Он принёс её к стойке:
— Давно их по этой цене продаёте?
— Годами.
— Всегда по такой?
— По цене крупных поставщиков. На этом не заработаешь, но иначе не выжить. Где-то мы свернули не туда, как страна. Уже и непонятно, кто тут рулит. Китайцы? Кто его знает?
Гурни заплатил, отнёс канистру к машине — и позвонил Кайре Барстоу.
— Дэвид?
Он не удивился, что застал её на работе на следующий день после праздника:
— Короткий вопрос. У тебя есть цифровые файлы, с которых Страйкер распечатывала фотки, что показывала в суде по делу Слэйда?
— У меня нет, но доступ получу. Зачем?
— Среди распечаток, что прислал Торн, была фотка карьера, где сгорела «Королла». В углу — красная пластиковая канистра. Думаю, ваши её привезли для эксперимента?
— Конечно. Но отпечатков не было — Страйкер потеряла интерес.
— Помнишь, вы её сохранили или передали полиции Рекстона?
— Надо проверить. К чему клонишь?
— Если она у тебя — можешь сделать несколько снимков со всех сторон и скинуть мне на телефон?
Она рассмеялась:
— Прямо сейчас?
— Сейчас было бы идеально.
— Ты так и не сказал, зачем.
— Я почти уверен, Лерман купил пятиигаллонную канистру в автомагазине. Цена бьётся с его платежом по Visa, а покупка бензина несколькими минутами позже — по объёму. Это ничего не доказывает, но если окажется, что канистра с места пожара совпадает с той, что продаётся в Cory’s…
Барстоу перебила недоверчиво:
— Ты полагаешь, Лерман купил бензин, которым спалили его машину? И зачем?
— Понятия не имею. Это дело становится всё более странным.
— Я перезвоню, как только смогу, — сказала она и отключилась.
Гурни уловил в её голосе ноту срочности, возможно — даже возбуждения.
Ему хотелось проверить ещё одно, прежде чем уезжать. Он пересёк дорогу к облезлому «магазинчику» за колонками. Внутри оказалось не столько магазин, сколько пыльное помещение с рядами автоматов вдоль трёх стен — шоколадки, чипсы, газировка. В углу сидел подросток с зелёными волосами и татуировками — двумя руками держал телефон.
Гурни вернулся к машине, ещё больше уверившись, что сумма 14,57 действительно ушла на бензин — потому что там просто не было на что ещё тратить. Окрылённый ощущением прогресса, он решил двинуть к месту той самой минутной остановки Лермана у обочины.
Он сверил координаты в распечатке, вбил их в GPS, выехал с парковки и направился на север, в Адирондак.
За час с четвертью, по мере подъёма, температура падала. Когда GPS сообщил о прибытии, на панели было -18°F. [216] Он остановился на расчищенной площадке справа — месте для разворота снегоуборщика или пескоразбрасывателя. Застегнул куртку до подбородка и вышел.
Окинул взглядом: типичный адирондакский ельник. Земля под лапами — ковёр из бурой хвои. Местами — пятна льда. В воздухе — смола. Мёртвая тишина. Надежда, что место подскажет причину остановки, таяла. Он уже был готов сдаться, как что-то уловил краем глаза. Сначала незаметное из-за вездесущей хвои — от кромки площадки в лес уходила узкая колея. Подойдя, понял: ширины хватит для машины. Рисковать, загоняя прокатный седан в лес, он не стал — но любопытство повело дальше пешком.
Скоро он вышел на большую поляну — по сути, гранитный карьер. Короткая разведка показала: это то самое место, где «Королла» Лермана выгорела дотла. Он дошёл до точки, где на фото были видны остатки машины. Почерневшее пятно на сером камне подтвердило локацию. Потратив ещё двадцать минут на осмотр, он вернулся к машине.
Завёл двигатель, включил печку и попытался сложить картину. Слишком уж не похоже на случайность, что Лерман сделал остановку у въезда на дорогу, ведущую к месту, где позже сожгли его машину. Но — почему?
Пока он перебирал хотя бы одну правдоподобную версию, пришло сообщение от Кайры Барстоу — четыре снимка красной пластиковой канистры крупным планом.
Канистра, купленная им в Cory’s, стояла на соседнем сиденье. Он аккуратно повернул её, подбирая ракурсы под фотографии Барстоу. Сравнение убедило: товар из Cory’s идентичен найденному на месте пожара. В нём поднялась знакомая волна удовлетворения — когда в пазле сходятся два фрагмента.
Длилось это недолго. На смену удовлетворению пришло недоумение. Зачем Ленни Лерман, ехавший выманивать у Зико Слэйда крупную сумму, вёз с собой бензоканистру? Собирался убить Слэйда и сжечь домик, забрав деньги? А потом, когда план рухнул, убийца Ленни использовал этот бензин, чтобы сжечь «Короллу»? Такое возможно, но вряд ли. Ничто из того, что знал Гурни о Ленни, не вязалось с холодным преднамеренным убийством и поджогом. Жадный и тупой — возможно. Ледяной и безжалостный — нет.
Когда салон прогрелся, он расстегнул куртку, откинулся и задумался, что дальше. Поехать к домику? Всего миля. Если Ян Вальдес там — поговорить ещё раз. Но, подумав, решил повременить — подготовить интервью. Если роль Яна глубже, чем кажется, сначала надо собрать о нём больше информации.
Небо темнело, обещая снег, а в Адирондаке больше нечего было делать — он решил возвращаться в Уолнат-Кроссинг. Бросил канистру на заднее сиденье, включил передачу — и тут телефон снова зазвонил. Он догадался: Кэм Страйкер. Так и было. То, что это был день после Дня благодарения, когда большинство чиновников отдыхают, для такого трудоголика, как Страйкер, ничего не значило.
— Дэвид, где вы?
Тон дал понять: она знает, что он не дома. Возможно, послала патрульного или следака следить? Лучший ответ — правда:
— В карьере, где сгорела машина Лермана.
— Где?!
— Похоже, Лерман сам купил бензин, которым сожгли машину, — что полиция Рекстона обнаружила бы, вглядись они внимательнее в его GPS и счета Visa.
— О чём вы, чёрт возьми, говорите?
— О крайне сложном преступлении, расследованном вполсилы, с выборочным учётом улик ради лёгкого приговора!
Тон Страйкер стал нарочито спокойным — как у сапёра:
— Похоже, вы сделали важные находки. Нам нужно обсудить их лично. Судя по вашей точке на карте, вы можете быть у меня в кабинете к двум дня. Я могу рассчитывать?
— Конечно, — ответил он, стараясь звучать твёрдо.
Он не доверял её внезапной открытости. Подозревал: встреча — удобный способ взять его под стражу, если выяснится, насколько опасны для неё его выводы.
С момента стрельбы в Блэкморе она ясно дала понять: арест — опция. Отпечатки на пистолете и следы пороха — достаточно, чтобы обосновать и прикрыться от иска о ложном аресте. Вероятно, её расчёт — простой анализ рисков. Как только его расследование станет для неё опаснее, чем арест — она арестует, а вопросы об освобождении решит потом.
Он не исключал, что его недавние слова подтолкнули её к этому. Если так — он не жалел. Их цели пересекались — это неизбежно. Непонятным оставалось лишь время.
Если ордер уже запрошен, стоило немедленно обезопаситься. Он не собирался сдаваться, но уезжать из северного штата — тоже. Ему нужно быть здесь — присутствовать, но оставаться незаметным.
Страйкер могла отслеживать его в реальном времени через геолокацию телефона. Это легко отключить в настройках — он и отключил. Кроме того, если она предполагала, что он пропустит встречу и рванёт прямо домой, она могла поставить наблюдение на подъезде к дому. Он открыл карту и выбрал маршрут к Уолнат-Кроссинг, который выводил на старую фермерскую дорогу в миле от тыла его участка, отделённого полосой леса. Найдёт неприметное место для парковки и дойдёт пешком. Он вбил новый маршрут в навигатор и поехал — с относительным чувством безопасности.
Минут через сорок он проехал мимо открытого торгового центра. Взгляд зацепился за логотип на фасаде: «Camper’s Paradise». Цепочка мыслей заставила его развернуться через несколько миль и вернуться.
Через полчаса он вышел из магазина с маленькой палаткой, газовым обогревателем и спальником — и продолжил путь к Уолнат-Кроссинг.
