Дорога к миру (СИ) - Романов Герман Иванович

Гудериан задохнулся от столь длинной проповеди, а Кулик сидел пришибленный, мучительно «переваривая» услышанное. Многое из сказанного походило на правду, он ведь жил в том мире, и видел руководителей страны, которые на ней паразитировали всеми способами. Тут, как говориться, сказано предельно верно — не в бровь, а в глаз.

— И что в таком случае ты предлагаешь, Хайнц? Что нам нужно делать, за что браться в первую очередь? Тебе со стороны виднее, ты немец, и сможешь увидеть то, что мы пропускаем мимо.

— Мы в одной лодке, а потому или выплывем вместе, либо все в ней и потонем. А начинать надо с начала — Германия поднялась с учителей, работа которых и привела все земли, населенные немцами, к нынешнему состоянию. Но отход от заветов Бисмарка задурил голову нашим руководителям, они слишком много о себе возомнили. Только в теснейшем союзе с Россией, семейном, можно даже так сказать, возможно, процветание наших стран. Да мы любому противнику головенку отвернем и не поморщимся, пусть только вякнут. С нашими технологиями, с вашими ресурсами, с общей промышленностью — Штаты будут стоять в сторонке и нервно курить, как ты один раз сказал. Спокойно внедряем эту мысль народам, стараемся забыть все плохое из прошлого, а кто начнет вспоминать — обеспечим поездку за Полярный Круг, пусть там за пару пятилеток остывают. И учителя должны эти мысли о вечной дружбе без всяких кавычек вбивать в головы, мы должны дружить искренне, без «задних мыслей», с открытыми границами и свободными поездками на постоянно жительство. Поощрять совместные браки, чаще бывать у друг друга, жить и работать совместно.

Кулик кивнул — предложения были весьма приемлемые, но как оказалась это не главное. Гудериан разошелся и хлопнул ладонью по толстому «гроссбуху», который принес на встречу.

— Вот здесь наши очень продуманные предложения — ты можешь их дополнить, лучше меня знаешь реалии, и поправки необходимы. Как только мы на основе «пятилетнего» планирования объединим наши экономики, англосаксы проиграют собственное будущее мирового гегемона, потому что мы поднимем средний уровень жизни на недоступную для их населения высоту. И начинать сближение нужно было еще год назад, но шла война, и было плохо — боль у двух народов. А вообще еще в Крымскую войну — вот тогда можно было начинать делать великие вещи. Но и сейчас не поздно, главное быть искренними друг с другом, и приложить максимальные усилия…

Что было, то было, и это из совместного прошлого уже не вычеркнешь, как бы многие не старались. И если бы от Германии была бы не пятая часть от прежнего, а вся она в довоенных границах, то какой союз между двумя сильнейшими континентальными странами, возможно, кардинально изменил бы будущее мира на много десятилетий вперед…

Часть третья

Глава 39

— У них есть атомная бомба, и немцы это наглядно продемонстрировали. Как и тот способ, с помощью которого они своими «старыми папашами» смогут нанести нам немыслимый и совершенно неприемлемый ущерб. Теперь это осознали сенаторы с конгрессменами, да и другие джентльмены тоже, особенно те из них, кто настоятельно требовал от меня вести войну до нашей полной, и окончательной победы.

Президент Рузвельт говорил медленно, каждое слово давалось ему с трудом. За эту неделю он сильно сдал — это сразу стало всем заметно. Лицо посерело, в глазах пропал блеск, который сменила пустота, на щеках ни разу не появился румянец, веко правого глаза и щека с этой стороны дергались в нервном тике, длинные пальцы заметно подрагивали.

И было отчего — новости самые удручающие пошли с той самой «черной пятницы», когда над озером Гатун в Панамском канале встал ужасающих размеров атомный «гриб», а его «солнце» испепелило окрестности. Чудовищной силы взрывная волна буквально выплеснула всю воду, которая разрушила и смыла шлюзы с двух сторон, отшвырнув стоявшие там суда как пушинки. Разрушения колоссальные, восстановление с новым заполнением искусственного озера займет не менее двух лет, но если установить мощные насосные станции, то можно справиться за полтора года, в лучшем случае за год, но никак не меньше. Грузы с восточного на западное побережье можно доставить по многочисленным железным дорогам, тут проблем нет. Хотя это обойдется дороже, включая разгрузку и погрузку на суда, чем их проход через Панамский канал. Но вот переход кораблей из Атлантики в Тихий океан и обратно, станет намного более продолжительным, и будет отнимать уже не дни, а три месяца в лучшем случае, если удастся убедить «нейтралов» подготовить в своих портах и гаванях требуемую инфраструктуру с дополнительными мощностями. Так что ущерб, нанесенный взрывом «гроссфатера», которого засунули в трюм венесуэльского парохода агенты германской разведки (которых сейчас активно ищут), колоссальный.

Но это еще не все — так случилось, что именно в этот же день японцы нанесли несколько ударов своими крылатыми ракетами по северным Марианским островам — Гуаму, Сайпану и Тиниану. И самое страшное, когда там начал взлет самолет с подвешенной в отсек бомбой «толстяк». Это установлено точно — за несколько минут с острова отправили радиограмму. И что там случилось, непонятно — бомба могла детонировать от попадания крылатой ракеты, или произошел самопроизвольный взрыв при катастрофе, если «толстяка» привели в боевую готовность, либо сыграл свою зловещую роль какой-то другой фактор, о котором сейчас можно только догадываться, и предполагать что же случилось там на самом деле.

Но итог видели с Сайпана, и летящих от Гуама «суперкрепостях» — над маленьким островком площадью чуть больше сотни километров поднялся ужасающих размеров атомный «гриб». И очень многие люди, находившиеся в тот момент на нем, были сожжены огненной вспышкой, погиб при этом и командующий САК генерал Карл Спаатс. Оставшиеся в живых подверглись страшному излучению, о возможностях которого предполагали медики, и теперь появились проблемы — как лечить пострадавших от радиации. Но пока все засекретили, и придержали информацию.

Однако теперь стало ясно, что слухи пошли по всему миру, ведь японцы сделали специальное заявление об этом, связав его с уничтожением Этадзимы, а с их разведывательного самолета успели сделать шокировавшие общество фотографии. Это породило массу домыслов, одним из которых был самый страшный для президента, как для политика — что именно ФДР отдал распоряжение провести испытание на собственных военных. Понятно, что пришлось выступать и дать опровержение, но «осадок» остался.

Словно всего этого было мало, позавчера в Норфолке выловили гигантских размеров германскую торпеду, про которую вначале подумали, что это подводная лодка. Все же длина «сигары» семьдесят футов с диаметром в шесть — это семьдесят два дюйма. В отсеке боеголовки, забитом радиоактивным песочком слабого излучения, обнаружили ехидное послание из «Еврорейха» — «этот очередной сюрприз для великой державы может получить боеголовкой „гросс-фатер“, с которым снова познакомитесь — мы вас теперь и на другом берегу Атлантики легко достанем».

В штабе ВМС пришли в бешенство от такого «подарка», смысл которого был предельно ясен — у немцев появилось средство, с помощью которого можно разрушать все порты вдоль восточного побережья. И что хуже всего, флот и береговая охрана «прохлопали» подход к берег США вражеской субмарины, хотя постоянное патрулирование прилегающих вод велось на расстоянии двухсот-трехсот миль. Но возникло подозрение, что немцы сделали подводную лодку, способную пройти, не всплывая, много больше — ведь важно проделать путь не только «туда», но и «обратно».

Наскоро сделанные штабом адмирала Кинга расчеты привели всех в состояние потрясение — если этими «гросс-торпедами» атаковать побережье, а пройти они под водой могли легко с полсотни миль, но возможно и вдвое большее расстояние, то защита побережья будет малоэффективна, причем потребует массу усилий от всего US NAVY. И если сейчас не «отловить» вражескую субмарину, то беспомощность станет очевидна, как и способность продолжать дальше войну. К тому же теперь следует постоянно учитывать возникшую разорванность коммуникаций между Атлантикой и Тихим океаном. Ведь вместо быстрого прохода Панамским каналом придется огибать мыс Горн, потому что в проливе Магеллана может случиться всякое, немцы явно не успокоятся. Так что способность США вести полномасштабную войну на море серьезно ограничена, на пару лет точно.