Воспоминания участников штурма Берлина - Криворучко Александр

Делаем круг над аэродромом. Видим истребители, которые должны нас сопровождать на Берлин. Герой Советского Союза гвардии майор Новичков привел их точно в срок — секунда в секунду. Все четверки заняли свои места. Полк построен в боевой порядок — я сужу об этом по докладам командиров групп, сносящихся со мной по радио.

Ложусь на курс. Идем на запад. Высота — 400 метров. Показался Одер. Здесь мы уже не раз пролетали. Земля под нами словно изрыта оспой — всюду видим следы недавних сражений.

За Одером погода несколько лучше. Местами проглядывает голубое небо. Поднимаемся на 800 метров. Соответственно поднимается и настроение: ведь для нас высота — все!

Подходим к городу Врицен — это наш поворотный пункт. Всего несколько дней назад мы работали над ним. Мелькают знакомые улицы и даже сады, откуда по нашим самолетам били тогда немецкие зенитки. Сейчас враг отсюда изгнан. Разворачиваемся и идем к Бернау. Еще один излом маршрута, и мы будем над целью. Но погода против нас. Бернау мы не видим, а угадываем по расчету времени.

Снова приходится снизиться. Слева от нас Берлин, но густая пелена дождя не позволяет ничего разглядеть. Подходим ближе к городу и видим: Берлин охвачен огнем, над ним нависла густая пелена дыма.

Группа озер дает мне знать, что мы уже на западной окраине города. Теперь карта мне уже не нужна — этот район изучен до мелочей. Цель осталась позади. Мы на высоте 600 метров. В козырек стучат крупные капли дождя. Приходится снизиться до 400 метров.

— На цель!

Группы быстро и четко выполняют мою команду. С резким разворотом влево идем на центр города. Облачность прижимает нас к земле. Но все наши мысли поглощены сейчас одним: приближаются долгожданные секунды штурмового удара по району Рейхстага!

Впереди на нашем пути встают дымные шары разрывов зенитных снарядов. Земля просматривается скверно — фонарь захлестывается дождем. Со снижением пытаюсь разогнать скорость, но нагруженный до предела штурмовик набирает ее крайне медленно. Наша высота уже 200 метров. Замелькали трассирующие снопы снарядов немецких зениток. Теперь бьет зенитная артиллерия абсолютно всех видов и всех калибров. Вот слева от меня совсем рядом разорвался снаряд. Машину резко бросило в сторону. С трудом выравниваю ее.

Различаю парк. Здесь замаскировалась немецкая артиллерия, мешающая нашим героическим танкистам и пехотинцам прорваться к Рейхстагу. Все мои летчики видят цель и идут на нее. Направляю машину прямо на центр парка. Трудно взять прицел — мы находимся в ливне огня и дождя. Поймал момент — нажимаю кнопку.

Мой стрелок тоже не сидит без дела: он из пулемета бьет по зениткам.

Еще раз захожу на цель и сбрасываю бомбы. Они мгновенно рвутся под машиной. Резким толчком меня швыряет кверху. Едва удерживаю в руках штурвал. Дело сделано. Наши бомбы и снаряды угодили в цель. Наземные части сигналят нам ракетами уже слева от Рейхстага. Нужно уходить туда. Но в эти секунды с новой силой, словно в предсмертной агонии, вспыхивает зенитный огонь. Нам преграждает путь сплошная огненная стена. Трассы снарядов молниями мелькают вокруг машин.

Мой самолет резко вздрагивает всем корпусом — вражеский снаряд пробил правую плоскость.

Лечу над пылающим Берлином. В кабине пахнет едкой гарью. Но я не могу уйти, пока не соберу все свои экипажи. Связываюсь по радио с ведущими групп. Все в порядке!

Проходим над одной из центральных улиц Берлина, где еще держатся немцы. По ней движется колонна автомашин и повозок. Наваливаемся на нее. Заговорила моя пушка. Ей вторят пушки моих летчиков. Прицелиться точно очень трудно: прицел забрызган дождевыми каплями. Беру поправку и даю еще очередь. Отчетливо вижу, как трасса прошивает колонну. Высокая заводская труба заставляет отвернуть в сторону. Прочесываю следующую улицу. Стрелок мой тоже, как только появляется возможность точно прицелиться, дает очередь за очередью.

Наконец мы вырываемся из зоны дождя. Видимость улучшилась. Мы пересекли Берлин с запада на восток, и сейчас он остается сзади. Но тут, дождавшись приличной погоды, появляются немецкие истребители. Они намереваются отсечь меня и другие головные машины от всей колонны. Мне трудно развить нужную скорость — сказывается повреждение плоскости. Неужели немецким истребителям удастся вплотную подойти ко мне? Нет, наши истребители срывают вражеский маневр. Потеряв несколько машин, немцы пустились наутек.

Вздыхаю полной грудью. Берлин остался позади. Набираю высоту и стягиваю в боевой порядок растянувшуюся во время боя колонну. Все налицо. Освобожденные от тяжелого груза, мы легко и быстро идем домой.

Письмо Героя Советского Союза В. Д. Панфилова жене Зое Николаевне

23 августа 1941 г.

Дорогая Зоечка!

Получил от тебя письмо, в котором ты пишешь, что сына придется воспитывать одной, расстроилась и т. д. Зоя! я совсем не хотел своим письмом навести на тебя такие мысли, а наоборот, чтобы таких мыслей не было. Зоя! я тебе говорю только одно, я помочь тебе сейчас не могу, поэтому временно воспитание сына будет лежать только на тебе, как бы трудно ни было, плюс к этому твое здоровье нужно не только тебе, но и сыну, и мне. Поэтому прежде времени его расточать не стоит. Прошу — меньше волнуйся, и все будет хорошо, а Гитлер как бы ни зверствовал, будет разбит…

Я пока здоров и отдохнул, а скоро буду опять биться как положено, и будь уверена, что моя голова фашистам обойдется недешево. У меня все не было чемодана, был в дороге, но сейчас нашел там Вовкину карточку, так что теперь я уже на нее могу и посмотреть, а при первой возможности, пришли [фотографию] с вас обоих.

Зоя! Живи со всеми дружно, во всем тебе могут посоветовать. Я как отсюда выбуду, а это будет скоро, пришлю телеграмму, а потом уже дам и новый адрес. Прошу еще — живите спокойно. Целуй за меня моего Бубенчика. Крепко-крепко целую обоих вас…

Василий Дмитриевич Панфилов (1915–1945 гг.) — командир эскадрильи 255-го ближнебомбардировочного авиационного полка 3-й резервной авиационной группы 4-й отдельной армии, командир авиационного полка, подполковник, Герой Советского Союза.

Василий Панфилов родился в 1915 г. В деревне Починок ныне Кинешемского района Ивановской области в семье крестьянина. Русский. Окончил 4 класса начальной школы в деревне Велизанец, затем продолжил учебу в Кинешме, в школе им. Фурманова. В 1931 г. окончил 9 классов и в 1934 г. — планово-экономический техникум. Работал плановиком-экономистом в Кинешемском райпотребсоюзе.

В Красной армии с 1935 г. В 1937 г. окончил Ворошиловградскую военную авиационную школу летчиков. Участвовал в освободительном походе советских войск в Западную Украину и Западную Белоруссию в 1939 г. За активные боевые действия на Карельском перешейке в войне с Финляндией 1939–1940 г. лейтенант Панфилов награжден орденом Красного Знамени. С 1940 г. служил командиром звена в 225-м скоростном бомбардировочном авиаполку. Член ВКП(б) с 1941 г.

На фронтах Великой Отечественной войны с июня 1941 г. В годы Великой Отечественной войны участвовал в боях под Москвой, Ленинградом, на Волге, под Курском, Орлом, Витебском, Бобруйском, Варшавой, Познанью, Берлином.

Сражался в составе своего полка на Юго-Западном фронте. Вскоре стал командиром эскадрильи. В сложной обстановке приходилось совершать до шести вылетов в сутки. В 18-м вылете его самолет был подбит, а сам Панфилов был ранен, но он привел поврежденную машину на свой аэродром. В июле переучился на новый самолет Пе-2 и уже с августа 1941 г. воевал на Волховском фронте, защищал подступы к Ленинграду. За 1,5 месяца его эскадрилья совершила 560 боевых вылетов, в воздушных боях сбила шесть самолетов противника. К декабрю 1941 г. лейтенант Панфилов совершил 124 боевых вылета на бомбардировку живой силы и техники противника, его экипаж сбил пять самолетов противника.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 17 декабря 1941 г. за образцовое выполнение заданий командования и проявленные мужество и героизм в боях с немецко-фашистскими захватчиками лейтенанту Василию Дмитриевичу Панфилову присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда» (№ 621).