"Фантастика 2026-165". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - "Аргус"

– Нужно как-то их зажечь и посмотреть…

– Я тебе не арцент, даже не проси! – сразу же отозвался Хайя и вскочил на ноги. Он явно собирался смыться, хотя Нуска уже обдумывал, получится ли у карборца взлететь под потолок вместе со спичками или факелом…

Внезапно в зал вбежала служанка. Она обвела взглядом собравшихся, смутилась, но подошла к Нуске поближе и взволнованно зашептала:

– Ле… Сурии Нуска… Прибыл ещё один гость, и он очень хочет вас видеть…

Лекарь же подобрался:

– Кто же это?

– Кажется, его зовут… Гирру? Главный сурии огня… – промямлила служанка, сминая в руках подол форменного чёрного платья.

Нуска разинул рот, а затем вдруг усмехнулся. Широко улыбаясь, как самый хитрый лис, он ответил:

– Зовите главного сурии огня сюда. У меня есть для него подходящая работёнка.

– Не могу поверить, что ты втянул в это не только меня, но ещё и главного сурии огня!

– Молча жри, в меня крошки летят, – поморщившись, возмутился Нуска, махнув вилкой в сторону Хайи.

После тяжёлого трудового дня лекарь, Хайя и Гирру смогли доползти только до дворцовой столовой, но прислуга была так благодарна этим трём аристократам, что сразу подала ужин. На длинный накрытый стол с десятками стульев поставили жаркое из оленя и закуски. Через несколько минут к ним подошёл повар и даже извинился за скудность кушанья, но уставшие и голодные сурии были так заняты поглощением горячего, что только отмахнулись, и, обжигая языки, продолжили жевать сочные кусочки мяса.

Гирру за весь вечер и трапезу не проронил ни слова – он выглядел ещё печальнее, чем Хайя, а под его глазами залегли две чёрные бездны. Когда тарелки опустели, Нуска всё же поинтересовался:

– Гирру, а у тебя что за беда?

Арцент поморщился, но, аккуратно промокнув лицо узорчатой салфеткой, ответил:

– Проблемы со сном.

– И самочувствием?

– Да.

– Тело всё ещё требует той отравы? – предположил лекарь. Он подпёр рукой щеку и во все глаза смотрел на Гирру, который выглядел сконфуженным.

– Вероятно.

Нуска только вздохнул. Видимо, сейчас и правда не лучшее время для того, чтобы вешать на этих двоих новые проблемы. Однако Хайя оказался быстрее Нуски:

– Так, главный сурии огня Гирру, скажите, что это за… «наречённые»?

Арцент скосил на Нуску задумчивый взгляд, а затем медленно поднялся с места.

– Здесь слишком много лишних ушей. Но, думаю, Нуска не стал бы врать. Так что можете доверять сказанному им.

– Тем не менее… Насколько это серьёзно? – задумчиво пробормотал Хайя под нос.

Видимо, он не ожидал услышать ответ, но Гирру счёл своим долгом просветить молодого карборца:

– Настолько серьёзно, что даже мне до сих пор не удаётся осознать всю важность нашей миссии. Могу лишь сказать, что, когда весь мир сурии окажется под ударом, нам придётся стать его щитом. Я знаю далеко не всё – арцентам запрещён въезд в Сифу и Фасид, а Хавана… Даже если бы я поехал туда, то мне бы не раскрыли местных тайн. Так что оставляю эту задачу на лекаря Нуску, – внезапно заключил Гирру, с самодовольной усмешкой уставившись на хаванца.

Хотя этот мужчина всегда выглядел крепким, а вьющиеся локоны он собрал в аккуратный низкий хвост и на плечах его лежала красная мантия главного сурии огня, но лекарь чувствовал нутром, что Гирру с трудом удаётся даже поддерживать диалог. Поэтому Нуска лишь понимающе кивнул и махнул рукой:

– Сам так сам, Гирру.

Арцент невольно улыбнулся, а затем резко развернулся на каблуках и направился наверх, в свои покои. Но Нуска успел заметить, как предательски тряслась его рука, которой он тут же схватился за перила, когда взбирался по лестнице.

Вскоре Хайя тоже раззевался и откланялся.

«Кажется, не сегодня. Но на днях обязательно мы всё это обсудим!» – решил Нуска и нахмурился. Ну разве можно оставлять на потом настолько важные вопросы?!

Нуска взял чистую тарелку и переложил в неё остатки ужина. Была уже глубокая ночь, когда лекарь, выделяющийся на фоне тёмных стен белым пятном, и сам решил отправиться на боковую. Однако в его расписании оставалось ещё одно дело…

Оказавшись на верхнем этаже, лекарь проскочил мимо своей комнаты и тихо вошёл в покои эрда. Как он и предполагал, Син уже спал, но, к сожалению, не в своей кровати, а прямо за письменным столом поверх кипы бумаг. Прогоревшая до основания свеча потрескивала, а воск растёкся прямо по столешнице – слава духам, что не прямо по документам, а то в истории Скидана появилась бы забавная история о том, как эрд сгорел на работе.

Нуска впервые увидел балконные двери за письменным столом распахнутыми – в комнате стоял такой холод, что лекаря передёрнуло. Но самым интересным оказалось то, что над головой Сина что-то кружило, а именно – светочи.

Сначала, перепуганные внезапным появлением незнакомца, они потухли, но теперь загорались вновь. И когда Нуска подошёл ближе к эрду, они уже сверкали, озаряя теплым свечением лицо спящего правителя.

Бледная кожа, аккуратные и строгие черты лица, чёрные брови и длинные ресницы… Стоило им оказаться рядом, как воздух задрожал. Светочи сбились в маленький рой, маленькой стайкой закружив над их головами.

Нуска поставил тарелку с едой на стол, а затем стащил с кровати одеяло и набросил на плечи Сина, чтобы он не переохладился. Хаванец не хотел уходить, но этому не щадящему себя правителю требовался отдых.

Поэтому Нуска, отчего-то грустно улыбнувшись, тихо вышел.

Завтра их ждёт трудный день.

Глава 77. Празднование победы

Треск. Нуска смущённо смотрел в пол, чувствуя, как горят его щёки. Белоснежный костюм, который год назад сидел как влитой… Разошёлся по шву ровно на заднице, а затем…

Треск. Тонкая рубашка лопнула на плечах. Из-под разошедшихся тканей выглянули упругие мышцы, которые Нуска так старательно наращивал целый год.

Лекарь уже не знал, куда себя деть от смущения, а поэтому стал как можно быстрее стягивать с себя одежду.

Миела отвёл взгляд.

– Лекарь Нуска, я подыщу вам… что-нибудь более подходящее…

– Н-не… Не стоит! Пойду в своей обычной одежде! – отмахнулся Нуска, как раз дорвавший штанины. Он уже обдумывал, вздыхая, сколько же золота придётся отвалить за этот костюм…

– Так не пойдёт, лекарь Нуска. На праздник прибудут почти все главные сурии и аристократы Эрьяры… Это очень важное мероприятие, – покачал головой Миела.

– Зато эта h’aidgel обувь в самый раз! – поморщился Нуска, взяв в руки две узкие белоснежные туфли на каблуках. Именно это исчадие бездны ему по-прежнему впору!

– Что ж, тогда я подберу другие хаванские одеяния. Понадобится ли вам корсет?

– А? Что? – не понял Нуска.

– Видимо, нет… Постараюсь найти что-то удобное. Но туфли всё же придется надеть, – развёл руками Миела и вышел.

Нуска вздохнул. Всё ещё держа в руках туфли, он плюхнулся в кресло, а затем ударил обувью себе прямо по лбу, закрыл глаза и подпёр щеки ладонями. Кто же знал, что праздник – это не только выпивка и пляски, но и громоздкие неудобные костюмы, этикет, правила и нерушимые традиции? Всё-то у аристократов выспренное и скучное! Разве на празднике не достаточно веселиться? И какие могут быть развлечения в этих стягивающих тряпках? Ни вздохнуть, ни сплясать, ни выпить без тошноты!

Стояло серое утро холодающего сезона. Листва на деревьях желтела, ветер бил в окна, а птицы летали так низко, что Нуска со своего верхнего этажа мог рассмотреть их спины. И именно тогда, когда небо стянули тучи, а последние лучи звезды спрятались за тяжёлым месивом из облаков, начали появляться первые гости.

Нуска стоял у окна и разглядывал суетящиеся точки внизу. В какой-то момент он потерялся – забыл, кто он и где. Люди внизу, эти знатные люди в пышных одеждах, казались мельче насекомых или пятнышек на стекле.

Вскоре прибежал Миела с новым костюмом, и Нуска присоединился к этой игре в богатых господ.