Воевода (СИ) - Василенко Владимир Сергеевич

— Держать позиции! — заорал он. — Не отступаем, братцы! Они уже выдыхаются!

В его словах сквозила горькая ирония — сам-то он оказался здесь из-за того, что Стылые теснили защитников с южной стены, раздвигали их по сторонам, прижимая к угловым башням. Это сложно было понять в пылу драки, но я, воспользовавшись секундной передышкой, быстро подключился сначала к одному Оку, потом к другому, к третьему, оглядывая сражение с разных сторон.

Пока дрался, я так разгорячился, что тоже не обращал внимания ни на слетевшую шапку, ни на расстегнувшуюся на груди одежду. Но тут у меня внутри всё похолодело.

Всё оказалось даже хуже, чем я думал. Пехота Стылых и правда облепила стены, как огромные муравьи, и настырно лезла внутрь крепости, несмотря на отчаянное сопротивление защитников. Но пока мы с ней возились, поближе подтащился и арьергард орды — те самые тощие маги, которые мне с первого раза не понравились. Взгляд выхватил из толпы и уже знакомого бугая, похожего на огра.

Они приближались неторопливо, будто не спеша. Но в этой их медлительности чувствовалась какая-то… неотвратимость. И от этого становилось ещё страшнее.

«Они прорвутся. Рано или поздно».

Я даже не сразу сообразил, что голос, прозвучавший в голове — это шёпот Албыс. Потому что у меня и у самого мелькнули такие же мысли.

«Их больше. И они не жалеют ни своих, ни чужих» — продолжила ведьма. — Даже если их останется полсотни — им плевать. Они войдут. А потом поднимут павших, обратив их в новых Стылых'.

— Да заткнись ты! — прорычал я вслух сквозь зубы.

«Улетай, Пересмешник! Мы ещё можем спастись!».

Плохо же ты меня знаешь…

До меня вдруг донёсся возглас Демьяна — исполненный такого ужаса, что у меня и у самого по спине пробежали мурашки.

— Богдан!!

Расшвыривая Стылых, я кое-как отыскал взглядом Велесова. Но он не был ранен, да и вообще смотрел не на меня, а куда-то вдаль, в сторону башни рядом с воротами. Туда он мне и указывал.

Я не сразу разглядел, в чём дело. Но потом сердце ухнуло куда-то в желудок — я увидел прямо на зубцах стены рядом с башней тонкую женскую фигурку с растрёпанными ветром тёмными волосами.

Рада⁈

Как назло, на стену рядом со мной вылезло сразу с полдюжины Стылых, бросились все разом. Меня подстраховал с одного фланга Погребняк, с другой стороны с рычанием кинулся кто-то из волков. Я же выскользнул из схватки, подхватив себя Аспектом Ветра, взлетел над крепостью.

Снова отыскал взглядом Раду, и с ужасом увидел, что та тоже зависла в воздухе над стеной. В магическом спектре вокруг неё бушевала настоящая буря — ядро её Дара разворачивалось, хлестало пространство тугими спиралями эдры. Снизу прямо в девушку полетел морозный заряд одного из Стылых — этакое ледяное копьё, окутанное морозной дымкой. Тут я даже испугаться не успел — комета эта, не долетев до Рады несколько метров, вдруг испарилась, сожженная невидимым барьером.

Я что-то кричал, но сейчас это было уже бесполезно — Рада меня уже точно не слышала. Двигалась она отстранённо, механически, как кукла, и глаза её светились изнутри таким ярким сиянием, что его было видно за десятки метров.

— Всем назад! — заорал Демьян. — В укрытие!

Колывановы тоже подхватили его призыв, но их голоса потонули в общем гвалте. Впрочем, всего несколько человек из присутствующих догадывались, что сейчас произойдёт.

Ревущий вибрирующий поток эдры ударил с такой силой, чтобы заглушил все остальные звуки. Он бил не по прямой, а будто хлестал гибкой плетью, извиваясь с резким нарастанием громкости и буквально сметая выстроенные Стылыми живые лестницы. Правда, попутно разнося в щепы и зубцы крепостной стены, а кое-где прошибая огромные бреши в многослойной бревенчатой кладке.

К счастью, Раде удалось перенаправить этот чудовищный брандспойт подальше от стен, в сторону задних рядов орды. Хлестнула по ним широким зигзагом, и весь склон холма снова заволокло сплошным бурлящим облаком — от испарившегося снега и от взвившихся в воздух фонтанов земли.

Кажется, Стылых проняло — даже на лету я заметил, как они отхлынули — все разом, будто откатывающаяся назад волна.

Наполовину оглохший и ослепший от этого выплеска энергии, я мчался в сторону Рады. Поток эдры, рвущийся из неё, иссяк внезапно, будто кран закрыли. И, зависнув в воздухе на пару секунд, девушка вдруг бессильно рухнула. Я едва успел поймать её на лету, иначе она бы упала к подножию стены. Кое-как вырулив, чтобы не врезаться в привратную башню, я резким виражом ушёл в глубь крепости и приземлился на плацу рядом с ковчегами.

«Приземлился» — это громко сказано. Я почти врезался в землю под острым углом, но в последний момент смог выровняться так, чтобы не удариться самому и, самое главное — удержать перед собой Раду — та бессильно повисла на моих руках, голова её откинулась назад.

В мою сторону, кажется, кто-то тут же выбежал, вокруг быстро стали собираться люди. Но я не обращал внимания ни на кого. Схватил Раду в охапку, прижал к себе, дрожащими от волнения ладонями обхватил её лицо. Прохрипел сквозь колючий ком в горле:

— Зачем? Ну зачем, глупенькая…

Она вдруг глубоко вдохнула — резко, будто вынырнув из воды. Глаза её открылись, и какое-то время в них ещё плескалось потустороннее багровое пламя, от которого меня пробрало так, что волосы на затылке зашевелились. Впрочем, огонь этот быстро погас, и вскоре у меня на руках осталась моя прежняя невеста — хрупкая изящная девушка, при взгляде на которую никогда не подумаешь, что она, если захочет, может за считанные секунды испепелить целую крепость.

— Я… в порядке, — прошептала она с вымученной улыбкой. — Просто я… Испугалась. За тебя. За всех нас.

Я лишь молча прижал её к груди, покачиваясь, будто убаюкивая ребёнка. Переключившись на Аспект Исцеления, с ужасом разглядел по всему телу Рады очаги внутренних повреждений, которые тут же начал залечивать.

Сколько она находилась под действием Дара? Десять секунд, а то и меньше! А если бы ей не удалось вовремя погасить этот поток? Он бы просто сжёг её изнутри!

Подняв голову, я вдруг встретился взглядом с Дариной.

Мать стояла в нескольких шагах от меня, прямая и напряжённая, как натянутая струна. На лице её застыло странное выражение решимости, тревоги, страха и… какой-то отчаянной гордости.

— Это ты её послала? — зло процедил я.

Впрочем, мог бы и не спрашивать.

— Но она ещё не готова! — заорал я уже в полный голос. — Что, если бы она не справилась⁈

— Не говори глупостей, Богдан, — устало усмехнулась шаманка. — Если бы не справилась — мы были бы уже мертвы.

Глава 5

— Ну что, как она?

Варя и Жак, как два любопытных суриката, дружно вытягивали шеи, пытаясь заглянуть мне за спину. Но я плотно закрыл дверь нашего с Радой купе.

— Ей нужно отдохнуть. Подежурьте здесь, ладно? Вдруг ей что-то понадобится. И никого к ней не пускайте!

Я зыркнул на Дарину, стоявшую у самого выхода.

Стылых мы здорово потрепали и отбросили к реке. На новый штурм они вроде бы не собирались — пока я возился с Радой, я не забывал время от времени поглядывать на поле боя через ближайшее Око. Но всё могло измениться в любую минуту. Эти твари уже доказали, что руководствуются собственной, не вполне понятной людям логикой. Так что я спешил вернуться на стену.

Я бы, конечно, предпочёл остаться с Радой. Но сейчас я объективно был ей не нужен — целебной эдрой я её накачал, а дальше уже дело времени.

— Всё будет хорошо, Варя о ней позаботится, — отозвался француз. — А я… Можно я пойду с тобой?

— Не сейчас, Жак. Там ещё может быть опасно.

— Ну и что? Я и так отсиживался всё сражение тут, с женщинами и стариками! Дай мне хотя бы собрать образцы.

— Какие ещё образцы?

— Фрагменты тел Стылых. Для изучения. Мы с профессором Коржинской хотели бы с ними поработать… — он тоже покосился на Дарину. — Те, которые принёс с собой мсье Кречет, зачем-то сожгли. А ведь это такой ценный материал!