Сталин. Шаг в право - Жуков Юрий Николаевич

«Основные трудности, — сообщил Рыков делегатам съезда азы экономики, — вытекают из несоответствия во времени между получением прямых положительных результатов от индустриализации и необходимыми предварительными затратами, что в условиях нехватки средств вообще не может не вызывать напряжения всего хозяйства страны».

Что же именно, по мнению главы правительства, должно было столь напрячь экономику Советского Союза? Оказывается, те самые три стройки, о которых он же говорил как о крайне необходимых ещё в декабре 1926 года, на 15-й партконференции, говорил как о выражающих осуществление индустриализации.

«Мы приступаем, например, — поведал делегатам съезда Рыков, — к сооружению Днепростроя, Туркестано-Сибирской (Семиреченской) железной дороги, Волго-Донского канала. На всё это вместе взятое нам придётся затратить несколько сотен миллионов рублей. Не менее 350–400 миллионов.

В плане ближайшего пятилетия эти затраты являются „минусом” в смысле получения непосредственных результатов. Пока указанные сооружения не будут окончены, — а это уже выходит за рамки пятилетних перспектив — страна от них ничего не получит. Это, конечно, возлагает на страну значительные тяготы до тех пор, пока все эти предприятия не будут окончены и не войдут в работу».

Такая своеобразная «популяризация» индустриализации выглядела более чем странно и скорее напоминала угрозу, запугивание делегатов съезда, прямо не высказанное предложение отказаться пока не поздно от намеченных строек. Не говоря уже о тех трёх металлургических комбинатах, которые входили в ближайшие планы ВСНХ — более грандиозных, а потому более затратных и давших бы прибыль только через несколько лет после ввода их в строй.

Чтобы усилить негативное впечатление от предстоящего строительства, Рыков привёл данные о капитальных вложениях в экономику страны. Тех самых, которые должны были продемонстрировать высокие темпы индустриализации. И здесь докладчик пошёл на хитрость. Назвал затраты в рублях, что естественно, но не обмолвился о весьма значимом: за приведённый им период червонец подешевел чуть ли не вдвое.

«По силам ли нам, в состоянии ли мы выдержать тот темп, который намечается в этих колонках цифр?» — вопросил Рыков. И поспешно выразил надежду, что страна сможет выдержать взятый темп, хотя и оговорился: «Теперь ещё рано, конечно, подводить итоги этому второму году капитального строительства. Но опыт всего предшествовавшего полугодия позволяет с очень большой вероятностью предполагать, что мы избегнем в этом году прошлогодних затруднений».

Таким выводом заставил делегатов гадать: что же ожидает страну — значительные тяготы или их отсутствие?

Затронул глава правительства и самый близкий для него его единомышленника Бухарина вопрос «хозяйственной смычки рабочих масс и крестьянства».

«После того, — объяснил данную тему доклада Рыков, — как был выдвинут лозунг индустриализации страны, у некоторых сложилось такое впечатление, что этот лозунг своим остриём направлен против сельского хозяйства. Несостоятельность такого взгляда (опровергают) цифры затрат на сельское хозяйство за последние три года — с 23/24-го по 26/27-й. Ассигнования из госбюджета и местных средств составляли: в 23/24 году — 114,5 миллионов рублей, в 24/25 году — 239 миллионов, в 25/26 году — 309,7 миллионов и в 1926/27 году — 335,8 миллионов» [388].

Следующим — с докладом «О состоянии и перспективах развития промышленности СССР» — выступил Куйбышев. Как и Рыков, не сказал почти ничего нового, ибо по данному вопросу ему пришлось говорить уже дважды. В феврале — на пленуме ЦК, и в марте — на заседании президиума ЦИК СССР.

По традиции глава ВСНХ начал с достижений. С успехов, достигнутых за отчётный период — с предыдущего, III общесоюзного съезда Советов, с мая 1925 года.

Валовый прирост промышленной продукции, сообщил Куйбышев, составил в 1926 году 42,4 %, по плану 1926/27 года ожидается 20,1 %, а всего за два года он должен достигнуть 71 %. Товарная продукция в 1925/26 году выросла на 43 %, в 1926/27 году рост ориентировочно будет равен 19,2 %, что за два года составит 70 %. А ещё отметил не менее значимое. Если в 1923/24 году удельный вес промышленной продукции в народном хозяйстве страны достиг 27,8 %, то в текущем возрос до 39,7 %.

Затем Куйбышев перешёл от общего к частному, и вот тут не стал скрывать недоработок и недостатков.

«В 1926/27 году, — признал он, — мы достигли в области производства чугуна всего лишь 70,8 % от довоенного, в области мартеновской стали — 81,6 %, по прокату — 73,9 % от довоенного производства». Вместе с тем отметил и положительное: «В области машиностроения уже в 1925/26 году мы имели некоторое превышение довоенных размеров, а в 1926/27 году мы будем иметь здесь 134,5 % продукции довоенного времени. В каменноугольной промышленности в 1926/27 году будем иметь уже на 12 % больше угля, чем имели до войны… нефти — на 12–14 %».

Далее глава ВСНХ подробно остановился на машиностроении, так как оно «самым тесным образом связано с темпом индустриализации нашей страны. Только развив машиностроение, только добившись решительных успехов в этой области, мы сможем прочно стать на собственные ноги в деле индустриализации страны, освободившись от заграничной зависимости». Развивая эту тему, привёл показатели роста (но опять же в рублях) производства паровозов, вагонов железнодорожных и трамвайных, двигателей внутреннего сгорания, турбин, котлов, станков, оборудования для текстильных фабрик, тракторов, автомобилей.

Уточнил с гордостью: если в текущем хозяйственном году тяжёлая промышленность в целом выросла на 23,2 %, то машиностроение — на 34 %.

Охарактеризовав настоящее положение промышленности, перешёл Куйбышев к перспективам. Повторил общие данные, приведённые в докладе Рыкова по капитальному строительству, но с одним существенным дополнением — 20,5 % всех затрат пойдёт на новое строительство. Тут же раскрыл планы ВСНХ: «К числу проектируемых заводов относятся металлургические заводы в Тельбесе (Сибирь), на Магнитной горе (Урал) и в Приднепровье (в районе города Кривой Рог. — Ю.Ж.), Сталинградский тракторный завод, завод крупного машиностроения в Свердловске, другие. К новостройкам, крайне важным по значимости, должно быть отнесено сооружение гидроэлектростанции на Днепре».

Куйбышев не ограничился характеристикой только тяжёлой промышленности. Указал, что «переработка сельскохозяйственного сырья занимает у нас в стране 47 % всей промышленности». Сочтя недостаточным ограничиться показом только такой связи заводов и деревни, продолжил: «Если мы сейчас говорим о том, что сельское хозяйство должно пойти по пути интенсификации и машинизации, если мы говорим об индустриализации сельского хозяйства, то совершенно очевидно, что важнейшее, основное для индустриализации сельского хозяйства должно прийти со сторон промышленности».

«До войны, — продолжал он, — мы производили сельскохозяйственных машин на 67 миллионов довоенных рублей. В 1923/24 году производство упало до 16 миллионов, в 1924/25 году поднялось до 99 миллионов, в следующем, 1925/26 — до 68 миллионов, а в этом году мы будем иметь на 95 миллионов довоенных рублей производство сельскохозяйственных машин, то есть на 42 % больше, чем до войны».

Ведя разговор о производстве, не забыл Куйбышев о финансировании его. По бюджету, сообщил он, в прошлом году на промышленность выделили 320 миллионов, в нынешнем — 602 миллиона. Кроме того, ВСНХ располагало за счёт долгосрочных кредитов в минувшем году 400 миллионами, а в этом — 220. Да ещё «мелкие источники», заметил он, должны дать 95 миллионов. Но не счёл такие суммы пределом. «Вложения в народное хозяйство и промышленность, — растолковывал он, — должны будут из года в год возрастать, и чем дальше, тем больше нам нужно будет производить работ по новому строительству, так как наличный основной капитал нами уже освоен и использован».