Сталин. Шаг в право - Жуков Юрий Николаевич

Черта оседлости стала одной из основных причин страшной нищеты российских евреев. Ведь она вынуждала их жить только в небольших городах и местечках, в которых отсутствовала или была очень слабой промышленность, почему евреям приходилось либо заниматься мелкой торговлей, посредничеством, либо быть портными, сапожниками, парикмахерами.

Сначала Первая мировая, а затем и Гражданская война заставили евреев податься в тыл, на восток, благо Временное правительство первым своим актом отменило пресловутую черту оседлости. Поселиться в самых крупных, прежде закрытых для них городах — Москве, Петрограде-Ленинграде, Харькове, где им больше ничто не угрожало, особенно погромы.

Однако быстро приспособиться к новым условиям жизни евреи при всём желании не могли, ибо у них отсутствовали даже начальное образование, серьёзная профессия, да ещё и знание русского языка — таковым в 1926 году владели только 28 %. И им не оставалось ничего иного, как возвратиться к прежней деятельности — торговле, посредничеству. Ну а в условиях НЭПа это означало стать нэпманами, которых и население в целом, и власть, мягко говоря, недолюбливали.

Только потому партийное руководство долгое время сочувственно относилось к существованию учреждённой в январе 1919 года Всероссийской еврейской трудовой организации (Гехолуц), готовившей евреев к переселению в Палестину, а после её запрета в марте 1924 года из-за слишком тесной связи с правыми еврейскими националистическими партиями, два года спустя сочло возможным содействовать еврейской эмиграции [73].

И всё же основной альтернативой переселению в Палестину руководство видело в привлечении евреев к земледелию и огородничеству. К этому призывал ещё в мае 1919 года председатель Центрального бюро еврейских коммунистических секций — структурной части Наркомата по делам национальностей — С.М.Диманштейн.

О том же говорил и А.И.Криницкий, первый секретарь ЦК компартии Белоруссии, отчитываясь 4 ноября 1925 года о своей работе на заседании ОБ. «Разрешить еврейский вопрос, — выразил он своё мнение, — можно только в порядке экономических мероприятий. Первое — помощь кустарям… Далее — развитие еврейского земледелия, при котором можно извлечь избыточное население из местечек и еврейских пригородов» [74].

Криницкий отнюдь не изобретал велосипед. 29 августа 1924 года при президиуме Совета национальностей ЦИК СССР был образован КОМ-ЗЕТ — Комитет по земельному устройству трудящихся евреев, а несколько позже, 17 января 1925 года, для его всемерной поддержки учредили ОЗЕТ — Всесоюзное общество по земельному устройству трудящихся евреев. Благодаря их усилиям и материальной помощи зарубежных еврейских организаций — Еврейского колонизационного общества (ЕКО), Агро-Джойнт — удалось за несколько месяцев расселить 150 тысяч евреев в Крыму и на Украине. Тем попытались сделать из них крестьян. И всё же такая мера так и не решила проблемы. Решение нашёл (или ему это показалось?) Ю.Ларин (М.А.Лурье), председатель ОЗЕТа.

Ларин имел среднее образование, он окончил гимназию в родном Симферополе, и к Октябрю стаж его революционной борьбы составлял 16 лет. Но ничто не помогало ему сделать успешную карьеру. На протяжении Гражданской войны его постоянно назначали на ответственные, но средние по значению должности в учреждениях, которые по иронии судьбы очень скоро ликвидировали. Потому-то Ларин начиная с 1922 года занялся публицистикой. Постоянно выступал в печати — и какой! — в «Правде», «Известиях», «Большевике». И всякий раз с эпатирующими всех статьями, всегда шедшими вразрез с мнением как партийного большинства, так и оппозиции.

Став же председателем ОЗЕТа, Ларин развил кипучую деятельность, поставившую Диманштейна, переведённого после ликвидации Наркомата по делам национальностей в отдел агитации и пропаганды ЦК, заведующим подотделом национальных меньшинств.

«Товарищ Сталин! — уведомлял он генсека в первых числах февраля. — От Вашего имени тов. Ларин выступает о необходимости организации Еврейской республики в пределах СССР. Этот вопрос тов. Ларин поднял и на беспартийном собрании. Было бы необходимым знать, каково конкретно Ваше мнение по этому вопросу».

Ответ последовал незамедлительно. «Тов. Ларина, — писал Сталин, — никто не уполномочивал выступать от моего имени. Что же касается моего мнения, то я действительно за то, чтобы создать на территории Советского Союза Еврейскую советскую республику с компактным большинством из евреев, использовав для этого переселенческое движение еврейских трудовых масс» [75].

Окрылённые столь несомненной поддержкой генсека, Диманштейн, Ларин и ещё один сотрудник подотдела нацменьшинств Агитпропа А.И.Вайнштейн внесли на рассмотрение ПБ предложение создать Еврейскую республику. Но члены ПБ на заседании 11 февраля уклонились от принятия скороспелого решения. Для его «проработки» образовали комиссию в составе Калинина (председатель), Ворошилова, Молотова, Рудзутака, Петровского, Косиора, а также Диманштейна и Ларина [76].

Вполне возможно, эта комиссия, как то бывало весьма часто, долго бы не собиралась, если бы не заинтересованность инициаторов. Первое и последнее её заседание состоялось уже 23 февраля. Оно одобрило доклад Ларина, содержавший следующие положения:

«1. Держать курс на возможность организации автономной еврейской единицы при благоприятных результатах переселения (выделено мной. — Ю.Ж.).

2. Осуществить фактически постепенное забронирование для еврейского переселения всех не занятых трудовым землепользованием земель в бывших Евпаторийском и Джанкойском уездах (Крыма. — Ю.Ж.)…

3. Предрешить отвод для еврейского переселения — приазовские плавни между Кубанью и Азовским морем, закрепив этот отвод договором с ОЗЕТом».

Помимо названных выше двух районов, для еврейской колонизации Лариным предполагалось отвести земли на Алтае и в районе города Новороссийска.

Данные предложения и составили постановление ПБ, принятое 18 марта [77]. Теперь следовало начать активную работу по переселению и КОМЗЕТу, и ОЗЕТу. Однако все их практические усилия, вся пропаганда и завлекательная реклама своих целей оказались тщетными. Вековые традиции непроизводительного труда для советских евреев оказались сильнее призывов заняться сельским хозяйством. Они так и не захотели стать ни землепашцами, ни животноводами, ни огородниками.

Вот поэтому-то на политической карте СССР в те годы не появилась Еврейская республика. Ни в Крыму, ни тем более на Алтае.

Какие бы проблемы ни выдвигала жизнь на первый план, всё же весь март 1926 года приходилось постоянно помнить о самом важном. Об экономике. Заниматься ею, хотя на вопрос о путях дальнейшего её развития ещё только предстояло дать ответ на предстоящем пленуме, где главным событием должен был явиться доклад «О хозяйственном положении и хозяйственной политике», так и не прозвучавший на съезде. На том самом грядущем пленуме, созыв которого первоначально наметили на 20 марта, но уже 11 марта из-за явной его неподготовленности перенесли на 5 апреля [78]. Пока же следовало решать задачи, оставшиеся бы актуальными при любом будущем выборе.

4 марта ПБ категорически отклонило уже согласованный в Глав-концесскоме и одобренный им договор с немецкой фирмой «Юнкерс» о производстве в Советском Союзе цельнометаллических монопланов конструкции Гуго Юнкерса, уже выпускавшихся на его заводе в Дессау. Вполне возможно, что на такое решение повлияла эксплуатация самолётов этой фирмы Германо-русским обществом воздушных сообщений (Дерулюфт) на линии Москва — Смоленск — Рига — Кёнигсберг — Берлин, существовавшей с 1922 года, что было сочтено вполне достаточным.