СССР. Компиляция. Книги 1-12 (СИ) - Цуцаев Андрей

Рядом сидел адъютант, капитан Ямагути, молодой офицер с сосредоточенным выражением лица. Он перебирал папку с отчётами, страницы шуршали под его пальцами, которые выдавали лёгкое волнение — кончики слегка дрожали при переворачивании листов. Ямагути был старательным, но Ито замечал, что ему не хватало холодной уверенности, приходящей с годами службы. Капитан то и дело поправлял воротник мундира, словно тот его душил. Впереди, за рулём, находился сержант, чья задача сводилась к тому, чтобы вести машину ровно и молчать. Его руки крепко сжимали руль, костяшки побелели от напряжения, глаза были прикованы к дороге, где пыль клубилась под колёсами. Две машины сопровождения — по четыре солдата в каждой, вооружённых винтовками «Арисака», — следовали за «Мицубиси», их моторы гудели в унисон, поднимая ещё больше пыли. Дорога вилась между низкими холмами, поросшими жухлой травой, и редкими деревьями, чьи ветви свисали над обочинами.

— Ямагути, — произнёс Ито, — что с новобранцами? Сколько человек готовы?

Капитан поднял взгляд от бумаг, его пальцы замерли на странице.

— Господин генерал, два батальона укомплектованы полностью. Третий ещё на обучении, но к концу месяца будет готов. Проблема в артиллерии — снаряды задерживаются из Токио.

Ито нахмурился, его тонкие губы сжались в линию. Сняв очки, он потёр переносицу.

— Токио всегда медлит. Напомни мне поднять этот вопрос. Без снарядов мы не двинемся дальше.

— Так точно, господин генерал, — кивнул капитан, быстро делая пометку в блокноте.

Машина покачивалась на ухабах, пыль оседала на стёклах, создавая мутную плёнку, через которую мир казался размытым. Ито посмотрел в окно, его взгляд скользнул по пейзажу — холмы, трава, редкие деревья. Всё выглядело спокойным, но он знал, что в Маньчжурии спокойствие обманчиво. Его мысли занимали донесения разведки: слухи о странной активности, перехваченные шифровки, подозрительные перемещения на границе. Ничего конкретного, но достаточно, чтобы держать в напряжении. Он не любил неопределённость, а она следовала за ним, как тень. Пальцы снова коснулись кобуры, проверяя, на месте ли пистолет.

— Сержант, сколько до гарнизона? — спросил Ито.

— Минут пятнадцать, господин генерал, — ответил водитель, не отрывая глаз от дороги. — Мы уже близко.

Ито кивнул, откинувшись на сиденье, пальцы всё ещё на кобуре. Дорога сузилась, холмы по обе стороны стали выше, а деревья — гуще, их ветви почти касались крыши машины. Впереди показался поворот, за которым виднелся старый грузовик, припаркованный у обочины. Ито мельком взглянул на него — ржавый, с облупившейся краской, он казался обычным, одним из многих, брошенных на этих дорогах. Кузов покрывала пыль, одно колесо было слегка спущено, кабина выглядела пустой. Ничего подозрительного, но что-то заставило генерала задержать взгляд. Слишком ровное положение на обочине? Отсутствие следов вокруг, будто его поставили недавно?

— Господин генерал, — начал Ямагути, поднимая голову, — в отчёте указано, что…

Его слова оборвал оглушительный взрыв, разорвавший воздух и сотрясший землю. Бомба, спрятанная в грузовике, сдетонировала, выпустив оранжево-чёрный огненный шар, взметнувшийся в небо, словно солнце. Жар опалил воздух, обжигая лёгкие, а ударная волна подбросила «Мицубиси» в воздух. Машина перевернулась с ужасающим скрежетом металла, крыша смялась, колёса оторвались от земли, и она рухнула на бок, скользя по дороге с визгом, пока не врезалась в обочину, подняв облако пыли. Стёкла разлетелись вдребезги, острые осколки разлетались по салону, впиваясь в кожу, оставляя кровавые порезы. Едкий дым ворвался внутрь, заполняя лёгкие, вызывая удушающий кашель. Куски асфальта, металла и дерева разлетелись, как шрапнель, врезаясь в землю и машины сопровождения. Один обломок вонзился в землю в нескольких сантиметрах от «Мицубиси». Другой, раскалённый кусок металла, пролетел над машиной и рухнул в траву.

Машины сопровождения пострадали ещё сильнее. Одна, следовавшая за «Мицубиси», вспыхнула мгновенно, превратившись в пылающий факел. Пламя взметнулось вверх, пожирая кузов. Крики солдат, попавших в огненную ловушку, разорвали воздух, полные боли и отчаяния, но быстро затихли, заглушённые треском пламени. Вторая машина врезалась в придорожный валун с оглушительным ударом, её передняя часть смялась, как бумага, стёкла вылетели, а колёса беспомощно крутились в воздухе. Один из солдат, сидевший сзади, был выброшен через разбитое окно, его тело ударилось о землю, кости хрустнули, и он остался лежать неподвижно. Дым, густой и чёрный, с едким запахом горелого металла, резины и взрывчатки, застилал всё вокруг, превращая день в сумерки. Пыль, поднятая взрывом, оседала медленно, смешиваясь с дымом, создавая удушливую завесу, через которую едва пробивались лучи солнца.

Взрыв был не просто громким — он оглушал. Ударная волна подняла пыль, мелкие камни и обломки, которые с визгом разлетались, врезаясь в металл машин, оставляя вмятины и царапины.

В салоне «Мицубиси» творился кошмар. Ито, которого швырнуло на дверцу, почувствовал резкую боль в плече и груди, словно нож вонзили. Уши звенели, в глазах плясали чёрные пятна, кровь текла по виску от мелких порезов, оставленных осколками стекла. Он попытался вдохнуть, но дым заполнил лёгкие, вызывая удушающий кашель. Его мундир был изорван, пропитан пылью и кровью, а рука, сжимавшая кобуру, дрожала от боли. Ямагути, сидевший рядом, был в худшем состоянии — осколок стекла рассёк ему щеку, кровь хлынула по лицу, заливая мундир. Его левая рука висела безвольно, вероятно, с переломом, а глаза, полные ужаса и боли, были широко раскрыты. Он пытался говорить, но кашель и звон в ушах превращали слова в невнятный хрип.

— Господин генерал! — закричал Ямагути, его голос дрожал, едва пробиваясь сквозь шум. — Вы целы⁈

Ито с трудом кивнул, хватаясь за искорёженную дверцу. Мысли путались, но инстинкты, отточенные годами службы, взяли верх. Это была засада, спланированная с холодной точностью. Кто-то знал их маршрут. Его рука потянулась к «Намбу», пальцы сжали рукоять, несмотря на боль в плече, пульсирующую с каждым движением.

— Выбираемся! — рявкнул он, толкая дверцу, которая скрипела, но не поддавалась. Металл смяло, дверцу заклинило. — Через окно, Ямагути!

Сержант-водитель был мёртв — его голова лежала на руле, пробитая крупным осколком металла, вошедшим в висок. Кровь стекала на сиденье, образуя тёмную лужу. Ито стиснул зубы, перелезая через разбитое окно. Осколки стекла царапали кожу, впиваясь в ладони и локти, оставляя кровавые следы. Его мундир порвался, кровь сочилась из порезов, но он не обращал внимания на боль, цепляясь за покорёженный кузов. Ямагути, хрипя, последовал за ним, его движения были неловкими, кровь заливала лицо, мешая видеть. Он хватался за машину, оставляя кровавые отпечатки на металле, каждый вдох давался с трудом.

Снаружи их встретил хаос. Горящий грузовик пылал, выбрасывая клубы чёрного дыма, застилавшего небо. Огонь лизал обломки, треск дерева и шипение металла смешивались с криками солдат из машин сопровождения. Крики, полные агонии, быстро затихали, заглушённые треском пламени. Вторая машина, покорёженная, но ещё целая, была окружена тёмными фигурами, двигавшимися с пугающей скоростью. Их было около дюжины — в тёмной одежде, они действовали слаженно, как хищники. Короткие очереди из автоматов разрезали воздух, пули вонзались в металл и плоть, добивая тех, кто пытался выбраться из обломков. Пули свистели, выбивая искры из кузова «Мицубиси», врезаясь в землю с глухим стуком, поднимая фонтанчики пыли. Один солдат сопровождения, сумевший выбраться из горящей машины, попытался бежать, его мундир тлел, лицо покрывала сажа. Он сделал несколько шагов, прежде чем очередь из автомата срезала его, и он рухнул, тело дёрнулось в агонии, затем затихло.

— Ложись! — крикнул Ито, падая за перевёрнутый «Мицубиси». Он прижался к горячему металлу, обжигавшему кожу через мундир, оставляя красные следы на руках. Ямагути рухнул рядом, его лицо побледнело, кровь текла по шее, стекая за воротник. Он пытался держать пистолет, но рука дрожала, пальцы едва сжимали скользкую от крови рукоять.