Пиратобой (СИ) - Лекс Эл

Неужели они сейчас как в фильмах будут подтягивать один корабль к другому? Это же фальшборт, он не выдержит таких нагрузок, он, можно сказать, на соплях держится!

Но стража не собиралась подтягивать один корабль к другому. У них был другой способ перебраться между бортами — прямо по тросам.

Стражники не пойми откуда достали изогнутые стальные крюки, с каждого из которых свисала длинная цепь с кожаной петлей на конце, и накинули эту крюки на натянутые тросы. Одной рукой взявшись за основание крюка, а одну ногу поставив в петлю, стражники отталкивались от борта своего корабля и летели вперед и вниз, пользуясь тем, что борт «Бекаса» был чуть-чуть, всего-то на полметра ниже. Две секунды быстрого полета — и стражники уже тормозят о наш борт свободной ногой, перебираются через него и вступают в бой с пиратами, а по тросам уже летит следующая партия бойцов.

Крючьев с тросами до «Бекаса» долетело всего лишь семь, поэтому и бойцов на палубу приземлилось семеро. Но эти семеро тут же кинулись в самую гущу боя, и я впервые своими глазами увидел, на что на самом деле способна система марин. По крайней мере, я думаю, что это она, потому что каким-то другим способом объяснить чудеса, которые творили эти ребята, просто невозможно.

Один из них прямо на моих глазах вскинул свою длинную винтовку и выстрелил в пирата, бьющегося с матросом «Бекаса». Вроде бы выстрелил и выстрелил, но суть в том, что пират был полностью скрыт от стражника фигурой матроса, разве что изредка, буквально на долю секунды, можно было поймать в прицел, обычный, открытый прицел без всякой там оптики, кусок его руки, ноги или мелькающего в воздуха меча.

И, несмотря на это, стражник попал. Пуля угодила точно в грудь, вырывая из спины фонтанчик крови, и осмелевший матрос добил резко замедлившегося пирата.

Другой стражник закинул винтовку за спину и бросился в самую гущу боя, достав из ножен прямой длинный клинок вроде палаша. Его тут же атаковало сразу два пирата, и удар одного из них стражник заблокировал своим клинком, а вот удар второго пропустил, да и не мог он его никак остановить или увернуться…

Думал я, пока не оказалось, что вполне себе даже мог! Яркая голубая вспышка полыхнула в полуметре от тела стражника, отбрасывая меч пирата назад, словно он рубанул по бетонной стене! А стражник даже не обернулся на него, он был занят первым противником — пнул его ногой в живот, сбивая дыхание и заставляя отступить, шагнул следом и вытянул клинком палаша по согнутой в попытке вдоха шее, отделяя ее от тела.

Вот что это сейчас за чудеса такие были? Что еще может сотворить подобные вещи, кроме той самой пресловутой системы марин?

Правильно — ни-хре-на!

А стражники все продолжали и продолжали прибывать на борт «Бекаса», волна за волной, и сразу же вступали в бой. Тут и там сверкали голубые вспышки, грохали редкие одиночные выстрелы, сверкали наточенные клинки, и вся эта волна моментально начала теснить пиратов обратно к противоположному борту. Черная река стражников обтекала одинокие островки в виде матросов «Бекаса», оставляя их за спинами и безошибочно атакуя одних лишь только пиратов. Оно и понятно — на матросах-то форма есть, которая позволяет идентифицировать их даже в этой свалке, а пираты одеты кто во что горазд.

Как, собственно, и я…

Этот простой, но ужасный факт настолько неожиданно пришел в голову, что я даже удивился, что не догадался до этого раньше. Но удивился уже на ходу, разворачиваясь и залезая на крышу надстройки, чтобы оказаться рядом с капитаном.

— Как они их, а⁈ — довольно оскалился капитан, глядя сверху-вниз на стражников, сметающих в палубы пиратов, как метла — дохлую крысу. — Вот это наша стража, вот это я понимаю!

Словно услышав его, один из стражников прямо на моих глазах развернулся в нашу сторону, бросил на нас короткий взгляд, а потом потянул вверх винтовку. И, судя по тому, что в капитана ему стрелять явно было незачем, он собирался это сделать со мной.

Я свою винтовку из рук не выпускал, поэтому вскинул ее к плечу быстрее, чем стражник, но до последнего не выжимал спуск, надеялся, что все образуется и мне не придется стрелять в вероятного союзника…

И правильно сделал. Потому что в тот момент, когда стражник уже вложился в приклад, а я — уже начал выбирать свободный ход спуска, между нами внезапно одним прыжком оказался капитан.

— Стойте! Отставить! — заорал он, размахивая руками, чтобы привлечь к себе внимание стрелка. — Не стрелять! Это свой! Не пират! Свой!

Я выглянул из-за плеча капитана и убедился, что стражнику сказанного достаточно. Он сразу же потерял интерес ко мне, опустил винтовку, переводя прицел на другую цель, и спустил курок.

— Ух… — выдохнул капитан, опуская руки. — Чуть не приделали тебя! Эти ребята быстры на расправу!

— Я быстрее. — коротко сказал я, опуская свое оружие тоже. — Но все равно спасибо. Не хотелось бы в него стрелять.

— И это правильно, медузу мне в глотку. — важно кивнул капитан. — Те, кто стреляют в морскую стражу, долго не живут. Даже те, кто плохо думает о морской страже, и те долго не живут.

У меня даже сомнений не возникло, что именно так дело и обстоит. Стражники так лихо крошили пиратов, что даже им самим стало понятно, что дело труба, и они принялись один за другим кидаться за борт то ли в надежде добраться до своих корабликов и отчалить, то ли просто для того, чтобы хоть как-то выйти из боя.

Со стороны кормы раздался громкий плеск, я обернулся и выяснил, что издавал его водолазный колокол, который наконец-то достали из-под воды. Только уже не очень-то было и нужно, ведь больше нет необходимости куда-то от кого-то бежать. По крайней мере, нам.

Пираты-то, понятно, сейчас только и мечтали о том, чтобы сделать ноги подальше от корабля, который внезапно оказался им не по зубам… Но куда там! Некоторым все же удалось выпрыгнуть за борт и даже добраться до своих катеров, если судить по взревевшим откуда-то снизу моторам… Но на этом все и закончилось. Стражники дошли до борта, снова сменили палаши на винтовки и принялись отстреливать улепетывающих пиратов, как в тире. И они делали это явно намного лучше, чем я и тем более капитан, они даже пристрелочных выстрелов не делали, сразу палили в цель, и их даже поднявшееся на море легкое волнение не смутило.

Да еще и капитан рядом со мной внезапно коснулся своей метки на пальце, и что-то тихо пробормотал, словно заклинание какое-то читал. И в ту же секунду «Бекас», который только что покачивался на морских волнах, застыл на месте, как прикованный. Я даже оглянулся по сторонам, чтобы убедиться, что мне не показалось… И нет — не показалось. Кучерявые барашки волн все так же сминали морскую гладь, но для «Бекаса» их будто бы не существовало. Он стоял ровно, как масштабная модель на подставке в шкафу коллекционера, а волны, хоть и бились о его борта, но даже на миллиметр покачнуть не могли.

— Это что еще такое? — я повернулся к капитану. — Это вообще как?

— Ты о чем? — не понял Бофор.

— Качка исчезла. Корабль стоит ровно. — я обвел рукой вокруг себя. — Такое же было в самом начале боя, я еще тогда этому удивился. Это тоже навык системы, верно?

— А, вон ты о чем! — улыбнулся капитан. — Да, это навык системы марин, специализации «Капитан», как ты понял, у меня именно такая. Называется «Волнолом». На одну минуту позволяет кораблю полностью игнорировать эффект качки, как будто стоишь посреди озера в полный штиль. Откат пять минут. Я специально применил его в начале боя, чтобы нам было удобнее стрелять по пиратам… Ну и сейчас, чтобы ребятам помочь, тоже.

Что ж, я только что получил еще одну причину разобраться во всей этой системе марин как можно глубже и прокачать ее как можно быстрее. Когда видишь, как человек справляется с другим человеком с помощью какого-то там навыка, это одно. А когда видишь, когда целый огромный корабль весом в несколько сотен тонн подчиняется одной лишь воле своего капитана, посылая при этом нахер и законы физики, и здравый смысл — вот это уже совсем, совсем другое! И вряд ли система на этом ограничивается — если у нее есть специализация «Капитан», то какие еще у нее есть специализации? Танкист? Артиллерист? Пилот?