Барышня-кухарка для слепого князя (СИ) - Семина Дия

— Погиб? Муж?

Не поняла, что произошло в этот момент, тарелка и чашка со звоном полетели с лестницы, разбиваясь на мельчайшие осколки.Какой муж?А перед глазами тот самый... Седой незнакомец...

Глава 20. Срочный отъезд

— Я всё подниму, вы меня напугали.

Даже не поняла, что произошло, это же просто слова. Почему такая реакция? Муж – это же тот подонок, что пытался меня сбыть и отравить? Ведь речь про него?

Но перед моими глазами снова фантом седого мужчины.

Это становится невыносимым.

Ещё немного и я свихнусь.

— Оставьте, сейчас Василий Архипович прикажет горничным убрать осколки, у нас есть более важный разговор.

Я вдруг вцепилась в его мягкий домашний пиджак и смотрю в невидящие глаза.

— Вы ведь всё видите, да! Мне нужна ваша помощь. Прямо сейчас.

И буквально силой разворачиваю князя и веду в его же кабинет, стоило войти, закрываю дверь на ключ и мне совершенно всё равно, что о нас подумают.

— Я должна вспомнить что-то очень важное. Не поговорить, не выяснить наши отношения, потому что их нет. У меня сейчас ощущение, что я нахожусь сразу в двух мирах. Понимаете? Вспышки воспоминаний, очень живые и болезненные. И они начинаются только в те моменты, когда вы рядом со мной. Гипноз или чем вы владеете, делайте свою магию, помогите мне.

— Могу попробовать, никогда подобного не делал. Речь о том мужчине, я его тоже вижу, когда мы рядом.

Мы поспешно проходим к креслам, интимности нет и в помине, романтика позабыта. Мы спасаем мою психику.

Протягиваю ему руки и закрываю глаза.

Пытаюсь вспомнить хоть что-то.

— Дарья, ты очень стараешься, и этим мешаешь, закрой глаза. Никакого транса не будет. Но я постараюсь вызвать сначала картинки, какие тебя изводят, потом попытаемся найти им объяснение. Ты закрыта, не могу проникнуть в тебя и посмотреть. Придётся тебе самой.

Его жаркие руки сжимают кончики моих пальцев, и я ощущаю себя здесь, в этом кабинете, рядом с Гордеем.

Пытаюсь не думать, расслабиться.

Вызвать призрака на разговор.

Но внезапно передо мной раскинулась картина, залитая солнцем и сиянием снега. Не сразу поняла, что это горы.

— Я в горах. Вокруг высоченные, белоснежные скалы. Снег, и…

— Ты видишь его или себя?

— Его, он обернулся, улыбнулся, махнул мне и пошёл вперёд.

Всё померкло. Мне не надо ничего рассказывать, Гордей Сергеевич сам увидел этот образ.

— Он очень странно одет, у нас нет таких одежд…

Я делаю глубокий вдох, словно вынырнула из глубины и мне не хватало воздуха.

И всё становится понятно. Это воспоминания из какой-то другой жизни.

— Я не Дарья. Я совершенно другая женщина, просто очнулась в этом теле в тот момент, когда Филипп понял, что она не умерла. Может быть только память.

— Это редкое магическое явление подселение. Такое бывает. Но теперь многое становится понятным. Откуда в тебе такие навыки, почему ты ведёшь себя как более взрослая, опытная, заботливая женщина. И у меня одна просьба.

— Вы снова за своё?

— И это тоже. Но я требую, не говори никому о нашем открытии. Быть подселенкой в нашем мире опасно. Запомни, ты забыла всё, а твой муж Филипп с тобой плохо обращался и заставлял готовить, работать по дому с утра до ночи, потому что был жадным, а у тебя просто талант к домашнему хозяйству. Ты была три года замужем за подлецом, за этот срок кто угодно мог бы научиться так готовить.

В ушах у меня зазвенело. Не сразу поняла, чего это он так заботится о моём алиби.

— А разве всем не наплевать?

— Поселенцев считают злом. Если Нинель или адвокаты Филиппа заподозрят в тебе что-то, а ты ещё и признаешься, то тебя сошлют в лечебницу, как нечисть, они верят, что если выбить новую душу, тогда старая вернётся. Но это не так.

Его голос сделался таким тихим, что мне пришлось прислушиваться, чтобы осознать страшную правду о своём незавидном положении.

Осознала…

Вот теперь мне совсем нехорошо, тело, которому «подсказали» что в нём теперь хозяйничает чужая душа, напряглось, ноги сделались ватными, я сейчас и встать-то не смогу. Огромных трудов стоило мне поднять руку, чтобы убрать за ухо выбившуюся прядь волос.

Несколько долгих секунд сижу неподвижно и смотрю в глаза князя:

— Хорошо, я буду молчать. И скажу, что так и было, да вообще ничего не обязана говорить, ведь так?

— Да, не обязана.

Он изменился. Кажется, что тоже теперь боится меня?

В дверь тихонько постучал дворецкий:

— Ваше Сиятельство, приехали-с Павел Петрович, и дело у него срочное.

— А вот и та самая новость, Дарья Андреевна, — прошептал Гордей Сергеевич. И поднялся с кресла. Я следом, но как мне теперь тяжело.

— Какая новость?

— Сейчас нам всё скажут.

Мы вышли из кабинета и молча прошли к лестнице. Осколки уже собраны. Никого нет, не успеваю спуститься, как в двери вошёл встревоженный Павел Петрович, и рядом с ним испуганная Арина. Испуганная, но счастливая.

— Здравия желаю, Ваше сиятельство. У меня печальные новости для баронессы, может быть лучше сесть?

— Говорите, — позволяю обойтись без лишних штампов, все прекрасно знают о наших с Филей отношениях.

— Сегодня утром обнаружили тело вашего мужа барона Бекетова. Дело раскрыто по горячим следам, на главаря банды из Мухина начальник управы отправил отряд из десяти городовых, дороги перекрыты, мы всё отслеживали. Однако этот бандит повёл себя крайне неразумно, отсиделся бы, но он напал на вашего мужа, забрал его бричку, деньги, золотые часы и помчался в столицу. Его успели схватить на первой же развилке. Так поступают преступники, загнанные в угол. Мне жаль. Кроме того, вы с Филиппом не успели развестись официально…

— И что это значит? Мы с сестрой богаты? — не выдержав трагизма момента, выпалила Арина и так посмотрела на меня, что я невольно улыбнулась.

— Да, вы богаты. Не слишком, но, думаю, что с вашими талантами, вам особого труда не составит возродить капитал вашего покойного мужа. Я приехал за вами, нужно опознать тело, расписаться в бумагах, Макар Кириллович ждёт. Вы можете вернуться в своё поместье. Вам больше ничего не угрожает.

— Я сейчас соберу вещи, и мы поедем с вами.

Вот так в один момент я стала состоятельной женщиной. И без страха верность в тот дом, откуда Филя меня выгнал. Кучер же сказал, что меня все любили. Новая я тем более найду ко всем подход.

Молча прохожу мимо онемевшего князя, поднимаюсь по ступеням, не обращая внимание на счастливую физиономию Нинель, но она прошептала:

— Ах, какое горе, соболезную и скатертью дорога!

— Благодарю, надеюсь, к вам судьба тоже будет благосклонна! — отвечаю и спешу собираться.

Через несколько минут сборов, а точнее, мы с Ариной просто скидали все вещи в мешки и корзину, осмотрели друг друга, обнялись и поспешили вниз.

Проходя мимо князя, я вдруг вспомнила, как он признался в своих способностях.

Он видит события на несколько ходов и кажется, со мной он видит гораздо больше. Это ведь его магии дело, он отпустил этого бандита, он заставил Филиппа импульсивно ехать одного, да и вообще перестать думать над своими действиями. Фактически князь, чужими руками решил мои проблемы, как и обещал за два-три дня…

Останавливаюсь и смотрю в прекрасное лицо монстра.

— Я всё поняла, Ваше Сиятельство, благодарю за всё, вам и двух дней не понадобилось, чтобы решить мои проблемы. Проститесь за нас с вашей матушкой, не хочу её тревожить. Возможно, я вас навещу, когда-нибудь. Спасибо, и я ваша должница…

Очень низко присаживаюсь перед ним в реверансе, и Арина поступает так же.

Но он даже не улыбнулся. Лицо как мраморное изваяние на надгробье.

Мы вышли, а он остался…

Как и предвещал, я разбиваю ему сердце, тем, что приучила, приручила князя Волкова, а теперь оставляю без кофе, блинчиков и ночных приключений.