Медоед 9 (СИ) - Гудвин Макс

— А-а-а-х-а-а! — завопил он, и я бы тоже вопил, если бы мне порвали сухожилия в паху.

Шагнув вперёд, я схватил следующего человека за куртку и почувствовал, как его товарищ берёт меня за грудки. Потянув человека на себя, я ударил ему в глаза пальцами, наклоняясь в сторону, потому как мне уже били головой в лицо. Удар в захвате прилетел в шею — неприятно, но и не критично. И, сделав зацеп правой ногой за его зеркальную ногу, я переместил массу тела так, чтобы рухнуть на падающего со мной противника. А в полёте я подбил его челюсть, и да, он сгруппировался, но от особенности Сергея Сидорова так просто не уйти, и мой противник «клюнул» затылком об асфальт.

И в этот момент когда я сидел на нём, удар кроссовком откуда-то сбоку прилетел в моё лицо, столь сильный, что мне показалось, будто я могу смотреть на драку со стороны. Я завалился в сторону, скатившись с соперника, и увидел, как человек со сломанной кистью уже бежит меня добивать.

Выгнувшись в спине, я ударил снизу вверх ногой — как не учат в секциях, потому что я бил в пах, — и вторым ударом ноги пнул человеку в лицо, ломая хрящи носа, вызывая неконтролируемые слёзы и болевой шок.

Вставая, я взял его за плечо и жёстко сбил с ног, словно земля в какой-то момент оказалась у него сбоку. А далее прижал коленом спортсмена. А то, что это были спортсмены, я не сомневался. И, подняв вязанку баранок скотча, я стал заматывать их всех по рукам и ногам.

А через некоторое время оттуда, откуда они выбежали, появились ребята в чёрном и масках.

— Пацаны, свои! — произнёс я, чувствуя, что лицо опухло от удара.

— Ты, блядь, кто? — спросили меня, подходя ближе, сомневаясь, как меня ломать, когда я замотал пятерых в цвета белого, красного и синего скотча. Никакой нарочитой патриотики — просто до зелёного и жёлтого руки пока не дошли.

— Человек-паук, ваш дружелюбный сосед, — произнёс я и, видя, что меня идут крепить, показал удостоверение «младшего лейтенанта по должности человека-паука при ФСБ России».

Голову штормило — повод не бороться на улице от слова «никогда».

И чуть придя в себя, я вместе с «тяжёлыми» проводил всех к отелю, где было полно воды, куча стоящих у бетонной стены людей на растяжках, стойка — звёздочки подпирающей стену. Работали автозаки, в которых увозили по очереди эту компанию. А автозаки всё прибывали и снова отъезжали.

И, завидев чёрную «Волгу» и стоящего у неё мужчину в гражданской форме одежды, я подошёл к нему.

— Тиммейт, впереди человек, это случайно не ответственный? Позвони ему.

Видя, как мужчина взял телефон, я подошёл.

— Доброй ночи, — произнёс я. — Это я звонил.

— Приветствую, — ответил он, пожимая мою руку. — Чё вы так рассекретились? Хорошим же отделом были.

— Это глобальный вопрос. И чтобы на него ответить, нужно время, — ответил я. Шутки не придумывались после того удара, ничего умнее человека-паука, и слегка подташнивало.

— А с лицом что? — уточнил он.

— Участвовал в задержании. Сейчас будут координаты того, кто скрылся, но уже есть координаты другой квартиры. Только я, как понял, они с утра должны были прибыть — какая-то неорганизованность с их стороны.

— Всё организованно. Группы должны были менять друг друга, если бы мы выставили кордоны, и стоять напротив вооружённых людей, пока эти кадры не облетят всю планету. А потом — второй акт. Но мы не выставились, не успели, и теперь второй акт будет каким-то другим, — выдал он тактику оранжевой оппозиции.

— Каким другим? — спросил я.

— Им всё равно нужна жертва, тот, про кого потом будут говорить: «Они стреляют в наших детей», — произнёс Муравьёв. — Твои в отеле забаррикадировались, в целом наши вовремя успели.

— Координаты получены, — произнёс Тиммейт.

— Скинь их товарищу Муравьёву, — проговорил я, касаясь уха, чтобы майор видел, что я не сам с собой говорю.

— Кого-то нашли? — спросил у меня майор.

— Да, две точки. Туда бы оперов направить, с тяжёлыми, — подкинул идею я.

И у майора в кармане пиликнуло.

— Я утром буду докладывать об этом. Про вас что-то писать?

— Только правду, — кивнул я, улыбаясь, не чувствуя левой половины лица. — Ещё увидимся.

— Бывай, лейтенант, — без особой радости попрощался он.

Пожав ему руку на прощание, я пошёл к отелю и постучал в дверь. Ворота периметра же были грубо выгнуты на себя и даже отодвинуты на метр внутрь. Вот что дурь человеческая делает. И мне открыли дверь здания, а я шагнул в светлое помещение с вооружёнными людьми в гражданке, но в бронежилетах. Они не выглядели как какие-то бойцы, это были просто люди, которые защищали эвакуированные в отель семьи.

Ко мне навстречу вышел полноватый человек с длинными чёрными волосами и бородкой.

— Товарищ младший лейтенант, за время вашего отсутствия здание отеля успешно отразило атаку. Смотритель отеля ОЗЛ, старший лейтенант Свиридов Анатолий Петрович, радиопозывной Бульбозавр.

— Вольно, Бульбозавр! — произнёс я. — Все молодцы, все старались. Всем можно разойтись по своим местам дислокации.

И народ отеля принялся расходиться.

— Я пока оружие не прошу сдавать — вдруг что-то будет. У нас же теперь один ликвидатор остался.

— А что с Шерханом? — уточнил я.

— Шерхан в госпитале. Вы ему серьёзно что-то там повредили, — произнёс Булбозавр.

— Тиммейт, — позвал я, — видео из «Шашлыкова» возьми с камер, у них удали и себе скачай, а потом приложи к рапорту к Дяде Мише. Пусть все видят, что я не беспредельщик.

— Да мы не сомневаемся в вас, — поспешил оправдаться Бульбозавр.

— Кто второй ликвидатор? — спросил я.

— Дикобраз. Она на крыше, работает, — сообщил смотритель.

— Хорошо, пусть работает, — произнёс я.

— Слав… — протянул Тиммейт. — У меня срочный вызов к тебе и видео.

— Ну давай смотреть.

И я поднял к лицу телефон. А там было видеообращение. Это была медицинская палата, и люди в белом, сидящие у белой стены. Снимал никто иной, как Шерхан.

— Эй ты, шлюха медоедская! Ты воткнул мне вилку в хер, и я этого тебе так не прощу. Я тигр этих джунглей, и я вызываю тебя, маленький наглый грызун, на бой на ножах! А если ты не придёшь, я этих лепил буду на куски резать их же инструментами! — выдал он.

— Совсем с катушек Шерхан слетел, — произнёс Бульбозавр, заглядывая в мой экран. — Может, СОБР к нему направить или наших тяжёлых? Не будете же вы идти на поводу у маньяка?

— У меня идея лучше… — произнёс я.

Глава 8

Нож на нож, или?

Я отошёл в сторону и присел на тумбочку, которую, как и другую наваленную тут мебель, ранее использовали для блокировки дверей отеля, и произнёс адресуя Тиммейту:

— Кто начальник Чёрного Дельфина?

— Полковник внутренней службы Коробов Юрий Петрович, — прозвучал его ответ, как всегда чуть механическим голосом, хотя я знал точно, что он может говорить любым.

— Позвони ему и поговори с ним, скопируй его голос и от его имени позвони дежурному, прикажи разбудить нашего Шерхана в его камере и не давать спать до утра.

— Понял, ты хочешь провернуть ситуацию, как в «Аватаре»?

— Я хочу, чтобы маньяк перестал людей терроризировать. Его сейчас разбудят и до утра не дадут спать, соответственно Сергей в себя придёт. А «Аватар» я не смотрел.

— Очень рекомендую первую часть. Красиво и самобытно.

— А вторую? — спросил я.

— А вторую и третью очень не рекомендую. Красиво, но бессмысленно.

— Звони Коробову! — потребовал я.

— Я могу несколько дел делать одновременно, я, собственно, этим и занимаюсь сейчас.

— Хорошо, — произнёс я и, обратившись к Бульбозавру, сказал: — Меня надо срочно в травмпункт, где у нас сейчас Шерхан.