Он наполняет свою кофейную кружку мыльной водой из кухонной раковины и несколько раз взбалтывает ее, прежде чем протереть керамическое нутро кухонным полотенцем. Отец не оставляет мне эту кружку, чтобы я ее вымыла. Сложение у него худощавое, слишком уж худощавое, а волосы на голове напоминают волосики на голове у Феликса. Одевается он почти что по-стариковски – брюки на нем со слишком высокой талией, а узоры на его рубашках с воротничками давно уже не в моде и ныне считаются винтажными. Одежда на его жилистом теле выглядит какой-то обвислой, ткань словно поглощает его тело. На мой взгляд, он слишком быстро стареет.
– Ты нашел тот чек? – спрашиваю я его, только сейчас вспомнив о пропавшем чеке от арендаторов моего отца, на две тысячи долларов арендной платы.
Передаточную подпись он на нем поставил, но так и не внес эти средства на счет. Конечно, за это нужно благодарить мою маму – которая бесцельно бродит по дому и все перекладывает с места на место. Незадолго до рождения Феликса и смерти Ника этот пропавший чек был крайне насущной проблемой – еще меньше недели назад мы с Иззи вместе сидели, роясь в вещах моих родителей в поисках этого чека, так ничего и не обнаружив, – но в суматохе последних нескольких дней о нем как-то успели забыть. Иззи – это платная сиделка, которая присматривает за моей матерью, когда нас с отцом нет дома. Родители Иззи умерли, когда ей было восемнадцать, а затем и девятнадцать лет – один от сердечной недостаточности, другая от четвертой стадии лейкемии, – и ей пришлось заботиться о восьмилетней сестре. Теперь, десять лет спустя, она трудится не покладая рук, чтобы заработать деньги на обучение этой сестры в колледже.
Иззи находится при моей матери с тех самых пор, как у той началась деменция, – или скорее с тех пор, как мы узнали, что это именно деменция, а не просто рассеянность. Она работает в одном из агентств по оказанию медицинской помощи на дому и, как говорит мой отец, просто настоящая находка. Волосы у нее всегда коротко подстрижены – есть в этом что-то мужское, но в то же время и женственное, – добела высвечены и часто украшены цветочками, а тело облачено в самый разнородный набор вещей: юбки с колготками вполне могут сочетаться у нее с узорчатыми носками до колен и всякими замысловатыми фенечками. У нее есть серебряный кулон на тонкой цепочке, на котором выгравировано ее имя – легко читаемым шрифтом, достаточно крупным, чтобы его могли различить пожилые люди и инвалиды. В том числе и моя мать. И когда она недоумевающе смотрит на Иззи, как это частенько случается, та снимает эту безделушку со своей шеи и показывает ее ей. «Иззи» – написано там.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
