Парторг 3 (СИ) - Шерр Михаил

После небольших размышлений разговор о неожиданном предложении провести обмен транспорта на продовольствие он решил не замалчивать, а тоже доложить о нем. Нет никакой гарантии, что это предложение не дойдет до Вождя по другим каналам, и это будет полное фиаско. Такие вещи в высшей партийной и государственной иерархии страны не прощают. Лучше доложить самому и получить указания, чем потом оправдываться, если конечно тебя будут слушать.

Окончание этого дела неожиданно повысило Маленкову настроение, и он с удовольствием занялся текущими делами. На столе лежала целая стопка бумаг, требующих внимания, но теперь работалось легче.

Сталин проснулся в великолепном настроении. Уже несколько дней подряд абсолютно по всем каналам получения информации поступали доклады о том, что РККА и Советский Союз в целом опережает Германию и её сателлитов в деле подготовки к грядущей летней кампании.

Гитлер, который изначально вел речь о весенне-летней кампании и неоднократно назначал различные даты начала наступления на Востоке, которые через какое-то время переносились или вообще отменялись, как, например, локальные наступательные операции под Ленинградом и Харьковом, явно не справлялся с задачей.

И причиной этого была одна: у противника не получалось восполнить потери, понесенные прошедшей зимой под Сталинградом и на Кавказе. Разгром 6-й армии Паулюса, уничтожение румынских и итальянских соединений, отступление с Кавказа, всё это выбило из рук вермахта инициативу. В результате затягивалось формирование ударных группировок вермахта, которым ставилась задача разгромить советские войска на так называемом Курском выступе.

Мощь советских Вооруженных Сил, противостоящих вермахту, неуклонно нарастала. Вдоль всего фронта уже создана глубокоэшелонированная оборона, в тылу действующей армии разворачиваются всё новые и новые резервные соединения. Свежие дивизии прибывают с Урала, из Сибири, из Средней Азии.

Нет никаких сомнений в том, где вермахт попытается нанести главные удары своими еще только формируемыми группировками, и против них развернуты войска фронтов под командованием генералов Ватутина и Рокоссовского, еще недавно громивших немцев и их сателлитов под Сталинградом.

А в тылу этих фронтов сформирован целый Резервный фронт, который пока переименован в Степной военный округ. Огромная сила, готовая нанести решающий удар в нужный момент.

Красная Армия по всем показателям превосходит вермахт, в том числе по боевому мастерству и выучке войск. Но всё военное руководство и он, Верховный главнокомандующий, хотят избежать повторения ошибки прошлого года, и поэтому принято решение о переходе к преднамеренной стратегической обороне.

Это подразумевает, что перешедшим в наступление немецким ударным группировкам на заранее подготовленных глубокоэшелонированных оборонительных рубежах будет нанесено поражение, и лишь затем, используя накопленные резервы, перейти в наступление самим. В оценке ситуации своей и Генштаба товарищ Сталин уверен. Немцы будут истекать кровью на наших рубежах, а потом мы их добьём.

Никакая победа невозможна без уверенной работы крепкого тыла, и все эти вопросы тоже необходимо держать под постоянным личным контролем. А сейчас к ним прибавились тяжелейшие вопросы восстановления освобожденных территорий, разоренных и истерзанных прокатившимся по ним катком войны.

Как это ни хочется, но выше головы не прыгнешь. И везде темпы восстановления намного медленнее, чем хотелось бы. Почти везде не получается, например, в полном объеме осваивать выделяемые финансовые средства. Деньги есть, а толку нет. Нет специалистов, нет техники, нет материалов.

Кроме одного единственного города: Сталинграда. В нем восстановлением жилого фонда руководит очень молодой и талантливый инструктор горкома ВКП(б), которому, похоже, удастся сделать невозможное и реально начать восстанавливать город. И его деятельность уже отразилась на темпах восстановления сталинградских промышленных гигантов, которые резко выросли за последние две недели. Тракторный завод, завод «Красный Октябрь», «Баррикады», другие предприятия постепенно возвращаются к жизни.

Этот молодой человек уже успел отличиться. Находясь после ранения в госпитале, он сумел разработать новую уникальную конструкцию протеза стопы, который позволил ему лично вернуться к активной работе. Его направили в Сталинград, где он уже добился больших успехов. Причём успехов реальных, а не на бумаге.

А вокруг изобретения этого молодого человека вдруг неожиданно образовалась геополитическая загогулина, которая может принести большую пользу Советскому Союзу. И решить этот вопрос надо сегодня, перед намеченным на вечер большим заседанием по поводу работы тыла. Просто чтобы к нему не возвращаться, так как забот и так полон рот. Дел невпроворот, а тут ещё эта история с протезом и иностранцами.

Глава 6

10 мая 1943 года. 18:37 по московскому времени. Москва. Кремль. Кабинет Председателя Государственного комитета обороны, Верховного главнокомандующего Вооружёнными Силами СССР, Маршала Советского Союза Сталина Иосифа Виссарионовича.

Товарищ Сталин расположился за своим рабочим столом и читал все подготовленные материалы по «протезному» делу. Отвлекаться на такие мелочи, наверное, не совсем правильно. Помогать своим людям, ставшим инвалидами, защищая Родину, без сомнения надо. Но страна, истекая кровью, наконец-то смогла начать ломать страшного зверя, пришедшего в очередной раз с Запада. И они хотят не просто поработить советский народ, в первую очередь русских, а физически уничтожить десятки миллионов человек. Отвлекать силы и средства даже на многие благородные и, вне всякого сомнения, необходимые действия, просто нет возможности.

Но в данном конкретном случае ситуация принципиально другая. Если отбросить всякие рассуждения о милосердии и гуманизме, то неожиданно возникший к этому делу интерес союзников можно конвертировать в дополнительные потоки по-прежнему остро необходимой помощи с их стороны. И не в кредит, не в рамках грабительского по сути ленд-лиза, когда Советскому Союзу просто выкручивают руки, вынуждая соглашаться на не очень выгодные условия. Или, более того, просто обманывают, как с обещаниями открытия Второго фронта, не говоря уже об откровенном предательстве. Самым ярким примером служит история польской армии Андерса.

В этом случае союзники будут платить и предлагать, а мы будем выбирать. Ясное дело, это будут не миллиарды, и не десятки конвоев, гружённых техникой и необходимым сырьём, но, как говорится, «со всякого по крохи, голодному пироги». Тем более что то, что уже обещают некоторые очень заинтересованные заокеанские лица, далеко не крохи.

Сталин на мгновение оторвался от бумаг и задумался. Он вспомнил молодого русского блестящего гвардейца, холёного аристократа, который когда-то, по молодости, из чистой воды озорства, просто желая покрасоваться перед дамами, помог ему в самом начале революционного пути. Странные бывают повороты судьбы.

Через много лет они снова встретились, и обстоятельства этой встречи были совсем иными. Когда-то холёного аристократа, воевавшего на стороне белых и взятого в плен в боях под Царицыном, разъярённые красноармейцы хотели даже не расстрелять, а растерзать, заживо разорвать на части. Горстка офицеров, не имея шансов пробиться из окружения, за свои жизни взяла очень огромную цену. Слишком много красных бойцов полегло в той схватке.

Этот в прошлом гвардеец был единственным, кого тяжело раненного сумели взять в плен. Ему по жребию выпало добивать своих раненых товарищей, которые решили, что это лучше, чем плен. Сам он застрелиться просто не успел. Последний патрон в револьвере дал осечку.

Сталин узнал его и не позволил расправиться с ним. А когда тот выздоровел, то помог ему уехать за границу. А через некоторое время и его семье: матери, жене с маленьким сыном и сестре с двумя детьми.

Этот бывший аристократ дал слово до гробовой доски верой и правдой служить лично ему, как говорили в их среде, не жалея живота своего. И данное слово сдержал. Он создал тайную секретную организацию, костяк которой составили бежавшие за границу после революции бывшие: преимущественно офицеры, дворяне, представители купечества и интеллигенции. Но были, например, и простые казаки. Всех их объединяло одно: