Газлайтер. Том 40 (СИ) - Володин Григорий Григорьевич

— Убей… — хрипло протягивает Грандик.

— И без этого не обойдется, приятель, — обещаю я ему. — Крови будет по колено.

Пока мы спускаемся в гигантские складские залы, Лакомка смотрит на меня с нескрываемым восхищением. Её ментальный голос звучит у меня в голове мягким колокольчиком: «Мелиндо, умеешь же ты давать надежду. Даже тем, кто её давно потерял».

«Не без этого», — мысленно подмигиваю я главной жене. — «А еще я умею нравиться милым блондинкам».

Альва заливисто смеется в ментальном эфире, оценив шутку.

В последнем, самом огромном зале возвышается эта громада. Бронепоезд «Сокрушитель стен». Черный, матовый, хищный — он похож на спящего древнего зверя, закованного в сталь. Позади него ровными рядами застыли сотни Живых доспехов, уже наполненных люменами и готовых к штурму. Принцесса Шипов не сидела без дела.

Я принимаю у одного из железных солдат тяжелый колокол управления — ключ к этой армии.

— Вот она, шеф, — Гумалин чешет бороду одним из своих металлических щупалец. Обвес у казида теперь хайтековский, внушающий уважение: внизу ног — мощные стальные ходули, за спиной — манипуляторы. — Машина зверь, но с характером. Может высосать любого до дна. Она построена по принципу Живых доспехов, только масштаб другой. Питается существами, которых загоняют внутрь. Предупреждаю на всякий случай, техника безопасности тут отдыхает.

— Спасибо, Трезвенник, — оборачиваюсь я и бросаю через плечо остальным. — Ждите здесь, пока не позову.

— Владыка, это не обязательно, — вдруг тихо роняет Принцесса Шипов. Она бросает взгляд на Грандбомжа — эти двое снова обрели друг друга в темноте Кузни-Горы. — Ты и так сделал так много для нас. Больше, чем кто-либо.

Я лишь качаю головой, не принимая похвалы раньше времени.

— Ещё не столько много, сколько нужно, леди-протектор, — возражаю, переключая внимание на следующую задачу. — Главное впереди.

Я подхожу к «голове» бронепоезда и касаюсь рукой холодного металла. Броня отзывается вибрацией, и массивная дверь с шипением расходится в стороны. Внутри всё та же знакомая обстановка: рубка управления, похожая на кузницу. Посредине — наковальня. На стене, на грубой петле, висит огромный молот. Я ставлю колокол управления армией на край наковальни и снимаю молот. Смотрю в узкие прорези-бойницы в «морде» бронепоезда — короткий раструб туннеля упирается в массивные ворота.

Перехватываю молот поудобнее. Его тяжесть оттягивает руку. Встав у наковальни, которая служит сердцем этой машины, я активирую Чакру. Жора квакает, встрепенувшись.Энергия бурлит во мне, я перенаправляю её в меридианы рук, концентрируя мощь в удар. С размаху бью молотом по металлу.

— Подъем!

Энергия льется из меня в монстра, пробуждая его ото сна. Звук удара тонет в низком, утробном гуле просыпающегося механизма. Бронепоезд мгновенно активируется, жадно впитывая мою силу. Вся многотонная конструкция вибрирует от переполняющей её мощи. «Сокрушитель» тут же пытается огрызнуться — я чувствую, как он хочет потянуть энергию из меня, высосать досуха, как предупреждал Гумалин. Но я готов. Я перенаправляю голод машины на энергоартефакты, которые горой свалены в его хвостовом вагоне. Поезд сопротивляется, желая «свежей крови», но я снова с грохотом опускаю молот на наковальню:

— Нельзя! Жрать то, что дают!

Весь бронепоезд вздрагивает, признавая хозяина. «Сокрушитель стен» смиряется и принимается послушно питаться энергией артефактов. Гудение становится ровным, сытым.

— Заходите! Быстро! — бросаю я команду по мыслеречи своим спутникам.

Все, кроме Гумалина, забегают внутрь через открытую дверь. Казид же, лязгая ходулями, спешит к вороту, чтобы вручную открыть гигантские створки ворот перед поездом.

— Трезвенник, стой, — останавливаю я его. — Не стоит запускать сквозняк.

Гумалин замирает:

— Как же ты выедешь, шеф?

— А у нас есть один шустрый малой, который недавно обрел свою сущность. Ты же ему как раз хорошую примочку сделал.

— Тяв!

Прямо на наковальне, из ниоткуда, появляется черный щенок лабрадуделя. На его шее гордо блестит новенький ошейник из чистейшего мидасия — работа мастера. Щенок смотрит на меня бусинками глаз, и я, подмигнув, передаю ему канал чистой энергии прямо из запасов в хвосте поезда.

Эффект мгновенный. Перед мордой бронепоезда пространство искажается, и раскрывается огромный, зияющий теневой портал, ведущий сквозь породу и пространство. Ломтик, сделав дело, тут же сладко зевает, и его глазки начинают слипаться — магия требует сил.

— Офигеть! — выдыхает Светка, глядя в бойницу.

— Как Ломтик смог такое? Он же маленький! — Камила тоже впечатлена.

— Фака-а-а! Как пирррожок! — и Змейка туда же.

— Наш малой уже не всесильный полубог, но после того как он осознал себя снова, если помочь ему «батарейкой», то частично старая сила возвращается, — усмехаюсь я, погладив щенка. — Вот и портал смог открыть. Поехали!

Я снова с силой опускаю молот. БАМ! Ломтик мгновенно телепортируется с наковальни прямо на руки Лакомке, чтобы его не растрясло. А вибрации идут мощные — пол под ногами буквально ходит ходуном. Я начинаю бить ритмично, задавая темп сердцу машины. «Сокрушитель» с лязгом сдвигается с места, набирает разгон и с ревом врывается в теневой зев портала. Следом, чеканя шаг даже в пустоте, строем шагают Живые доспехи.

«Сокрушитель стен» скоро оправдает свое название. Мы на полном ходу несемся сквозь пространство, прорываясь в самое сердце вражеского тыла — в парящий Лунный Диск. Организация, хелло! Сюрприз будет громким.

Мы вываливаемся из межпространственного перехода прямо в небе, высоко над башнями, накрытыми багровым защитным куполом. Гравитация пытается взять свое, но тут вступают в дело люмены. Живые доспехи синхронно распускают за спинами световые крылья. Такие же, только гигантские, сотканые из чистой энергии, с хлопком возникают и по бокам «Сокрушителя». Не зря мы запихнули несколько особо мощных люменов в двигательный отсек — теперь эта махина умеет летать!

Мои спутники и жены впиваются взглядами в приближающийся Лунный Диск. Что там я про Светку говорил? Бурная ночь или бурная битва? Сегодня бывшая Соколова словит джекпот. После предстоящей мясорубки я точно захочу оттянуться!

Ох, надо видеть лица дерущихся Организаторов, которые просвечивают сквозь купол! Я через глаза парящих в вышине птиц вижу каждого. Вон они вскинули головы, застыв в немом шоке. Вон и Гвиневра округлила глаза, забыв про заклинания. Леди как раз стоит на видном месте на площади, латая раненых. Ну а чтобы ни у кого не осталось сомнений, кто именно свалился им на голову, над летящим Сокрушителем вспыхивает исполинский герб из псионики. Огромный, расправивший крылья Филин.

Внизу, задрав голову и роняя челюсть, застывает Асклепий. Одна из птичек оказывается неподалеку от высшего Целителя и слышит его.

— Да этот Филинов совсем охренел! — возмущается лорд. — Я, конечно, всякое видел… Но летать на бронепоезде⁈ У него что, драконы кончились⁈

Глава 13

Лунный диск (штаб-квартира Организации), Та Сторона

За пару минут до появления Данилы

Масаса направила ударную группу Организации прямо в пекло. Вся крепость кипела от ярости сражения. Рискованный маневр удался: Лиан, быстрый как молния, заманил часть одержимых в ловушку между двух башен. В тот же миг йети Норомос, набрав чудовищный разгон, с грохотом врезался в основание каменной башни «Зуб». Конструкция не выдержала: гигантский монолит накренился и рухнул прямо на скопление орды, мгновенно превратив целый сектор поля боя в месиво из раздробленного камня, пыли и предсмертного визга.

— Ура! — Масаса ликовала. Теневой доспех на ее теле лоснился, словно шкура пантеры.

Сканеры уже доложили: конунг Данила сдержал слово. Энергия убитых одержимых стремительно ослабляла барьеры, которыми враг окружил летающую крепость. Масаса понятия не имела, как Данила этого добился, но это работало! Он спасал Организацию, которая принесла ему столько бед: придирки, презрение, покушения на его семью со стороны изгнанников Странника и Лорда Тени…