Калгари 88. Том 12 (СИ) - "Arladaar"

— Через 2 недели получается, — задумчиво сказал Левковцев. — Ещё время есть.

— Время есть, — согласился Каганцев. — А вы не хотели бы нам продемонстрировать достижения ваших фигуристов? Ведь получается, они у вас уже почти готовы? А то когда мы ещё увидим Хмельницкую, разве что по телевизору? Я думаю, городу, нашим людям будет очень любопытно. Или это большая тайна?

Левковцев оказался в затруднительном положении. Честно говоря, он не хотел бы, чтобы Людмила раньше времени выходила на пик формы и исполняла лишние прокаты, ведь это постоянный риск неожиданной травмы. С другой стороны, руководство имеет право знать, чего ты добился за последние несколько месяцев. И самое главное, наверняка это была бы своего рода цензура. Последний, так сказать, рубеж, созданный для того, чтобы лишнее вольнодумство не вылетело в народ.

— Нет, это не является тайной, — признался Левковцев. — Но перед контрольными прокатами федерации я бы не хотел, чтобы Люда напрягались. Поймите, нам нужно будет показать перед ответственными товарищами, чего мы добились, начиная практически за целых 5 месяцев, начиная с апреля. Давайте сделаем так: мы проведём контрольные прокаты в Москве, потом приедем, Люда отдохнёт, и как раз перед учебным годом, примерно 28–30 числа, устроим в школе открытые прокаты секции фигурного катания. Я думаю, будет хорошая посещаемость.

— Ну что ж, ваше предложение выглядит очень разумным, — заметил Каганцев. — На нём и остановимся. Вы свободны, работайте. Когда придёт информация о получении билетов на самолёт и командировочных, я вам сообщу дополнительно…

…Предстояло два дня выходных! И у каждого из семьи Хмельницких на них были свои планы. Родители вдруг захотели опять съездить в Бутку, к бабушке. Арина же наоборот, планировала провести это время дома, чтобы нарезать композицию для показательного и потренировать растяжку. Это было крайне важно и стало для неё первостепенной задачей.

— Люся, нас бабушка ждёт в гости, — предупредила мама вечером. — Мы с отцом решили съездить на машине, на выходные. Уедем в субботу рано утром, приедем в воскресенье в обед. Я хотела бы, чтобы ты поехала с нами. Бабушка давно тебя ждёт.

Арина вздохнула и пожала плечами. Вот ещё одно противоречие… Конечно, хотелось бы навестить бабушку, она ведь может и расстроиться. С другой стороны, здесь дел по горло. В первую очередь, с музыкой для показательного… И что делать? Вечный выбор между спортом и нормальной жизнью. Дилемма! Поехать в деревню с родителями, это значит быть там обычным статистом. Она никого там не знает, наверняка никуда не пойдёт, просидит дома, также как в прошлый раз. Надо ли это? Как всё это тактично донести до родителей…

Арина уже хотела отказаться, сославшись на крайнюю занятость, однако посмотрела на маму и папу и прикусила язык. В их глазах была надежда и ожидание, что она согласится. В какой-то мере, для них поездка всем вместе, была некой разновидностью единения семьи. Ведь они сейчас жили в рабочем графике и практически не видели друг друга. Родители почти весь день на работе, Люда на катке, вместе только по вечерам. Да и то, у отца сейчас наметилась тенденция ходить в свободное время в гараж, ковыряться с машиной. Вроде есть семья, а вместе собираются очень редко.

— Хорошо, — согласилась Арина. — У меня, честно говоря, на эти выходные другие были планы, так как мне нужно решать вопрос с музыкой для показательного номера. Но я решила сделать перерыв. Раз надо, значит, поедем. Только ловлю на слове: вернёмся в воскресенье в обед, у меня ещё очень много дел…

— Да, естественно, мы приедем в воскресенье, причём постараемся пораньше, — согласно кивнула головой мама. — У меня тоже очень много дел, и по дому, и вообще. Честно скажу, я думала, что ты откажешься, как всегда, и я очень тебе благодарна за твоё согласие.

Мама подошла к Арине, обняла её и поцеловала в щёку. Эх, как мало людям нужно для хорошего настроения и счастья. Всего лишь только внимание… Кому же об этом знать, кроме как не Арине…

Глава 11

Новые родственники

Прохладное туманное августовское утро. Пустой двор дома на Кирова 72, что увидишь нечасто. Семья Хмельницких выходит из подъезда и усаживается в ВАЗ 2106 тёмно-фиолетового цвета. Невыспавшаяся Арина заползла в машину на заднее сиденье и сразу же задремала, откинувшись на подголовник, а потом и вовсе забралась с ногами, скинув кроссовки.

Предстояло 6 часов езды по Свердловской области. Класс! Сейчас Арина решила поспать, а когда выберутся за город, можно любоваться таёжными пейзажами! Лесистые горы, реки, озёра, поля с колосящейся рожью и пшеницей, луга с пасущимися стадами.

Однако не всё так гладко, как намечалось. На третий час поездки Арина полностью ощутила все прелести езды в отечественном автомобиле. Неудобные сиденья, отсутствие кондиционера, постоянный гул двигателя, тряска на выбоинах дороги. Впрочем, привыкнуть можно ко всему…

Один раз останавливались для заправки машины, ещё пару раз просто сделали непродолжительную остановку, чтобы размять ноги и одновременно полюбоваться окрестностями. Тем не менее, постоянно продвигались к назначенному месту.

Добрались до Бутки полдень, когда туман уже сошёл и вовсю жарило солнце. Вот и знакомая деревня, вот и дом бабушки! Обрадованная Антонина Никифоровна всех обняла, всех поцеловала, пригласила в дом, традиционно накрыла стол, по-деревенски сытный и богатый. Позвала родственников. В том числе и даже неожиданных!

— Сваты придут! Кулаковы-то! Сказала сватье, внучка всё ж приехала, как-никак… — с лёгкой недружелюбностью словно предупредила бабушка.

Арине впервые предстояло увидеть бабушку и дедушку со стороны отца. По его редким разговорам поняла она, что люди они нелюдимые, полностью сосредоточенные на огороде и домашнем хозяйстве.

Кулаковы в Бутке жили на особицу. Большие не любители шумных застолий, компаний, и гостей. Люди непьющие, что для деревни очень большая редкость, практически раритет, и уже только из-за этого могли здесь считаться белыми воронами. Жили при этом богато, зажиточно, но ни к кому в гости не ходили, и к себе гостей не звали. По селу шептались, что родом Кулаковы из сибирских староверов, приехавших откуда-то ещё в конце 1940-х. Якобы даже сейчас, в советское время, на кухне у них есть небольшой иконостас, в котором стоят старинные, почерневшие от копоти времён иконы, а перед ними часто горит лампада, от которой идёт приятный запах ладана. Да и имена-то у них с признаком старины: Тимофей Евграфович и Авдотья Серапионовна… Староверы или нет, однако с греховным внешним миром Кулаковы всё-таки сношения поддерживали, имели автомобиль «Москвич-412», мотоцикл «Восход», цветной телевизор «Витязь», импортную югославскую стенку, ковры на стенах и на полах. Имели большое хозяйство, держали много чего: коров, коз, свиней, кур, коня и кобылу. Чтобы управляться с таким хозяйством, втихую нанимали пару работников на калым, платя им по три рубля в день, словно самые настоящие кулаки нанимали батраков.

В общем, жили не по-деревенски, очень хорошо. А Нюрка из сберкассы обмолвилась как-то, что лежит на книжке у Кулаков, как звали их сельчане, ни много ни мало, аж целых 20 тысяч рублей. С чего такие деньги? Работают вроде как все, в совхозе: сам Кулаков шофером, жена дояркой. «На базаре торгуют в Талице», — шептались сельчане.

Однако, прослышав, что старшая внучка чуть ли не мировая знаменитость, да ещё и приехала к сватье, Кулаковы решили выйти в люди и соизволили прийти проведать Арину, да не с пустыми руками: подарили массивные золотые серьги-подвески и красивое золотое кольцо с синим камнем, всё, по виду, как минимум 19-го века. Дали деньгами 1000 рублей.

— Спасибо большое, но, право, не стоит, — смущённо пробормотала Арина. — Мне так неловко… Это ж… Такое богатство…

— Неловко только стоя спать. Чё у нас, денег для своих внуков нет штоль? — уверенно сказал Тимофей Егорович, здоровенный крепкий бородатый и кудлатый мужик с руками-кувалдами, в старинной домотканой рубахе с пояском, модных ненадёванных джинсах и остроконечных туфлях. — Рад очень, что у нас такая внучка выросла. Видел тебя ещё маленькой, а потом всё не судьба… А ну-кося, подь-ка сюды, хоть облобызаю, по русскому обычаю.