Метод Макаренко. Том 2 (СИ) - Кресс Феликс

— Порядок? — спросил я у него, указывая взглядом на его щёку, где красовался свежий синяк и слегка подзажившая длинная царапина.

— Полный, — ответил он, отводя глаза в сторону. Снова соврал.

— Что ж, тогда меня это радует. Так что ты, говоришь, случилось с Тарасовым? Подрались?

Никита посмотрел мне в глаза и уверенно ответил:

— Не дрались. А с Тарасовым всё в целом хорошо. Приболел просто, я же сказал.

— Ага. Ну хорошо. Можешь идти.

Я похлопал его по плечу. Никита поспешил к двери, но в последний момент я его окликнул:

— Где, говоришь, сейчас Тарасов?

— Так в к…квартире же. Дома то есть. Откуда мне знать, Егор Викторович? Что вы прицепились? — раздражённо отмахнулся Никита и выбежал из раздевалки пулей.

Всё бы ничего, но вот заминку я спалил. Ни в какой он не в квартире. Тогда где? Я забарабанил пальцами по подбородку. Опять отец его чудит, что ли? Походу придётся навестить его. Я же обещал, что буду проверять его поведение.

Глянув на часы, прикинул время. В принципе, не сильно опоздаем, если выдвинусь сейчас. В случае если Тарасов и в самом деле болеет, пожелаю ему скорейшего выздоровления и вернусь болеть за своих детей. Подхватив пакет с формой Тарасова, я покинул раздевалку, а затем и школу.

У дома Вадима меня встретили неизменные бабушки, с которыми я уже знакомился. Я поздоровался с ними и вошёл в подъезд. У двери нужной мне квартиры остановился, отдышался и нажал на звонок.

Дверь мне открыл Василий Витальевич — отец Вадима, и внешний вид его меня несколько смутил. Я ожидал увидеть пьяного в хлам мужика, как в прошлый раз. Но нет. Он стоял совершенно трезвый и освещал подъезд огромным фонарём под глазом.

— О как, — не удержался я от комментария.

— Я никого не бил, — первым делом поставил меня в известность мужик. Но что-то в его словах показалось мне фальшивым. Лукавит, зараза.

— Не бил или не смог? — кивнул я на его фонарь.

Мужик поморщился, рука инстинктивно потянулась к глазу.

— Ну, мы с женой повздорили. Я поднял руку, чтобы стукнуть по столу… Эмоции же, понимаете? — он каким-то щенячьим взглядом посмотрел на меня.

— Понимаю, — согласился я. — А дальше что?

— А дальше на кухню влетел Вадим. Его дома не было до этого. Видимо, он подумал, что я снова… Короче, он влетел, меня за плечо, ка-ак развернёт, как втащит мне от души! Мать защищал… Мужик вырос, — с гордостью и отцовской нежностью закончил Василий.

— М-м-м, — протянул я. — Да, настоящий мужчина. А где он сейчас? У него там соревнование, вообще-то.

Василий вскинул свои косматые брови, наморщил лоб.

— Так это… Он ушёл. Второй день не появляется. Он, как разобрался, что к чему, так бросил нам с женой: «Как вы меня достали! То любитесь, то дерётесь!» и был таков. Мы не в курсе, где он. Знаем только, что в безопасном месте. Он матери постоянно фото и голосовые шлёт, чтобы не волновалась.

— Фото, говорите. А можно глянуть?

Василий буркнул «Сейчас» и зашёл в квартиру. Через пару минут он вернулся с телефоном в руке и протянул его мне. Я полистал фото, приблизил его.

— Кажется, я знаю, где обретается ваш сын, — сказал я.

— Где? — оживился Василий.

— Сам скажет, когда созреет. Ну или просто домой вернётся. Могу сказать одно: место действительно безопасное. Ему там ничего не угрожает, и в обиду его никто не даст.

Распрощавшись с отцом Вадима, я вышел на улицу. Отойдя от дома, достал телефон и набрал номер. Через пару гудков мне ответили.

— Привет, Саныч. А расскажи-ка, где прохлаждается мой ученик.

— Здорово, Егор. Сдал Вадима всё-таки Никитос? Вот засранец, уши надеру, когда со школы вернётся.

— Погоди-ка, этот тоже к тебе жить переехал? — удивился я.

В трубке повисла пауза.

— Я ничего тебе не говорил, — проворчал Саныч.

— А ты и не говорил, — пожал плечами я. — Ты у себя?

— У себя.

— Сейчас буду.

Положив трубку, я направился в клуб. С Вадимом всё более-менее ясно. Стыдно пацану стало за то, что отца ударил. Да и нервы, поди, сдали. А с Никитой что? Ладно, разберёмся. Сейчас нужно Вадима на соревнования доставить.

Но, когда я пришёл к Санычу, меня ждал небольшой облом. Вадима там не было. Оказывается, пацаны договорились на работу устроиться, чтобы жить на что-то. Ходить туда они должны были по очереди. Сегодня как раз была очередь Вадима.

— Курьером работает? — хмыкнул я.

— Ага, — усмехнулся Саныч. — Попросил друга своего устроить к себе пацанов. У него там, считай, вся выручка на доставке. Так что курьеров не хватает всё время.

— А мне не мог позвонить? — проворчал я.

Саныч развёл руки в стороны и невинно проговорил:

— Они просили не говорить. А ты сам знаешь, чего стоит доверие детей. Я не хотел его терять. А то сбежали бы ещё отсюда и встряли бы в какую-то задницу. А так, под присмотром и при деле.

— Ладно. Где там заведение твоего друга?

На этот раз мне свезло, и я успел застать Тарасова до того, как он умотал заказ относить. В само заведение я не стал заходить, встал у входа и принялся ждать, когда он выйдет.

— Тарасов, — позвал я парня, когда он появился на улице.

Вадим вздрогнул, остановился и медленно повернулся.

— Никита сдал? — разочарованно протянул он.

— Не-а, напротив. Слишком хорошо тебя выгораживал. Ну и я дважды два умею складывать. Ты мне скажи, Тарасов, ты какого лешего команду подводишь?

Давить я решил на ответственность перед ребятами. Если сейчас начну про семью спрашивать, про уход из дома, то пацан только в себе замкнётся. А так — по глазам вижу, что ему и без того не шибко весело. Хочет он сейчас не по заказам бегать, а по полю с остальными членами команды.

— Так получилось, Егор Викторович, — ссутулился Вадим.

— Так получилось, — передразнил я его. — Ты мне скажи, участвовать хочешь или ты под благовидным предлогом соскочить решил?

— Егор Викторович, — возмутился Вадим. — Что вы такое говорите? Конечно, хочу. Просто… Так получилось.

Я вздохнул.

— Пойдём, будем увольняться.

— Но… — Тарасов замялся, не зная, как сказать так, чтобы не сдать ещё и Никиту.

— У вас с Никитой будет другая работа, — я не стал скрывать, что обо всём знаю. Потом расскажу откуда. Ну или нет. — Такая, при которой вам не нужно будет прогуливать школу. Понял?

— Предельно, — просиял лицом Вадим.

Переговорив с другом Саныча и объяснив ему ситуацию, вызвал такси и мы поехали на соревнования. И так пока ходил туда-сюда, половину, считай, пропустил.

Там же в такси Тарасов и переодевался. Как выяснилось, не зря я её захватил с собой. В школу мы в буквальном смысле влетели, а когда добрались до места, то нас встретила Елизарова, которая рыжим вихрем напустилась на меня:

— Вы где ходите? Детям и так нелегко неполным составом, так они ещё и дизмораль поймали, когда поняли, что вас нет. Они проигрывают. Пока разрыв в два очка, но такими темпами он будет только увеличиваться.

Я выставил Тарасова перед собой, как щит.

— Спокойно, Александра Дмитриевна. Я состав пополнял.

Елизарова перевела взгляд на Вадима, тот под её взглядом вжал голову в плечи. Теперь уже я задвинул парня за спину.

— Но — но, не травмируйте мне бойца, — остановил я Елизарову, которая набрала воздуха в грудь, чтобы разразиться новой тирадой.

Воздух вышел из неё с тихим шипением, как из шарика. Сделав шаг назад, она изобразила приглашающий жест, мол, не задерживаю.

Обернувшись к Тарасову, я хлопнул его по спине.

— Вперёд и без победы не возвращайся.

Тарасов широко улыбнулся и отсалютовал мне:

— Слушаюсь! — выкрикнул он и умотал на поле к нашим.

Елизарова скрестила руки на груди и некоторое время недовольно сопела. Уж не знаю, что было тому основной причиной: то, что наша команда проигрывает, или то, что за последние три дня мы с ней так и не поговорили.