"Фантастика 2026-165". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - "Аргус"

– Верни его! Сейчас же верни его!

Но одно легкое движение руки – и Нуску смыло потоком в ту часть пустоши, которая ушла под воду. Нуска не умел плавать, но изо всех сил старался держаться на поверхности. Он был не так далеко от берега, с помощью дэ он мог добраться до суши…

Нуска слышал их разговор.

– Энлиль, ты все же явился сам. Я знала, что ты придешь за мной. Я знала, ты придешь, чтобы убить последнего дракона на континенте.

– Тиама, твои дни сочтены. Твоим злодеяниям настанет конец. Столько сотен лет духи лишь наблюдали. И сегодня…

– Прости, но мне все равно.

Мокрый с головы до ног Нуска, тяжело дыша, выбрался на берег. Сплюнув воду, он увидел, как Тиама бросилась к Энлилю и… обняла его. И с того момента, как ее руки обхватили Энлиля, она смеялась. Так счастливо, как смеются люди, достигшие наивысшего счастья.

Нуска думал, что Тиама захочет поговорить с Энлилем, захочет рассказать ему, какую боль он ей причинил, или попробует заставить его раскаяться в содеянном. Но Тиама не желала ни разговоров, ни его раскаяния или извинений. Она желала лишь одного – его смерти.

В ту секунду, когда Тиама обняла его, через тело Энлиля будто пропустили молнию. Светлая дэ сковала его, однако он уже поднял руку, чтобы атаковать в ответ.

И в этот момент из-под земли показалась третья фигура. Девушка в доспехах и с высоко собранными золотыми волосами. В зеленых глазах Мары стояли слезы, а в руках она держала не свое оружие дэ, а стальной меч, когда-то разработанный Хайей. Нуска хорошо знал эти мечи по предыдущим битвам – они могли выдержать даже удар оружия дэ.

Тиама крепко обнимала Энлиля. Ее смех продолжал звенеть, разносясь по округе. Звездный свет все еще освещал их фигуры. Во тьме, посреди пустоши, разоренной многолетними войнами, мужчина и женщина будто бы обнимались, делясь радостью встречи.

И в следующую секунду Мара занесла меч и одним движением проткнула Тиаму насквозь, пронзив ее каменное сердце. Но длинное лезвие не остановилось, а вошло по самую рукоять. В одну секунду кровь хлынула изо рта Тиамы, а еще через мгновение – уже изо рта Энлиля. Один меч пронзил двоих, унося их жизни.

Нуска видел, как светлая тень отделилась от тела Сина. Как она стала таять, точно снег по весне.

Они в самом деле это сделали. Они убили духа.

Дорожка света растаяла. Вновь пошел дождь. Вдали были слышны крики ликующей скиданской армии. Война окончена. Враг повержен.

И Нуска тоже закричал, но его крик походил на предсмертный рев раненого животного.

Когда Нуска добрался до Сина, Мара уже вынула оружие из их тел и поднесла его к своей шее. Меч в ее руках дрожал, а лезвие касалось сонной артерии. Она плакала, все ее тело содрогалось, а руки по локоть были залиты кровью Тиамы.

Нуска опустился на колени и перевернул Сина. Он облегченно вздохнул, увидев, что Энлиль и впрямь покинул тело эрда. Син вновь был собой.

Нельзя терять время. Нуска прикоснулся к ране на груди эрда – и в одно мгновение ее заживил. Задетое сердце, пробитое легкое, вены, артерии, мышцы и кожа – он восстановил все. Однако Син по-прежнему не дышал.

Тем временем Мара уже собралась с силами, чтобы лишить себя жизни. Она зажмурилась и сжала рукоять крепче, но вдруг услышала холодный голос:

– Нет, Мара. Ты не убьешь себя. Раз жизнь тебе не нужна, то я ее забираю.

Нуска лишь поднял руку, а светлый поток дэ уже хлынул из тела Мары в его руки. Всего несколько секунд – и она рухнула на землю, а в руках Нуски оказалось колоссальное количество светлой дэ. Он тут же направил ее в тело Сина, но и этого не хватило.

Нужно больше сил. Верно. Анту ведь ограничила его способности, а он так и не снял эту дрянную магию полностью.

Ничего страшного. Он знал, что надо делать.

Нуска вытащил нож из своей сумы, а затем поднес его к плечу. Разрывая острым лезвием одежду, вместе с тем он разрезал кожу, точным движением вспарывая артерию от плеча и дальше, до локтя, а затем – до самой кисти. То же самое он проделал и со второй рукой.

Светлая дэ, заключенная, запертая в его теле на долгие месяцы, вспыхнула так же ярко, как пламя Тиамат.

Нуска приложил руки к Сину и направил всю дэ, что была в теле, ему.

– Син, я смогу. Син, вы не умрете. Син, я обязательно спасу вас.

Кровь текла по рукам, лилась, пачкая эрда. Но Нуска и не думал терять сознание. Светлая дэ переполняла его тело.

Син не умрет. И неважно, сколько светлой дэ понадобится, ведь Нуска знает, где можно взять еще.

Глава 150. Сердце

Нуска понимал, что что-то упускает. Во-первых, откуда скиданская армия узнала, что их враг повержен? Значит, поблизости есть кто-то, кто следит за всем происходящим?

Во-вторых… Син не приходил в себя. А ведь рана была нанесена обычным стальным клинком. Пускай тот не уступал в прочности оружию дэ, но Син и раньше получал подобные ранения, не раз, не два и не три. И каждый раз восстанавливался быстрее, чем был нанесен новый удар.

Так почему сейчас его тело не регенерирует? В чем дело?! Нуска уже использовал два потока светлой дэ, которые были равны его двум полным запасам дэ. Такого количества энергии было достаточно, чтобы излечить целую деревню, находящуюся на грани гибели!

Хоть Нуска и понимал, что ему необходимо сохранять разум холодным, но… он начал паниковать. Как можно аккуратнее лекарь стянул с Сина доспехи, а затем распахнул рубаху на груди. Все тело ниже шеи… было так плотно покрыто черными узорами, что невозможно разглядеть естественный цвет кожи.

«Он не принимал лекарства? Но как болезнь могла так быстро распространиться? Я не понимаю… Успокойся. Сначала нужно запустить сердце и заставить его дышать. Все остальное – потом, потом…»

Нуска закатал насквозь мокрый алый рукав. Кровь продолжала литься из двух глубоких ран, но лекарь совершенно не обращал на это внимания. Он припомнил то, что практиковался в Хаване на трупах.

Крепко удерживая свою руку у локтя, он шумно вдохнул и стал направлять огромное количество дэ к запястью, концентрируя ее в одном месте, а затем… плоть на его руке словно накалилась, вспыхнув белым огнем. Казалось, часть его руки разлагалась на глазах, образуя контур, сотканный из чистой светлой дэ. Через минуту вся его рука по локоть исчезла, а на ее месте, повторяя все изгибы конечности, возникла копия из чистой светлой дэ.

Это было очень больно. Словно и впрямь твою плоть срезали живьем. Нуска ни разу не практиковал «создание руки дэ» целиком. Лишь пробовал запускать пальцы, сотканные из дэ, в мертвую плоть. Но сейчас… он должен использовать все методы, которые знал.

Поддерживать подобную концентрацию дэ в одной части тела было очень тяжело. Достаточно отвлечься на секунду – и рука вновь обрастет плотью. Нуска снова глубоко вздохнул, а затем… запустил руку дэ прямо в грудную клетку Сина, а затем нащупал и сжал его сердце.

Он уже пытался сделать непрямой массаж сердца, но это не помогало. Потому оставался лишь один способ – самый что ни на есть прямой. Сжимая и разжимая сердце в руке, одновременно с искусственным дыханием, Нуска качал кровь, наполнял кислородом мозг, не позволяя Сину умереть.

Прошла одна мучительная минута. Сердце забилось. Син сделал первый самостоятельный вдох.

Нуска тут же убрал руку. Та, обрастая плотью, вновь принесла ему такую боль, что на несколько секунд помутилось в глазах. Еще бы чуть-чуть, и лекарь бы отключился, но его вернул в сознание хриплый и очень слабый голос…

– Нуска? Это ты?

Он встрепенулся. Его собственное сердце чуть не выпрыгнуло из груди, а на глазах показались слезы.

– Син! Син, как вы?! Где болит?! Я все вылечу, не переживайте, я справлюсь, только скажите, что болит!