"Фантастика 2026-165". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - "Аргус"

– Почему ты просто лежал, а?! Ты ведь сурии – не можешь даже с мелкими шавками справиться?! – завопила девчонка, но затем пошатнулась и села. Она все еще была слаба, но инстинкты дали о себе знать. Все-таки истинный сурии создан для битвы.

А Нуска, он…

Лекарь медленно выкарабкался из-под зверя и застыл, глядя на распластавшегося на земле и истекающего кровью вожака. Взгляд того затуманился, а тело все еще била предсмертная дрожь. Черная шерсть еще сильнее потемнела от крови и слиплась. Нуска вдруг нагнулся над ним и заглянул в блестящие синим глаза. Он не мог отделаться от знакомого чувства. Не мог оставить все так.

Нуска коснулся руками копий – и они распались на мелкие частицы.

– Иди сюда, живо! Поделись дэ! – выкрикнул Нуска, разрывая на себе одежду и затыкая рваную рану на боку огромной твари. С головой сделать ничего нельзя – можно лишь действовать так быстро, как только возможно.

– Что-что сделать?! Тебе башку повредили?! Чем ты вообще занят – уносим ноги! – продолжала визжать незнакомка. Но потом вдруг подошла и с хмурым лицом встала рядом, уставившись на страшное косматое чудовище. – Ты хаванец? Зачем тебе это?

Но Нуска продолжал молча зажимать рану на боку зверя, а затем дернул девушку за рукав и заставил сесть рядом.

– Рассеки руку, чтобы шла кровь. Не бойся, я потом все излечу.

Темно-зеленые глаза девушки расширились, а густые брови сошлись на переносице. Она медлила и явно не хотела наносить себе увечья.

– Быстрее, я сказал! Что ты медлишь?! Хочешь навлечь на себя проклятье темной дэ?! – выкрикнул Нуска. Он терял терпение. Еще несколько секунд – и случится необратимое. И лекарь вновь останется наедине с последствиями и сожалением.

Земляная сурии, сифа, все же прислушалась. Видимо, всеми в этом мире двигали только страх и личная выгода.

Девушка схватила лежащий на земле камень и зажмурилась, острием вспарывая кожу. Видимо, эта сурии была еще очень молода и не привыкла к ранам и опасностям. Но Нуска не мог ждать, пока она решится. Нож был далеко, а потому он выхватил у сифы камень, схватил ее руку и вбил его острым концом во внутреннюю сторону руки. Девушка завопила от боли и попыталась высвободиться: кровь полилась фонтаном, наполняясь земляной дэ этой сурии. От боли и страха энергия так и лилась, каплями усеивая землю.

Нуске это и было нужно. Он отбросил камень и склонился, губами собирая текущую по руке кровь. Девушка была ошарашена и испугана, она почти плакала, но вдруг застыла, не предпринимая дальнейших попыток освободиться. Видимо, поняла, что ее не отпустят, пока не закончат начатое.

В тело Нуски потоком влилась чужеродная дэ – это оказалось не особо приятно, но не было той разрывающей боли, что дарила кровь рира. И лекарь на секунду даже растерялся, словно соскучился по тем пыткам.

А что, если и вправду соскучился?

Понадобилось время, чтобы светлая дэ поглотила земляную. Нуска отпустил девушку, которая тут же отползла на несколько шагов назад. Лекарь чувствовал, как сердце зверя замирает, как холодеют его конечности. Времени больше не оставалось, а потому хаванец тут же приступил к лечению, выжимая из себя все.

Нуска знал, что его правая рука почти бесполезна, а потому рухнул на грудь волчака всем телом, а левой ладонью зажал его пробитую голову. Повезло, что мозг почти не задет. Если бы мозги вытекли из черепной коробки, то лекарь уже ничего не смог бы поделать.

– Останови кровь и не мешай мне! – скомандовал лекарь девчонке, которая, казалось, до сих пор продолжала просто сидеть на земле. Возможно, и хорошо, что та просто впала в ступор, а не подняла шумиху и начала спорить с Нуской.

Сифа послушалась. И тоже начала рвать на себе одежды, перевязывая рану на руке. А лекарь же полностью сконцентрировался на излечении волчака, который так долго истекал кровью, но отказывался умирать.

Его воля к жизни поражала. Нуске стоило только прикоснуться к шерсти и начать вливать светлую дэ, как зверь тут же шелохнулся. Лекарь почувствовал каменные мышцы под этой густой шкурой. Если волчак очнется и решит напасть, то лекарь сразу же встретит свою смерть.

Все равно. Нуска должен поступить правильно. Какая разница, будет ли исход выгоден хаванцу? Он просто знал, что не сможет простить себя, если бросит все так. Эти синие глаза, напомнившие ему глаза эрда, будут преследовать его в каждом кошмаре до конца жизни.

Закрыв глаза, лекарь щупал волчий череп. Он видел поврежденные кости и задетую оболочку мозга. Невероятно, что волчак не упал замертво сразу. Стоит вознести хвалу духам за то, что эта молоденькая сифа не была такой же меткой, как эрд и Вьен, убивающие одним ударом.

Повреждения медленно срастались под рукой хаванца. Мозговая жидкость возвращалась на место, вены и капилляры зарастали, возобновляя ток крови. Своим телом лекарь тоже лечил, сосредоточив вторую точку выхода дэ на грудине. Это было трудно. Люди с рождения привыкают работать только руками, но Нуска знал, что при необходимости можно совершить желаемое хоть краешком уха.

Рана на груди быстро срослась. Девушка, метавшая копья, и здесь не задела жизненно важных органов. Этот волчак был счастливчиком.

Дыхание зверя участилось, а пасть тут же приоткрылась. Нуска скосил глаза и встретился взглядом с диким зверем. Это мгновение длилось вечность. Лекарь не отводил глаз, сурово уставившись на волчака.

«Эй, я тебя тут лечу вообще-то. Хоть я и прилег на тебя, но ты же не думаешь, что я собираюсь слопать твою вонючую мохнатую задницу?»

Нуске потребовалось больше времени, чем он ожидал. Лекарь хорошо знал анатомию человека, но вот строение волчака было иным.

Прошло больше двух часов. Из-за леса начала подниматься звезда, осветив лес предрассветными лучами. В ярком красном свечении Нуска продолжал лечение, вглядываясь в мутные, но умные глаза животного. В них не было ни ярости, ни страха. Только инстинкты, призывающие выжить. Его глаза так и твердили: «Я вижу тебя. Это ты. Я в любой момент могу тебя прикончить, но для начала я должен поправиться».

Нуска не позволил себе испугаться. Наоборот, ему даже понравился этот взгляд. Люди никогда не смотрят на собеседника или противника, они смотрят сквозь него, избегая близости и контакта. Этому же зверю нечего было бояться.

Когда последние капли энергии подошли к концу, Нуска резко вскочил и отошел в сторону. Вся одежда хаванца оказалась пропитана кровью. Лекарь даже приподнял руки, показывая их зверю, словно бы тот понял этот жест.

Волчак медленно лег на живот, а затем, пошатываясь, поднялся с земли. Даже отряхнулся. От ран зверя не осталось и следа.

Нуска хмурился, а затем уловил движение за спиной. Сифа медленно подошла к нему и зашептала:

– Может, хоть сейчас поступишь как нормальный? Побежим?

– И ты правда думаешь, что он нас не догонит? – хмыкнул Нуска.

Девушка вздрогнула и так же медленно отошла в сторону. Видимо, не желала умирать первой.

Волчак продолжал стоять, пронизывая Нуску взглядом до костей. Страшный огромный зверь, чья морда была на уровне лица лекаря. О чем он сейчас думает? Чего хочет?

Внезапно волчак вскинул голову, а затем развернулся и степенным шагом стал удаляться вглубь леса. Нуска опешил. Он не будет нападать? Возможно, лекарь не до конца залечил раны, а потому этот зверь не хочет мериться силами?

«Кажется, волчаки никогда не охотятся в одиночку. Может, дело в этом?»

Нуска продолжал стоять, провожая необыкновенное существо взглядом. Этот дикий зверь запомнится лекарю надолго. Он чувствовал некое родство с животным, которое, даже истекая кровью, не желало умирать и покидать этот мир.

Возможно, Нуска именно поэтому решился помочь. Даже не потому, что этот волчак напомнил ему эрда. Необязательно молить о помощи словами – иногда достаточно одного взгляда, переполненного желанием жить.

Лекарь выполнил свой долг. А затем, когда и звук шагов волчака нельзя было различить, повалился на колени. Было только утро, а он уже измотан. Однако оставаться здесь и дальше небезопасно. Нужно двигаться вперед, но у Нуски не хватало сил даже для того, чтобы подняться.