Выживший. Книга третья (СИ) - Барчук Павел

— Ножками? — я выразительно хмыкнул. — До того места, где ты искал свою слизь, от границы пилить и пилить. Вернее, сначала пилить и пилить до города. Потом по городу. Он чертовски огромный. А за каждым углом ошиваются Твари. К тому же, я неуверен, что смогу нормально провести тебя. Идти вдвоём через Путь… Не знаю.

— Да ладно тебе. — Диксон ухмыльнулся. — Ты же тащил свою мать. И этого человека… Как его… Боцмана. Справишься.

— С Боцманом мы прошли через открытые Врата. Был вынужден активировать Ключ, чтоб его на размотало в труху. А мать — это хрупкая женщина, — я смерил взглядом массивную фигуру мага. — Ты — здоровый, потный мужик весом за сотню килограммов. Тебя на ручках не понесу, Док. Даже не надейся.

— Заткнись и дай мне руку, — Диксон схватил мое запястье. — Просто сосредоточься на векторе. Граница. Представь серый туман. Зафиксируй точку.

Я вздохнул. Идея дерьмовая, но других вариантов не имеется. Диксон категорично настроен посетить Пустошь. Зная мага, уверен, если откажусь, он попрется туда сам.

Закрыл глаза, активировал Ключ от Всех Дверей. Артефакт отозвался мгновенно, будто ждал этого момента. Завибрировал, наливаясь силой.

Энергия рванула по венам. Прямо посреди комнаты появилась привычная маслянистая муть. Я шагнул вперед, увлекая Диксона за собой.

Мир вокруг сжался, скрутился в спираль и лопнул. Знакомое чувство, будто тебя протаскивают через мясорубку. Но на этот раз как-то очень быстро. На ускоренной перемотке. Не было никаких коридоров. Просто — раз! — и мы уже в конечной точке. Странно.

Удар.

Твердая поверхность под ногами. Холод. И тишина. Та самая, абсолютная, звенящая тишина, которая бывает только в одном месте во вселенной.

Я моргнул. Зажмурился. Снова открыл глаза. Потом громко выругался.

— Твою мать, Диксон! Это ни хрена граница! И даже не «серая зона».

Мы стояли не на краю Пустоши. Хотя предполагалось именно это. Мы стояли в самом её сердце.

Серый пепел под ногами. Скелеты разрушенных зданий, торчащие как склепы. Низкое, свинцовое небо, которое, казалось, вот-вот рухнет на голову.

Та самая площадь. Место, где я нашел полумертвого Диксона четыре года назад.

Ключ проигнорировал мой приказ. Он швырнул нас прямо в самую задницу.

Диксон посмотрел налево, потом направо. Его лицо посерело, но не от страха, а от странного, мистического благоговения.

— Невероятно… — прошептал он. — Мы попали прямо в Активную зону. И нас не размазало.

Маг повернулся ко мне. В его глазах плескалось столько всяких эмоций, что он стал напоминать сумасшедшего еще больше.

— О чем ты думал, Выродок? Какую команду дал Ключу?

— Думал, что ты идиот! — рыкнул я. — Конечно же, дал ему четкую задачу: Граница. Вообще не планировал оказаться здесь!

— Ключ не ошибается, — голос Диксона стал серьезным. — Артефакты такого уровня не дают сбоев. Они выполняют истинное желание… или следуют зову.

— Зову?

— Пустошь, — он обвел рукой мертвый город. — Она зовет тебя. Сначала тот сбой при переходе через Врата, когда тебя выкинуло на территорию Великой Эрозии. Теперь — Путь, произвольно выстроенный Ключом. Это подтверждает мою теорию. Ты для Пустоши — родной. Она тянет тебя к себе, как побитую собаку домой.

По спине пробежал холодок. Стало сильно не по себе. Мне не нравится эта теория. Очень не нравится. Я не хочу быть побитой собакой, вскормленной Пустошью.

Как назло в голову полезли дурацкие мысли о том, что в моих воспоминаниях нет детства. Вообще.

— Хватит философствовать, — я передернул плечами, стряхивая оцепенение. — Мы здесь. Живые. Пока что. Где твоя библиотека?

— Вон там, — Диксон указал на массивное здание с обрушенным куполом, которое возвышалось на другой стороне площади. — Это Главное Хранилище. Прежде, кроме Изначального града, было еще порядка десяти городов. Все они теперь мертвы, все находятся под властью Великой Эрозии. Конкретно этот город назывался Истинный град. Здесь жили самые известные ученые, алхимики, инженеры. Большинство артефактов создано в Истинном. Ключ от Всех Дверей — в том числе.

— У вас идиотская манера называть обычные географические точки дебильными словечками, — усмехнулся я. — Изначальный, Истинный… Боюсь представить другие варианты. Любите вы, маги, все эти пафосные понты.

Диксон покосился на меня недовольно. Но промолчал.

Мы двинулись через площадь. Пепел, смешанный с костяной мукой, хрустел под ногами. Я постоянно оглядывался по сторонам. Ожидал появления Тварей.

Место обитания Кральгов расположено дальше, на расстоянии пары часов хода. Этот Истинный град просто огромный. Больше чем Изначальный. Здесь и без Кральгов хватает веселья.

В прошлый раз Твари не нападали, держались в стороне. Боялись меня почему-то. Но они были. Сейчас же нас окружали только полуразрушенные дома и сраные серые барханы. Мертвая тишина. Ни звука, ни шороха.

Здание библиотеки выглядело внушительно даже в руинах. Огромные колонны, покрытые вязью неизвестных письмен, подпирали остатки свода. Вход был завален обломками. Диксон уверенно свернул к неприметной боковой двери, висящей на одной петле.

— Откуда ты знаешь об этом месте? А главное –откуда знаешь о том, что здесь находится? — спросил я мага.

— Мне было лет десять, когда Пустошь начала захватывать Истинный. Мы тут жили, семьёй. Отец считался одним из самых опытных алхимиков и ученых. Он отправил нас с матерью в Изначальный град, а сам остался здесь. Они думали, что смогут противостоять Пустоши. Не вышло.

Голос Диксона звучал равнодушно, но я все равно уловил в нем далёкие нотки давней боли.

— Помню все. И библиотеку тоже. В ней должны остаться труды ученых времени появления Пустоши. Они изучали ее. Искали причины возникновения, особенности, способы взаимодействия. Да… Поначалу многие думали, что Пустошь живая и с ней можно договориться. Это как… чтоб тебе было понятно… Как зона отчуждения вокруг взорвавшейся атомной станции в твоем мире. У вас ведь тоже полным-полно легенд, что такие зоны живые и имеют разум. Вот так было с Пустошью.

Мы вошли в библиотеку. Внутри воняло максимально отвратительно. Будто здесь долгое время гнил миллион соломенных ковриков вперемешку с трупами. А еще в библиотеке было абсолютно темно. Тьма казалась густой, осязаемой.

Диксон вытащил из рюкзака пузатую склянку с какой-то желтой жижей, встряхнул её, дунул на стекло. Жидкость внутри вспыхнула ровным, холодным светом.

— К чему таскать с собой фонарик, когда есть собственный карманный алхимик? — усмехнулся я, щурясь от света.

Помещение, в котором мы оказались, когда-то было холлом. Отслоившаяся краска свисала со стен рваными пластами, похожими на кожу линяющей змеи. Толстые черные корни непонятного происхождения проросли сквозь потолок и расползлись по стенам, как вздувшиеся вены. Загадка — откуда они вообще взялись? С внешней стороны здания нет никаких деревьев.

В центре зала находилось нечто, напоминающее магический круг. Вернее его остатки. Полустертые линии на полу, огарки свечей толщиной с руку. Все это было присыпано пылью и пеплом. Казалось, те, кто создали круг, просто вышли на минутку, а потом забыли о нем.

— Здесь пытались держать оборону, — прокомментировал Диксон, освещая пол. — Последние маги Истинного града. Они хотели закрыться от Эрозии. Хотели создать защитный контур. Не помогло. Обычно Пустошь действует так — медленно подбирается к границам, а потом одним рывком накрывает город. Рывок получился слишком быстрым.

Я кивал Диксону, а сам прислушивался к тому, что творится внутри моего многострадального организма. Меня вдруг начало колбасить.

Мозг, кишки и сердце застыли, словно для них остановилось время. Началась паника. Мое сознание разбилось на несколько личностей. И все эти личности сейчас думали о прямо противоположных вещах.

Первая — та, что помнила человеческую жизнь, что осталась от прежнего Макса Либина, — хотела тихо отойти в сторону и основательно заблевать угол. Ей отчего-то стало жутко.