Алексей замедлил шаг, активируя [Скрытность]. Силуэт расплылся, слился с тенями. Сто процентов усиления характеристик делали даже этот базовый навык почти совершенным — он двигался абсолютно бесшумно, его присутствие не улавливал ни один сенсор.
Выход из тоннеля. Он замер у самого края, вглядываясь в открывшееся пространство.
Зал был огромен — метров шестьдесят в диаметре, с высоким куполообразным потолком, теряющимся во мраке. Стены покрывали те же жуткие барельефы, что и раньше, но здесь они были крупнее, детальнее, словно застывшая в камне армия наблюдателей. Пол — идеально гладкий, чёрный камень, без единой трещины. И никаких укрытий. Только в центре, на небольшом возвышении, замерла она.
Скарта.
Существо, которое Алексей уже видел на полигоне, но сейчас, вживую, в двадцати метрах от себя, оно выглядело куда страшнее. Два с половиной метра мускулистого, хищного тела, покрытого не чешуёй, а мелкими, плотными хитиновыми пластинами тусклого оливково-бурого цвета. Идеальная маскировка под камень. Шесть коротких, но невероятно мощных лап с кривыми когтями, способными рвать сталь. И хвост. Длинный, сегментированный, заканчивающийся не жалом, а костяным, серповидным клинком, который сейчас лениво подрагивал, касаясь камня.
Самое жуткое было в её движениях. Она не стояла на месте — она перетекала, едва заметно смещаясь, словно танцевала под неслышную музыку. Её голова, похожая на ящеричью, но с двумя парами фасеточных глаз, медленно поворачивалась, сканируя пространство. Она знала, что он здесь. Чувствовала.
— Умная, — одними губами произнёс Алексей. — Значит, классическая засада не пройдёт.
[СКАРТА-МУТАНТ]
[УРОВЕНЬ: 28]
[РАНГ: D+]
[КЛАСС: ЗАСАДНЫЙ ОХОТНИК, УБИЙЦА]
[ОСОБЕННОСТИ: СВЕРХСКОРОСТЬ, ПРИЗРАЧНЫЙ РЫВОК (КРАТКОВРЕМЕННАЯ ТЕЛЕПОРТАЦИЯ НА 5–7 МЕТРОВ), КЛИНОК-ХВОСТ (ПРОБИВАЕТ БРОНЮ), ПОВЫШЕННАЯ РЕГЕНЕРАЦИЯ.]
[УЯЗВИМОСТИ: НЕИЗВЕСТНЫ.]
— Регенерация, значит, — Алексей быстро перестроил тактику. — Тогда бить надо наверняка, иначе затяжной бой.
Он сбросил [Скрытность]. Смысла прятаться больше не было — тварь уже поняла, что он здесь. И действительно, стоило ему появиться в полный рост, как скарта резко развернулась, и её четыре пары глаз уставились прямо на него. Из пасти вырвалось низкое, вибрирующее шипение, от которого по камню побежала дрожь.
— Ну, привет, — Алексей занял боевую стойку, чуть согнув ноги, руки расслабленно висят вдоль тела. Но за этой расслабленностью скрывалась сталь.
Скарта атаковала первой.
Она не побежала — она взорвалась движением. Шесть лап оттолкнулись от камня с такой силой, что на полу остались сколы, и двухметровая туша метнулась вперёд быстрее, чем глаз успел зафиксировать. Хвост-клинок взвился в воздух, описывая смертоносную дугу, целясь Алексею прямо в голову.
Но Алексей был готов.
Усиленные до 126 очков ловкости мышцы среагировали раньше, чем сознание успело сформулировать команду. Он не отпрыгнул назад — он шагнул вперёд и вниз, в подкат, прямо под летящий хвост. Клинок просвистел в сантиметре от его макушки, срезав несколько волосков.
Алексей вскочил уже за спиной скарты, и его правая рука, окутанная светом, нанесла удар [Световым Проколом] прямо в основание хвоста — туда, где хитиновые пластины были тоньше.
Луч ударил, но скарта дёрнулась, и атака лишь скользнула по касательной, оставив глубокую, дымящуюся борозду, но не пробив до конца. Существо взвизгнуло от боли и резко развернулось, одновременно взмахнув хвостом в новом замахе.
Алексей не стал ждать. Он прыгнул — высоко, используя усиленную до 110 силу ног. Прыжок вышёл нечеловеческим: он взлетел метра на три, переворачиваясь в воздухе, и приземлился на одну из колонн, в трёх метрах от пола, уцепившись за выступ барельефа.
Скарта взбешённо зашипела, не ожидая такой мобильности. Её хвост хлестнул по колонне, выбивая крошку, но Алексей уже оттолкнулся и перелетел на следующую колонну, используя их как гигантские ступени.
С высоты он видел всё: каждый мускул твари, каждое движение хитиновых пластин. [Сканер] в режиме усиленного интеллекта работал идеально, выстраивая траектории, предсказывая следующий шаг.
— Давай, покажи, на что способна, — прошептал он, и в его глазах горел холодный огонь.
Скарта не заставила себя ждать. Она прыгнула следом — невероятным, немыслимым прыжком, целясь прямо в колонну, где стоял Алексей. Но он уже не стоял. Он сорвался вниз, в свободное падение, и в падении выпустил веер [Световых Игл].
Десять нитей чистой энергии вонзились в пол вокруг скарты, создавая ослепительную клетку. Тварь, приземлившись, на миг замешкалась, ослеплённая, и этого мига хватило.
Алексей, приземлившись на одно колено в паре метров от неё, ударил [Падающими Звёздами]. Но не широким веером, а концентрированным потоком — сотни мелких сгустков обрушились на голову и спину скарты, заставляя её вжиматься в пол, пытаясь укрыться под панцирем.
— А вот так? — крикнул Алексей, совершая кувырок в сторону, уходя от нового удара хвоста, который пробил камень там, где он только что стоял.
Скарта вырвалась из световой клетки, разорвав несколько нитей чистой яростью. Её тело дрогнуло, начало расплываться — [Призрачный рывок].
Алексей ждал этого. Сто пятьдесят интеллекта позволяли ему обрабатывать информацию со скоростью суперкомпьютера. Он не пытался угадать, куда она телепортируется. Он просчитал.
— Левее, на три метра, — произнёс он вслух и, развернувшись, выпустил [Багровый Луч] не в пустоту, а в точку, которая только через мгновение должна была стать реальной.
Скарта материализовалась прямо под ударом.
Тонкая алая нить абсолютной деструкции ударила ей в бок, пробивая хитиновые пластины, словно картон. Тварь взвыла — не шипение, а настоящий, полный боли и ярости рёв. Из раны хлынула тёмная, густая жидкость, но скарта не упала. Она развернулась, и в её глазах горела уже не просто злоба — безумная, животная жажда убийства.
— Живучая, — констатировал Алексей, уходя перекатом от очередного удара хвоста.
Скарта больше не пыталась использовать рывок — поняла, что это бесполезно. Она перешла в ближний бой, и это было страшно. Её шесть лап двигались с невероятной скоростью, когти рвали воздух, хвост описывал немыслимые дуги, целясь то в голову, то в ноги, то в корпус.
Алексей танцевал.
Сто два очка ловкости и сто десять силы превращали его движения в нечто среднее между балетом и файтингом высшего уровня. Он уклонялся, пригибался, прыгал, кувыркался, уходя от ударов в миллиметрах. Иногда приходилось блокировать — и тогда сгустки [Светового Прокола] встречали клинок хвоста, отбрасывая его в сторону.
Он использовал каждую колонну, каждую неровность пола. В какой-то момент он разбежался, прыгнул на стену, оттолкнулся от неё ногами, перевернулся в воздухе и приземлился скарте прямо на спину.
