– Э… э… э… Что за…
Такэру не мог больше произнести ни слова. На миг ему показалось, что мир исказился, а в следующее мгновение он увидел перед собой землю. Он лихорадочно завращал глазами, пытаясь ухватить происходящее. Увидел знакомые до боли собственные ноги.
Он всегда это знал. Знал, что почивал на таланте, в то время как Дзютаро упорно трудился. В этом и была разница. Он собирался всё исправить. Должен был… но…
– Я возьму?
Ледяной голос, красивая рука, подобравшая его жетон. И тьма.
На ежедневном полуденном совещании Кавадзи Тосиёси с порога заявил:
– Завтра.
По залу разнеслись вздохи восхищения. Сакакибара из «Мицубиси», Моросава из «Сумитомо», Дзинбо из «Мицуи» и Тикаяма из «Ясуды» – все они подающие надежды наследники своих кланов. Кодоку финансируется из средств их дзайбацу, но только так, что главы семейств остаются в неведении, чтобы в случае провала тень не пала на них. Иными словами, всю ответственность берут на себя эти молодые люди. Если что-то пойдёт не так, они не просто вылетят со своих мест – без преувеличения, под ударом окажутся их головы.
Но если замысел увенчается успехом, не только им, но и потомкам обеспечены места в дзайбацу. Есть среди них и те, кто, поставив всё на кон, мечтает прибрать клан к рукам. При столь высокой ставке их самоотверженность неудивительна.
– Остаётся ещё Маэдзима, – вздохнул Тикаяма. – Что-нибудь о нём известно?
– Мы точно знаем, что он покинул Хамамацу. Дальше его след потерян, – ответил Хирагиси, старший секретарь, вероятно заметив, как Кавадзи скривился.
Они планировали перебить всех разом в почтовом отделении Хамамацу. Но в этот раз противники оказались умнее. Не стоило их недооценивать.
На дело послали военных и отряд офицеров, вооружённых мечами. В их числе были Госэн Юма и Адзума Рокуити, больше известные как Хокусо и Утэна, – искусные фехтовальщики, не раз занимавшие высокие места в турнирах по кэндо. К тому же удалось подкупить того самого Кандзию Букоцу, потому никто и не сомневался: с ним перебьют всех.
Только вот в действительности всё вышло иначе. И военные, и полиция понесли огромные потери убитыми, а этот ублюдок Маэдзима со своими приспешниками ускользнул. А Адзума и Госэн… Выжившие говорили, что противник их зарубил без всяких усилий.
Букоцу тоже пропал без вести. На пепелище в Хамамацу его тела не нашли, похоже, успел сбежать. Такого головореза легко не испугать: наверняка сейчас зализывает раны и наслаждается кодоку.
– Если бы не Окубо, этот Маэдзима так и остался бы пустым местом.
Он всего лишь мелкая сошка. Никто не поверит ему, подумают – спятил после смерти Окубо, помешался на заговорах. Да даже сам Кавадзи, будучи в деле, не может отделаться от мысли, что кодоку – не более чем абсурдный вымысел.
– Ну, основные трудности мы преодолели, вот-вот проявится истинная суть кодоку, – весело выпалил Сакакибара, весь горя от нетерпения.
Должно быть, Маэдзима думает, что кодоку устроили, чтобы разом расправиться со всеми недовольными самураями, особенно наёмниками. В каком-то смысле это было правдой. Но для этого достаточно было обманом мобилизовать военных и расстрелять весь этот сброд там, в Тэнрю-дзи.
Истинная цель кодоку была в другом.
– Остались самые достойные. Не желаете взглянуть? – спросил Хирагиси.
Наследники дзайбацу кивнули одновременно. И четыре ухмылки – сардонические, чудовищные – расползлись по их лицам. Удивительно, как, при всей несхожести происхождения, возраста и нрава, одержимость общей целью делает их пугающе похожими.
– Осталось двадцать три человека, включая тех, кто примкнул к Маэдзиме, и пропавшего Кандзию Букоцу. Вот список.
Хирагиси обошёл всех четверых, вручая каждому список выживших. Те тут же впились в него глазами.
Номер 1 – Дзикумару Судзусукэ
Номер 7 – Адасино Сикура
Номер 11 – Икари Такэтора
Номер 24 – Накагири Ёма
Номер 48 – Ходзоин Эисюн
Номер 66 – Кандзия Букоцу
Номер 84 – Гома Гэндзи
Номер 92 – Гилберт Капелл Колеман
Номер 99 – Цугэ Кёдзин
Номер 108 – Сага Сюдзиро
Номер 111 – Акицу Каэдэ
Номер 120 – Кацуки Футаба
Номер 139 – Лу Цянь
Номер 142 – Окабэ Гэнто-сай
Номер 160 – Тодороки Дзюдзаэмон
Номер 168 – Кинугаса Ироха
Номер 186 – Исии Отосабуро
Номер 215 – Мянь
Номер 222 – Тэнмё Тоя
Номер 251 – Дзикэн Хаято
Номер 269 – Саяма Синдзиро
Номер 277 – Камуикотя
Номер 292 – Кэагэ Дзинроку [15]
– Гома Гэндзи? Тот самый медведь из Уцуномии? – заговорил Сакакибара.
– Знакомы с ним? – Хирагиси с подозрением прищурился.
– Я ведь из княжества Ояма. В Симоцукэ… то есть в Тотиги, все о нём знают. Он настоящая легенда.
Поговаривали, что он из бывших самураев княжества Уцуномия, а ростом был – настоящий великан: шесть сяку пять сунов [16]. В битве при замке Уцуномия [17] он продолжал крушить врагов своим тяжеленным молотом, хоть и поймал пулю, – за такую отчаянную храбрость его прозвали Медведем.
– Дзикумару… Дзикумару… Знакомое имя. – Моросава прикрыл глаза и постучал пальцем по переносице, пытаясь вспомнить.
– Он из школы Юсюкан в Оите, последний и сильнейший из учеников убийцы Каваками Гэнсая.
– Точно, видал его в списке особо опасных преступников.
Кавадзи взглянул на Хирагиси, тот без промедления начал рассказывать про остальных:
– Среди выживших вы также можете видеть Накагири Ёму. Он бывший самурай княжества Окаяма и ученик Иноуэ Юсинсая, того самого, который возродил школу Тёкуюсин-рю. Согласно докладам наблюдателей, он обращается с кусаригамой [18] так, словно та продолжение его тела. И сильных соперников он положил немало. – Хирагиси прокашлялся и продолжил: – Ходзоин Энсюн, монах из храма Кофуку-дзи в Ямато. Владеет копьём так, будто является воплощением Инсюна [19]. Дзикэн Хаято, бывший самурай княжества Курури, обладает сразу двумя кайдэнами [20]: в школе меча Дзикисинкагэ-рю и в школе стрельбы Буэ-рю. Использует ятаган.
– Ятаган? – переспросил Тикаяма.
– Османский клинок. По слухам, в конце Бакумацу его использовали в некоторых княжествах, – вежливо ответил Хирагиси и перешёл к следующему участнику: – Исии Отосабуро, бывший самурай княжества Гудзё-Хатиман, был правой рукой командира знаменитого отряда Рёсо-тай [21].
– Вспомнил! – внезапно воскликнул Дзимбо. – Это же его называются вторым Мусаси! [22]
– Верно. Он всё так же использует два меча. – Хирагиси кивнул и продолжил: – Так, следующий. Тодороки Дзюдзаэмон. Бывший вассал сёгуна, служил в отряде Дэнсютай. Его мастерство меча было так высоко, что только одно его имя вселяло в противника ужас. Однако, поговаривают, во время битвы при Уэно он лишился слуха в результате обстрела. Как он смог дойти досюда – удивительно.
– А Икари Такэтора… Неужели из той самой банды Икари? – спросил Сакакибара, увидев ещё одно знакомое имя.
– Верно. Главарь одной из самых кровожадных группировок бакуто [23] во всём Токио. За деньги готов расправиться с кем угодно. Неужели среди вас, господа, никто не пользовался его услугами?
Хирагиси осмотрел собравшихся, хитро улыбнувшись. Некоторые опускали глаза в пол: если и не нанимали его, то, по крайней мере, хотя бы раз задумывались об этом.
