Предначертанная. Часть первая - Сайн Шахназ

Слишком тяжёлый!

– Успокойся, – выдохнул Ибрагим Асадович, видя, что Ратмир не сдвинулся с места. – Ты – не хищник, и мы – не твои жертвы.

Через мгновение в ответ послышался низкий угрожающий голос:

– Зачем хочешь представить её семье?

Рука Миры потянулась к шее, духота сводила с ума, щёки горели огнём. Ком в горле не позволял даже рта раскрыть, становилось настолько не по себе, что картина перед глазами начинала расплываться.

– Она здесь по моему решению. Эта девушка будет находиться рядом с Махирой.

– ЗАЧЕМ?! – взревел Ратмир. – Ты хоть понимаешь, что ТВОРИШЬ?!

– Что я творю, Ратмир? Мне следует просить разрешения прежде, чем приглашать кого-то в собственный дом?

Ратмир громко выдохнул, нервно взявшись обеими руками за голову. Понадобилось несколько секунд, чтобы согнутая от шока спина выпрямилась и бурлящие эмоции на лице сменились привычной холодной маской. Глаза, что мгновение назад полыхали огнём, стали неестественно стеклянными.

– Не хочу видеть её, кем бы она ни была! – процедил он сквозь зубы.

– Тогда, к сожалению, расстрою тебя. Будешь видеть эту милую девушку в ближайшие дни, недели и месяцы. Она будет находиться рядом с Махирой столько, сколько понадобится, и это не обсуждается!

– Чертовщина! – выругался Ратмир, чуть ли не рыча на мужчину. – ЧТО ТЫ ТВОРИШЬ?

Мира так испугалась, что с силой сомкнула губы, лишь бы не дать волю слезам. Ей потребовалось приложить немало усилий, чтобы сдержать их.

– Исчезни! – ядовито выплеснул Ратмир, обращаясь к Мире.

– Повторюсь, Мира будет находиться рядом с Махирой! Это моё решение, и его никто не смеет оспаривать! Усмири пыл, мальчик! Ведёшь себя некрасиво! Не стоит запугивать девушку, она под моей защитой! – он перевёл дыхание. – Ты ещё спасибо скажешь, когда придёт время.

– За что?! – прохрипел Ратмир, сжав спинку кресла до побледнения костяшек. За всё время он так и не сел, собственно, как и Ибрагим Асадович. – За что сказать спасибо?! За то, что приводишь с улицы непонятную девку и пытаешься внедрить в нашу семью? Она чужой человек! Потом и сами не заметим, как начнет качать права и на что-то претендовать!

Ибрагим Асадович пытался держаться стойко и не дать слабину, но силы были почти на исходе.

– Ратмир, следи за языком, – предостерёг Ибрагим Асадович, яростно сверкнув глазами. – Она пробудет здесь столько, сколько я посчитаю нужным. У неё отныне есть определённые обязанности, и с завтрашнего дня она приступит к ним.

Ратмир снова с шумом выдохнул, резко развернулся и вышел прочь из кабинета. Настежь распахнутая дверь громко ударилась об стену.

Внезапно подняв голову от экрана телефона, Ирина с нескрываемым любопытством заглянула в мрачное, почти застывшее от ярости лицо Ратмира. За ним шумно захлопнулась и дверь приёмной, заставив вздрогнуть не только её, но и Миру, которая потерянно смотрела ему вслед.

В кабинете генерального директора «РМ» наступила тишина.

– Ирина! – твёрдым и достаточно сиплым голосом чуть ли не прокричал Ибрагим Асадович. – Закрой дверь!

Вскочив на ноги, секретарша быстро исполнила указание руководителя.

Мира продолжала сидеть за столом, потупив взгляд и заламывая пальцы.

Ибрагим Асадович расстроенно покачал головой, испытав такое же опустошение, что и девушка рядом с ним.

– Я не дам тебя в обиду, – произнёс он, коснувшись рукой своего пульсирующего виска. – Ни ему, ни кому-либо ещё.

Он перевёл дыхание и добавил:

– Прошу, не пугайся и не отказывайся от сделки. Будь храброй, и вот увидишь, я не останусь в долгу.

Ибрагим Асадович громко и хрипло прокашлялся, затем пошатнулся.

Заметив это, Мира мигом вскочила и оказалась рядом с Ибрагимом Асадовичем.

– Что с вами? – взволнованно спросила она.

– Потемнело в глазах…

Мира не спеша помогла ему усесться в кожаное кресло. Ибрагим Асадович дрожащей рукой достал из ящика лекарство и принял таблетку. Кабинет вновь погрузился в тишину.

Без лишних раздумий хрупкая девушка молча обошла стол и взяла сумку и пальто. Ей хотелось не просто уйти, а скрыться, выбросить из головы все мысли и как можно скорее оказаться на свежем воздухе. Вдохнуть полной грудью и унять дрожь в теле, в сердце и в душе.

Кем бы ни был Ратмир Ибрагиму Асадовичу, столь недоброжелательная и агрессивная реакция предвещала настоящую беду, если она всё-таки примет условия договора.

Тревога внутри с новой силой забила в колокола.

Зачем ей эти люди? Неужели после случившегося она всецело доверится незнакомому человеку и подпишет договор, приняв обязательства, которым должна будет следовать ближайшие полгода? Неужели одна лишь просьба Мерьем из сна заставит пренебречь чувством осторожности и с головой погрузиться в неизвестную жизнь чужой семьи?

Это игра с беспощадным огнём, который может поглотить и ранить так сильно, что оставит после себя незаживающие раны на всю жизнь.

С этими мыслями Мира взялась за ручку двери. Позади послышался тихий, но по-прежнему твёрдый голос Ибрагима Асадовича:

– Ратмир – муж Лейлы.

Глава 5

Я не буду рядом с тобой

Ратмир вышел из здания офиса и направился в сторону припаркованного чёрного Land Rover, за рулём которого терпеливо ожидал Иван. Как только Ратмир сел в машину, тот молча завёл двигатель, и они выехали на дорогу.

Ратмир был мрачнее тучи. Он сильно сжал кулаки, лишь бы остановить дрожь в теле.

Иван заметил его взвинченное состояние, но сделал вид, что смотрит исключительно на дорогу. Некоторое время они ехали молча.

Расслабиться не удалось, дрожь в руках не желала покидать Ратмира. Напряжённые густые брови сложились в почти вертикальные складки на лбу, внешняя нервозность медленно передалась и его нутру. Зверь, что был заточен в глубинах души молодого человека, желал рычать и беспощадно крушить всё вокруг.

Ратмир молча смотрел в окно и шумно дышал, пытаясь избавиться от виде́ния, которое так и стояло перед глазами.

Иван, не выдержав напряжения, что витало в салоне, нарушил затянувшееся молчание:

– На тебе лица нет. Видимо, встреча состоялась?

Его слова прозвучали больше как утверждение, нежели вопрос. Иван хорошо знал Ратмира и понимал, почему тот выглядел как вулкан, готовый вот-вот взорваться от избытка чувств. И несмотря на его отстранённый вид и умение сдерживать накопившиеся эмоции под маской хладнокровия, Иван за годы работы на семью Ибрагима Асадовича научился различать под слоем брони сломленного жизнью человека.

Ратмир раздражённо провёл рукой по волосам, придав им ещё более непослушный вид. Как бы он ни хотел избежать разговоров на эту тему, проигнорировать повисший в воздухе вопрос, а тем более любопытный взгляд Ивана, было сложно.

– Как понимаю, ты в шоке?

Иван посмотрел на Ратмира, на лице которого всё ещё дрожали мускулы; из его груди невольно вырвался тихий стон. Ратмир продолжал игнорировать вопросы, совершенно не желая говорить о случившемся.

Он не то чтобы ответить, он даже здраво мыслить не мог. Это сводило его с ума, заставляло грудь вздыматься чаще. Ратмир с хмурым видом достал из кармана телефон, но затем замер, мысленно задавшись вопросом, кому, собственно, он собирался звонить. Ратмир растерянно смотрел на включённый экран, и чёрные, аккуратные от природы брови изогнулись в недовольстве, сомкнувшись на переносице.

В голове пустота.

Внутри пустота.

Как будто оборвали провода, и жизненная энергия сошла на нет. Остались лишь лютый холод и кромешная тьма.

– Чертовщина, – выругался Ратмир вслух, обречённо вздохнув.

За последние пять лет ему многое довелось пережить, но этот удар оказался настолько внезапным и сокрушительным, что боль сдавила грудь.

Слишком знакомые черты лица.

Слишком знакомый испуганный взгляд.

Слишком знакомая копна волос цвета обжаренных зёрен кофе.