25 ноября. Утром делал наброски к историческим картинам; затем мне позировала баронесса Дёрнберг: голова получилась великолепно. Мой слуга нашел мне изумительную 17-летнюю модель. День стоит прекрасный. Продолжил визиты вежливости: меня чрезвычайно любезно принял министр Франции и вслед за ним — граф Межан; последний обещал мне написать письмо герцогу Максимилиану Лейхтенбергскому [11] в Петербург. Князь Лёвенштейн заказал мне портрет свояченицы, княгини ди Руан, и обещал, что его жена даст мне рекомендации для баронессы де Грюден, близкой подруги русской царицы.
27 ноября. Утром прогулялся по Английскому парку. [12] Встретил там барона Приули, дворецкого вдовствующей королевы. Поговорив с ним немного, я отправился на прогулку по парку и так там проплутал, что пришел домой в половине одиннадцатого. Днем снова посетил Кунстверейн, впервые увидел образец дагерротипа: [13] вид Мюнхена. Кажется, что видишь город в тумане, в некоторых местах он рассеивается, и там дома видны более отчетливо. Должно быть, снимок выполнен не очень опытным человеком.
Гравюра Франсуа Леметра. Мюнхен, Королевский дворец и театр
2 декабря. Утром немного прогулялся по Английскому парку; потом отправился к барону Дёрнбергу: он мне позировал. Пообедал с ним, баронессой и принцем Монморанси; после обеда мы все вместе направились в Олений сад посмотреть на локомотив, отправляющийся в Аугсбург. Мы ушли вглубь парка, где выпили кофе; ближе к вечеру ожидалось возвращение «адского» поезда. Действительно, иначе и не назовешь эту машину, которая вихрем уносит за собой немыслимое множество вагонов, набитых людьми. Снизу из-под колес вырывается огонь, который из-за бешеной скорости, кажется, стелется прямо по дороге, так что создается впечатление, что вагоны несутся прямо по сверкающему огню, оставляя позади себя длинный шлейф.
Я стоял в двух шагах от рельсов, когда поезд пронесся мимо, и невозможно описать скорость, с которой он промчался перед моими глазами; я видел лишь бесформенную массу, появившуюся и тут же исчезнувшую так быстро, что всякий видящий это впервые не может не испытать чувство ужаса. И невозможно рассмотреть людей, сидящих в вагонах, только светлые пятна мелькают в окнах: вероятно, платья и вуали дам. Вечером ходил на великолепнейший концерт в Королевском Одеоне; там был весь двор, играли очень талантливые пианисты: исполнялись отрывки из Моцарта и Бетховена.
5 декабря. Я начал брать ежедневные уроки конной езды. Погода ужасная, идет снег. На душе не легче. Пытаюсь продать свой экипаж: мне предложили за него несколько золотых вещиц и 50 флоринов. Надеюсь это дело уладить. У Шульца купил черную шаль и платье для жены и муслиновое платьице для моей Пальмиретты. Наконец-то получил весточку из Венеции: малыш Бартоло прислал свое первое письмо, я был растроган. Отправил жене письмо, посылку и 150 австрийских франков.
17 декабря. Утром позировала княгиня ди Руан, она польстила мне, сказав, что у меня хорошо получится написать портрет ее дяди. Начал кое-какие эскизы, хочу послать их господину Фрейгангу для графини Ольги Орловой. [14]
24 декабря. Сегодня снова ходил в Кунстверейн, видел несколько красивых пейзажей г-на Шимона. [15] Техника хороша, но колорит никуда не годен. То же относится и к его женщине со спящим младенцем. Утро провел в манеже, потом искал подарки к Рождеству. От графини Таше получил в подарок к Рождеству Христову жилет и бокал из сусального золота. Я еще раньше подарил трем ее дочерям корзины с цветами и фруктами. Вечером был у графа Таше на семейном рождественском празднике. В тот же вечер получил приглашение от графа Тауфкирхена на завтрашний обед. В полночь был на службе в Королевской капелле.
25 декабря. Утром прогулялся на базар, обедал у французского ресторатора Буателя по приглашению графа Тауфкирхена вместе с отцом и сыном Таше, обеими г-жами Полин, управляющим театра и прочими. Баронесса Дёрнберг прислала мне в качестве рождественского подарка ночной колпак, расшитый серебром, и домашние тапки из русской кожи. Я отправил ей корзину с восковыми фруктами.
31 декабря. Утром много ездил верхом, работал над портретами князя и княгини ди Руан. Вечером прогулялся с синьорой де Росси, флорентийкой, которая сейчас живет в Мюнхене, и потом до четырех утра был на грандиозном приеме у г-на Бреслау.
1 января 1840. Весь день — никакой работы; утром — прогулка и визиты, получил милейшее письмо от жены и еще одно — от моей маленькой Пальмиретты, которая поправляется после болезни. Обедал с синьорой де Росси в табльдоте «Гавас»; после чего проехались в экипаже до реки Изар, а вечером отправились в придворную галерею.
2 января. Вечером был в театре, там давали сцены из балетов. М-ль Полин блистала там в последний раз; ей долго аплодировали, и сцена была усыпана венками из цветов. Завтра она уезжает в Берлин.
3 января. Утром проснулся с сильной головной болью. Отправился в манеж, надеясь, что быстрое движение пойдет мне на пользу, но это не помогло. Отказался даже от танцевального вечера у барона Проффа.
8 января. Выйдя утром из дома, увидел королевский кортеж, ехавший на открытие Палаты депутатов; потом поработал немного и вечером был на ужасном итальянском концерте в Одеоне.
9 января. Вечером сходил в конный цирк, смотрел пантомиму «Мазепа»; очень понравились прекрасно выдрессированные лошади.
10 января. Утром работал над наброском для портрета мюнхенского семейства Козепал, потом навестил графа Витковского, для которого у меня было письмо от графини Киселевой. С двух до трех часов у меня была Ее Величество королева Каролина. [16] Она нашла очень достоверными портреты, которые, еще не законченные, стояли у меня в мастерской: в том числе портрет графа Таше, княгини ди Руан, четы Дёрнберг, балерины Полин. Ей понравились также эскизы к картинам «Казнь Марии Стюарт», [17] «Капитуляция Кале», «Венецианка» и «Семья Тинторетто», которую я пишу за свой счет.
13 января. Очень холодно; за городом температура упала до 16 градусов ниже нуля. В 11 часов утра вместе с миланским художником Конти поехал на поезде, который скоро будет ходить до Аугсбурга. Это было мое первое путешествие по железной дороге, которая пока доходит только до Майзаха. Путешествие заняло 30 минут; оттуда пешком дошли до прекрасной местности Фюрстенфельдбрук, расположенной у подножия красивейших гор, где и пообедали; вернулись в Майзах, а оттуда — в Мюнхен, снова по железной дороге. Сразу же отправил консулу России давно обещанные рисунки. Вечером пошел в Английский парк посмотреть на чудесную статую Гебы. Сегодня, 15 января, после нескольких важных визитов зашел к малышке Софи.
17 января. Сегодня у меня в мастерской настоящий день визитов. Среди прочих были: князь и княгиня Лёвенштейн, княгиня ди Руан, затем — Его Величество король Баварии [18] и королева; они с первого взгляда узнали всех людей на портретах, стоявших у меня в мастерской; король был в прекрасном настроении. Именно сегодня я вручил портрет княгине ди Руан. И госпожа Лёвенштейн тут же получила от сестры картину в подарок. Было очевидно, что их связывают нежные отношения, и это было приятно видеть. Вечер провел у малышки Софи.
