"Фантастика 2026-165". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - "Аргус"

Нуска не мог сказать, красив этот фасидец или нет. Его кожа была бела, а из-под плотно сидящих синих одежд через вырез на груди выступали упругие мышцы.

– Даже если так, вы должны проявить к старейшинам хоть немного… – повысив голос, продолжил спор Кезеон, но его резко и грубо перебили.

– Вы привели Нуску сдавать экзамен? А вы хоть знали, кого брали в ученики? Не верится, что вы с такой уверенностью сейчас заявляете о его участии, когда на счету Нуски невообразимое количество нарушений и несданных тестов, – громко и высокомерно заявил Аверис, чьи глаза холодно поблескивали в полумраке.

В этом здании все время царила темнота. Комната была довольно большой, а вот освещение – скудным. Несколько развешанных под потолком свечей не справлялись и то и дело подрагивали от порывов ветра, сквозивших из щелей в потолке.

– Насколько мне известно, Высший сурии эрд Син Рирьяд не так давно подписал указ, позволяющий любому сурии без рода и рекомендаций участие в сдаче экзамена. Как бы это ни было опрометчиво, но северная обитель обязана подчиняться предписаниям Дворца, – все так же спокойно отвечал на это учитель. Нуске на секунду удалось увидеть притаившуюся в уголках его губ улыбку, которая совсем не вязалась с темным огнем, разгоравшимся в глазах хаванца. Нуска прекрасно знал, что означает этот блеск – желание сию секунду вступить в смертельную схватку.

И вдруг голову поднял сиф. Нуске впервые удалось увидеть его лицо – старческое и сморщенное, а эти глаза, подернутые бельмами, напомнили лекарю о том старике в лесном племени. В Скидане не так часто удавалось встретить сурии в возрасте. Многие из старшего поколения погибли в Континентальной войне, и потому Нуска с неприкрытым интересом изучал лицо скрючившегося на стуле старика, который сейчас впивался острыми пальцами в подлокотники, чтобы не скатиться вниз, прямо под ноги гостям.

– Минхэ? Это – сурии Минхэ? – проскрипел он, а затем Нуска почувствовал, как задрожала земля под его ногами. – В каком тоне вы смеете разговаривать с сурии Минхэ? Вы должны немедленно принести ему извинения!

Нуска так и вылупился на этого молчаливого старика, Мейзо. То, что он встал на сторону учителя, уже подкупало лекаря.

– Старейшина Мейзо, я не могу злиться на старейшин северной обители. Извинений не требуется. Ведь именно я покинул обитель и ушел в горы, их возмущение оправдано, – покачал головой учитель, а затем вдруг согнулся в кратком поклоне. И сиф сделал то же самое – наклонил вперед голову, словно здороваясь и одновременно выказывая уважение.

Нуска сразу обратил внимание на то, что Мейзо оказался единственным из присутствующих, перед кем Минхэ склонил голову. От других старейшин это тоже не укрылось – они только заскрипели зубами, но ничего не сказали.

Как же забавно было наблюдать за тем, как высокопоставленные сурии превращались в послушных щенков перед кем-то более высокопоставленным. Нуска испытал истинное наслаждение, разглядывая их скривившиеся лица. Все-таки сиф Мейзо был старше, а потому занимал положение выше. Из-за преклонного возраста он не мог принимать участие в решении большинства вопросов, и обычно главенствующую роль на себя брал Аверис. Но по факту главным все равно оставался этот престарелый сиф.

– Пусть все выйдут. Мы обговорим этот вопрос с сурии Минхэ наедине, – хрипло проговорил старик и уставился своими глазами-щелками на других старейшин. Нуска прямо видел, как их лица побагровели, как челюсти стиснулись, но старейшины молча поднялись и ушли куда-то вглубь дома, громко хлопнув дверью.

Нуска устало выдохнул и направился в противоположную сторону, к двери, куда один за другим уже выходили стражники.

– Ученик сурии Минхэ может остаться. Все-таки о вас будем говорить, юноша, – услышал за спиной Нуска слабый голос Мейзо. А потому тут же остановился и встал подле учителя.

Минхэ все еще был похож на натянутую до предела тетиву – он стоял ровно и даже не шевелился, сложив руки за спиной. Длинные рукава его одеяний красными пятнами выделялись на фоне белоснежной ткани.

Они остались только втроем. В комнате повисла тишина, но Минхэ ждал, пока старейшина заговорит первым. Учитель обладал выдающимися манерами и чувством такта. Нуска даже представить себе не мог, что мальчишка, выросший где-то в диких землях Кнона, мог превратиться в такого мужчину, каждое движение которого было преисполнено чувством собственного достоинства. Но лекарь ни на секунду не сомневался в правдивости рассказа учителя – Минхэ не стал бы врать.

– Старший учитель Минхэ, почему вы взяли в обучение этого сорванца Нуску? Только по той причине, что ваше происхождение одинаково? – заговорил Мейзо. Нуска напрягся. До этого момента он воспринимал сифа как своего соратника, но теперь его начали одолевать сомнения.

– Нуска единственный за много лет, кто самостоятельно поднялся в горы и смог отыскать меня. Думаю, его рвение и желание стать сильнее заслуживают внимания, – коротко ответил учитель. В его словах не было ни тени сомнения. Минхэ был так уверен в своем ученике, что Нуска на секунду даже растерялся и почувствовал себя неловко. Заслужил ли он это доверие?

– Вы знаете, что он успел натворить, пока находился в обители? И почему покинул ее?

– В общих чертах, – пожал плечами Минхэ, неотрывно глядя на старейшину.

– Тогда позвольте мне обрисовать «общие черты». Нуска не только множество раз вступал в драки и избивал учеников обители, но и дерзил старшим, ни во что не ставил старейшин, а также… совращал учеников обители, – с усмешкой добавил Мейзо и уставился на учителя, стараясь разглядеть в золотых глазах хотя бы тень сомнения.

– Что же, это нормально для молодого человека. Все они заинтересованы в девушках, тем более таких, коих растят в обители, – с улыбкой качнул головой Минхэ. Он действительно видел в этом юношескую глупость и пылкость, не более того. Он и сам когда-то был таким.

Но Нуска отступил на несколько шагов назад. Кровь прилила к голове, а холодный пот успел промочить его одежды насквозь.

Он не хотел, чтобы учитель узнал о той постыдной истории. Тем более что старейшины наверняка извратили произошедшее.

Минхэ бросил взгляд через плечо: от него не укрылось то, что его ученик вдруг начал пятиться назад. Увидев состояние Нуски, он нахмурился и тут же вновь посмотрел на Мейзо.

– Ох, если бы дело было только в этом, то я бы не смел беспокоить сурии Минхэ и не стал бы делиться своими сомнениями. Но зная то, по какой причине вы покинули обитель…

И тут Минхэ вдруг сделал несколько шагов вперед и еще раз поклонился старейшине, тем самым перебив его в максимально мягкой форме. Мейзо замолчал, а Минхэ заговорил, не поднимая головы.

– Прошу прощения, старейшина Мейзо, но я бы не хотел сейчас обсуждать разногласия давно минувших дней. Да и что бы вы ни сказали, Нуска все равно был и будет моим учеником. Я передал ему свои знания и навыки. Он усердно тренировался и готовился все эти месяцы, а потому заслужил место среди других учеников, сдающих экзамен, – спокойно и четко проговорил Минхэ.

– Так и быть. Нуска будет участвовать в сдаче экзамена. Надеюсь, сурии Минхэ, вы не пожалеете об этом, – покачал головой сиф, а затем поднялся с места. – Попросите одного из стражников проводить вас в покои для гостей. Вечером вам подадут еду, а пока можете прогуляться по обители и насладиться праздником.

Нуска уже долгое время не вникал в разговор. Он стоял у выхода, уставившись в пол, и пытался вспомнить, как правильно дышать. Он все еще не верил, что Мейзо не выдал учителю произошедшее между ним и другими учениками.

Как только их отпустили, лекарь сразу дал деру. Не дожидаясь учителя, как ошпаренный выскочил из приемной и полетел по улице, не разбирая дороги.

Это уже происходило не раз. Нуска припомнил, как точно так же убегал от Хайи, не зная, куда себя деть от стыда. Вот и сейчас лекарь слышал, что его окликают, но только ускорял шаг. Он боялся увидеть в глазах учителя разочарование или отвращение.