– Тогда я сделаю это сразу, как прибуду домой. В первый же день раздам распоряжения, – пообещал Гирру. Кажется, его состояние стабилизировалось, но на смену яркой вспышке пришла апатия – теперь он стоял с ничего не выражающим лицом и смотрел на статую дракона за спиной Нуски. – Легендарный дракон Тиамат?
– Что? – поперхнулся Нуска и рывком повернулся, уставившись на каменное изваяние.
Гирру показал ладонью на статую и медленно, даже лениво сказал:
– Статуя изображает легендарного дракона Тиамат, спасённого первым эрдом Скидана Энлилем. Однако я не знаю, как она могла здесь оказаться. Все изваяния, изображавшие драконов, уничтожили по распоряжению самого Энлиля, во времена истребления этих существ. С тех пор подобные вещицы запрещены в Скидане, хотя я был бы не против обзавестись парочкой подобных для собственного дворца.
Нуска слышал, как кровь шумит у него в ушах.
«Тирра?.. Нет, вряд ли. Эта бабка занята лишь попытками увековечить свой род. Тогда…»
Нуска перевёл взгляд на соседнюю дверь. Хоть та и была запечатана с помощью дэ, но лекарь всё равно ощупал её, пытаясь уловить следы.
«Здесь слишком много энергии сифов. Ещё и те солдаты навоняли… Не могу определить».
Лекарь сокрушённо вздохнул. А затем снова обратился к Гирру:
– Когда мы отправляемся?
– Ночью. Все поджоги происходят ночью или под утро.
– Хорошо. Тогда встретимся у западных ворот в полночь, – отстранённо отозвался Нуска и, бросив ещё один взгляд на застывшего арцента, направился к покоям Сина.
«Необходимо предупредить, что меня не будет. Не могу же я каждый раз заставлять Сина волноваться? Но о целях похода лучше не сообщать… Не дай духи он увяжется с нами – тогда его тёмную энергию учуют и в Дарвеле. А дарвельцы ещё раз наделают в штаны».
Несмотря на состояние Гирру, Нуска приободрился. Преступник известен, а из Мары можно выжать ещё немного полезной информации. Хотя бы на одну тайну стало меньше – разве не хорошо?
Нуска немного поплутал в коридорах, но вскоре напал на след Сина. Двигаясь за тёмными частичками дэ, лекарь уже предвкушал встречу, когда услышал голоса.
Зачем-то спрятавшись за поворотом, лекарь напряг слух, переместив немного дэ в область ушей и барабанных перепонок, и смог расслышать разговор:
– …это никуда не годится. Ты пришёл в мои владения, Син. Твои подданные ведут себя так, будто только что вылезли из хлева. Один разгуливает без охраны, другой ведёт себя настолько непристойно, что я даже не собираюсь озвучивать его проступки. Мы оба знаем, что Гирру Герье лишился ума, но ты пустил его в Сифу. В Сифу, Син! В процветающий город, где каждое дерево священно, как звёзды на небосводе. Теперь же ты отказываешься вознести почести мне, главной сурии земли. Я старше тебя по меньшей мере на четыре десятка лет. И, поверь, от моей немилости тебя не убережёт даже титул эрда.
В какой-то момент Нуска задохнулся, ощущая давление на голову, – два сурии начали мериться дэ, бесконтрольно испуская её.
– Я пришёл с благими намерениями и не собираюсь вступать в конфронтацию. Я лишь хочу, чтобы народы объединились перед надвигающейся бедой.
– Какой же бедой, Син, не расскажешь ли? Каких ещё бед ты ждёшь? Что ещё не произошло со Скиданом с момента твоего рождения? Был ли хоть один светлый день с того чёрного дня?!
– Это она была во главе дарвельских войск.
– Что?!
– Я полагаю, что не только истребление лесных племён, инцидент в Хаване, Континентальная и Бессонная войны – её рук дело, но и сожжённые поля.
– Син! Не переиначивай! Не складывай ответственность со своих плеч на чужие!
– Я никогда не сделаю этого. Я помню лицо каждого, кого лишил жизни.
– Поля сожгли арценты, Син, а потому мы готовимся к войне. Если главный сурии огня Гирру не уберётся из нашей столицы, то станет пленником. Вам больше не обвинить во всём мифическую Тиаму. Ранее я думала, что ты действительно не имеешь никакого отношения к поджогам, но когда ты прибыл сюда вместе с главным сурии огня…
– Ты не видишь никаких совпадений, сурии Тирра?
– Каких же?
– Тиама никогда не действует своими руками. Она была хаванской царицей драконов, хоть и преданной своими же слугами. Она привыкла повелевать. Тиама никогда не опустилась бы до того, чтобы убивать простых солдат или жечь поля собственными руками. Для этого она и сейчас использует подданных.
– К чему ты клонишь?
– Откуда в сифском дворце статуя дракона Тиамат?
Нуска сглотнул. Не только он и Гирру обратили внимание на эту странную деталь.
– Как же удобно получается, эрд Син! Ты, как всегда, чист, но по твоим словам выходит, что сифы жгут собственные поля?!
– Нет. Но кто-то помогает преступникам уходить незамеченными. Я не верю, что лучшие солдаты Скидана, сифские маги были неспособны поймать нарушителя на протяжении месяца.
– Чтобы предъявлять мне такие обвинения… Ты понимаешь, что должен предоставить доказательства?
– Они появятся в ближайшие дни, сурии Тирра. А до тех пор оставь моих провожатых в покое. Вы не справились с проблемой за месяц, позволили кому-то лишить Скидан посевов на будущий год. Пришло время мне вмешаться.
– Слишком поздно. Даже если мы привлечём к подготовке почвы и посеву всех земледельцев, то озимые культуры…
– Не земледельцев, а всех сурии Сифы и даже тех, кто способен просто держать в руках мотыгу.
– Не смей вмешиваться в наши правила и традиции!
– Не смей указывать своему эрду.
Нуска, хватая воздух ртом, сполз по стене. Вспышка земляной дэ и последовавшая за ней тёмная вышибли из него весь дух. Вслушиваться дальше в разговор он не мог – пытался восстановить дыхание и успокоить бешено стучащее сердце.
«Тирра… действительно сильна. Почему же… ни она, ни кто-то ещё не смогли найти поджигателя? Неужели это сговор? Сифы прокормят себя, а вот другие народы и столица…»
– Что бы ты ни говорил, Син, у нас осталось всего несколько дней, чтобы успеть посеять зерно на огнине [58]! Скоро ударят холода – и ты уже ничего не сможешь исправить. Мы пытались сажать зерно сразу после поджогов, но безуспешно. Преступник возвращался и превращал посевы в золу. Наши запасы истощены. Если ты так рвёшься геройствовать – действуй. Был бы толк.
– Я уже сузил круг подозреваемых и практически напал на след.
– Как ты был высокомерным юнцом, так и остался. Я не стану мешать тебе, но если ваши потуги не завершатся успехом, то Гирру пойдёт под стражу, а ты больше никогда не переступишь границы Сифы. И о поставках ячменя, пшеницы и ржи в будущем году можешь забыть.
Два пугающих своей энергией сурии разошлись. Нуска услышал приближающиеся шаги, но так и не смог заставить себя подняться с пола. Поэтому, когда Син выглянул из-за поворота, уставившись на развалившегося на полу лекаря, Нуска выдавил из себя беспомощную улыбку.
– О, эрд Син, я не хотел подслушивать, но… – начал было оправдываться Нуска.
Син вздохнул, а затем придержал лекаря под локти, помогая подняться. Когда они оба, наконец, стояли на ногах, эрд вдруг спросил:
– Что думаешь?
– А…? Что…? – не понял Нуска.
– Кто жжёт поля? И кто помогает поджигателю?
Нуска уставился на Сина во все глаза. В груди разлилось тепло – сам эрд, правитель Скидана интересовался его мнением. Конечно, Нуска никогда не считал себя глупцом, но… оказывается, что и Син не считает его последним дураком на деревне.
Нуска снова уставился на статую дракона – Син проследил за его взглядом и нахмурился. И тогда лекарь сказал:
– Мы с Гирру почти установили личность поджигателя, дайте нам время, эрд Син. Мы – ваши подчинённые, доверяйте нам чуточку больше, – Нуска вдруг неловко улыбнулся и перевёл взгляд на правителя. От лекаря не укрылось, как Син тут же отвернулся, не в силах выдержать этот взгляд. – Но кое-что не даёт мне покоя. Мара, дочь Тирры Сивьеры. Она была с нами во время похода в Дивур, затем – со мной в одном отряде во время Бессонной войны. Теперь пришла новая беда – и она снова тут как тут. К тому же она…
![Аргус-12 [Космический блюститель] - Якубовский Аскольд Павлович](https://cdn.mir-knigi.info/books/30041/30041.jpg)
