многозначительно поднял брови.
– Вы что себе позволяете? – спросил Джимми.
– Не разговаривай с полицией таким тоном, сынок. – Лесли посмотрел ему прямо в глаза и расправил плечи. Лесли выглядел не старше сорока трех – сорока четырех лет, и он был здоровым мужчиной с крепкими плечами, бицепсами, мощными предплечьями и мозолистыми пальцами. Своим внушительным животом и глубокими складками на лице и шее он выделялся на фоне щуплых юнцов. Стоя посередине комнаты, Лесли угрожающе нависал над парнем в халате, будто Гулливер, который готовится растоптать лилипутов.
Бобби решил не ждать. Через раздвижную дверь, которую они сначала не заметили, он выскочил на улицу. Парень из спортзала проводил его полным ненависти взглядом.
Бобби внимательно осмотрел беседку во дворе. В углу находилась небольшая деревянная тумбочка, которая вся вздулась от воды и пролитого пива. На ней и на бетонном полу вокруг валялись красные бумажные стаканы. На неухоженной лужайке повсюду виднелись грязные следы – люди шастали туда-сюда, заходили в беседку, танцевали. Отпечатки ботинок, шлепанцев и босых ног. Бобби пригляделся. Следы появились здесь не за один день, неделю или даже месяц. Похоже, ребята из братства не слишком часто мыли в беседке пол, а из-за автополива постоянно образовывалась слякоть. Тут Бобби заметил, что на небольшом участке земли следов крайне мало. Он опустился на колени, чтобы присмотреться. Участок был почти ровной прямоугольной формы.
– А где ваш стол для пинг-понга? – спросил Бобби у парня в дверях.
– Нет у нас стола, – буркнул тот.
– Как это – у братства и нет стола? – не поверил Бобби.
Ответить парень не успел – его плечом отодвинул Лесли и тоже вышел во двор.
– Что ты там нашел, Бобби?
– Я кое-чего не нашел. Видите, пусто? Никаких следов. Интересно, куда убрали стол, который стоял в беседке?
Лесли лишь кивнул, но в его взгляде Бобби прочел усталое восхищение.
– Ладно, ладно, был у нас стол. Для бирпонга [137] и все такое. Он сломался. Давно уже.
– И куда вы его дели?
– Только не надо рассказывать, что тусовщики-балбесы типа вас вдруг решили заморочиться, погрузили стол в машину и вывезли на свалку в Кирни-Меса, – сказал Лесли. – А мусоровоз такой габаритный груз не возьмет.
– Ставлю на то, что стол все еще на заднем дворе, – сказал Бобби.
– Я правда не помню, – ответил парень. – Возможно, мы его на дрова пустили.
Он шагнул назад в дом и задвинул дверь.
– Надо найти стол, – сказал Бобби.
И они нашли – наспех собранный стол прислонили к стене дома с южной стороны. Бобби попытался его разложить, но металлический каркас оказался сильно погнут. Поверхность стола была вся в пятнах – по большей части от воды и пива. Внимание Бобби привлекли несколько темно-серых пятен у одного из краев. Видимо, рвота. Бобби присел на корточки и рассмотрел ножки. Колесики у них отбили, но так аккуратно, что след от земли лежал на ножках совершенно симметрично.
– Стол толкнули, притом сильно, и все колеса разом отвалились, – заметил Бобби. Он провел пальцем по одной из ножек – и от нее отвалились хлопья ржавчины.
Лесли стоял позади Бобби и старался не мешать. Он зевнул, прикрыв кулаком рот. Но глаза у Лесли горели.
– А ты хорош. Давно работаешь журналистом?
– Неполных два дня. До этого водным поло занимался. Как думаете, если мы вернемся и изучим следы, найдем среди них женские? Скажем, от босых ног?
В кармане у Лесли завибрировал телефон, и они оба вздрогнули. Лесли поднес телефон к уху:
– Да, Лапейр, слушаю.
Бобби уловил едва слышное щебетание Лапейр.
– Сопровождай их. Оцепи место происшествия. Не забудь записать все, что скажут. А потом иди спать. – Лапейр чирикнула что-то еще, Лесли ответил: – Не знаю, правда. Пока не готов сказать, но в «Тета Ро Каппе» довольно напряженно. – И нажал отбой.
Бобби схватил камень и поскреб им по поверхности стола. Пятно легко отошло, под ним сразу показалось отсыревшее дерево.
– Мы разве не поедем обратно в зоопарк?
– Чуть позже. Сначала зайдем поговорить с ребятами, пока сюда не явился засранец в костюме и не начал козырять юридическими терминами.
Бобби встал с корточек, и они пошли обратно. У крыльца Бобби изучил грязь, подмечая каждый отпечаток женской ступни, особенно около места, где раньше находился стол для пинг-понга. А когда уже хотел последовать за Лесли в дом, поднял голову и увидел засранца в костюме, который плечом раздвинул стеклянную дверь и вышел на крыльцо.
Приехавший адвокат был весь какой-то приглаженный и прилизанный. Зачесанные назад густые каштановые волосы, ровная щетина на щеках и подбородке. Одет в поло и зауженные синие джинсы. Бобби подумал, что будь у «Тета Ро Каппы» секретное приветствие, тот наверняка был бы в курсе.
– Вам нельзя здесь находиться, – сказал он и указал на двор.
– А вот и наш пиджачок, – произнес Лесли.
Бобби отступил назад. Он знал Лесли лишь пару часов, но этого хватило, чтобы понять: тот не уйдет, не сыграв в игру «разозли адвоката».
– Вы не можете находиться в частных владениях без разрешения от судьи.
– Я не понимаю, – ответил Лесли.
– Тогда я буду говорить предельно четко и ясно. Уходите, или я направлю жалобу в департамент полиции и еще одну – в суд округа Сан-Диего.
– У кого больше власти? У того, кто стучит молоточком на заседании, или у того, кто носит с собой пушку?
– У первого, – уверенно произнес адвокат. – Вы лишь исполняете волю закона. Если не остановитесь, суд не примет никакие обнаруженные вами здесь улики.
– Значит, тут все-таки можно обнаружить улики?
Адвокат в пиджаке пожал плечами.
– Знаю одно: мне позвонил отец мальчика и сказал, что ребята стали жертвами злоупотребления властью со стороны полиции. В последнее время отдел полиции Сан-Диего частенько в этом замечают. Я уверен, что…
– Интуиция подсказывает мне, что здесь было совершено преступление, – перебил его Лесли.
– Эти дети живут сложной социальной жизнью. Вы вторглись к ним в дом. Кто знает, не нанесло ли ваше вторжение какую-нибудь глубинную травму их неокрепшим душам? Вам пора покинуть территорию. Давно пора.
Пока Лесли бодался с адвокатом, Бобби заглянул сквозь грязное стекло раздвижной двери. Внутри он увидел, что Ронни – тот, который играл в видеоигры, – оживленно спорит с парнем из спортзала. Геймер очевидно пребывал в крайнем возбуждении: размахивал руками и тыкал пальцами в воздух. Бобби даже как будто заметил у него слезы, но не был в этом уверен. Собеседник пытался привести Ронни в чувство. Вдруг они разом обернулись и увидели Бобби, который прижался лицом и ладонями к стеклу. Качок утащил своего друга к лестнице, и они исчезли из виду.
Глава 9
Когда Бобби примчался в штаб-квартиру «Реджистера», там его уже поджидал взбешенный редактор. Присев на стол Яны, Майло яростно барабанил по нему пальцами. Из небольшой беспроводной колонки играла музыка, которую Майло выключил при появлении Бобби.
