Дикий (СИ) - Панченко Андрей Алексеевич

— Под куртками. На виду только газовое оружие. Все парни подписали договор с тобой, что ты берешь их на работу в кооператив в качестве охранников?

— Все — Он кивнул. — Только печати нету.

— Печати поставим, как только бухгалтерию захватим. Кстати, не забудьте с собой фомки, ломы и кувалды. И новые замки. Сбиваем всё нахер, и вешаем своё.

Мне не хотелось устраивать штурм. Штурмовать там было нечего. Большинство людей на базе — обычные работяги, которые утром приходят на работу. Им совершенно безразлично, кто именно сидит в кабинете председателя, если им вовремя платят. Значит, их надо было сразу отделить от людей Кравцова.

— Ворота блокируем, — сказал я. — Рабочих не трогаем. Никого не кладём мордой в грязь ради красоты. Сначала показываем документы. Объясняем, что идёт спор собственников и имущество до его окончания вывозить нельзя.

— А охрана?

— Предлагаем уйти.

— А если не захочет?

— Поможем.

— Насколько убедительно?

Я посмотрел на него.

— Настолько, насколько потребуется.

Равиль улыбнулся.

— Вот теперь узнаю тебя.

— И ещё. Никакой стрельбы первыми.

— Уже говорил.

— Повторяю. Мне завтра не нужна куча трупов. Мне нужны КамАЗы, экскаватор и база.

— А Кравцов?

Я немного подумал.

— Кравцов приедет сам.

— Уверен?

— У него имущество из рук забирают. Конечно приедет.

— Один?

— Нет.

— Тогда будет весело.

Я посмотрел на схему базы. Веселья мне как раз не хотелось. Но Равиль был прав в одном: Кравцов обязательно приедет. И если до сих пор мы бегали за ним, пытались понять, где он бывает, с кем встречается и что собирается делать, то теперь всё менялось. Завтра утром ему даже звонить не придётся. Достаточно открыть ворота, посадить нашего человека в его кабинет и не выпустить с территории ни одной машины. Кравцов сам узнает. Сам соберёт людей. Сам приедет. Я аккуратно сложил схему.

— Подъём в шесть.

— Во сколько выезжаем?

— В семь.

— Серый. — Равиль вдруг рассмеялся.

— Чего? — Я вопросительно поднял на него взгляд.

— А щуку кто чистить будет?

Я посмотрел на мешок у двери сквозь мутное стекло кухонной двери. Про рыбу я совершенно забыл.

— Ты.

— Почему я?

— Я ловил, ты чистишь. Всё справедливо. Или вон охранникам своим поручи. Ты теперь руководство.

— Уже?

— Уже. Так что командуй. Привыкай делегировать.

Равиль послал меня далеко и надолго, но нож всё-таки взял сам. А я снова развернул схему базы. Завтра предстояло выяснить, насколько сильно Кравцов не любит терять чужое имущество.

Глава 16

В шесть утра никто будить меня не стал. Я проснулся сам, за несколько минут до звонка будильника. Видимо, организм окончательно решил, что нормальная жизнь закончилась и снова началась служба. На кухне уже горел свет. Равиль сидел за столом в майке, пил чай и изучал бумаги, которые вечером оставил Валлиулин. Рядом лежал список имущества, составленный его ребятами по результатам наблюдения.

— Доброе утро, директор.

— Пошёл ты.

— Настроение вижу рабочее.

Он поднял на меня мрачный взгляд.

— Серый, если меня сегодня убьют, знай: виноват не Кравцов. Виноват ты и твоя рыба, которую я какого-то хрена жарил до пяти утра. Я вообще не спал.

— Запишу в некролог.

К семи собрались все. Парни Равиля выглядели совершенно обычно. Джинсы, куртки, свитера. Никакого камуфляжа, разгрузок и прочей военной красоты. Мы ехали не войну начинать, а имущество возвращать. Во всяком случае, именно эту версию следовало повторять всем желающим.

Оружие, правда, было. Но не напоказ. Автоматы остались в машинах. Пистолеты — под одеждой. Два газовых ствола Равиль специально раздал тем, кому предстояло стоять у ворот.

До базы добрались минут за двадцать. Рабочий день уже начинался. Возле проходной стояли человек семь, кто-то курил, кто-то ругался из-за автобуса, который опять задерживался. Во дворе прогревали КамАЗ. Из мастерской доносился металлический звон. Всё выглядело настолько буднично, что даже немного смешно было вспоминать наши вчерашние приготовления.

Мы подъехали сразу на трёх машинах. Первая остановилась прямо у ворот, блокируя въезд и выезд. Вторая и третья — чуть дальше. Охранник в проходной сначала вообще не понял, что происходит.

— Куда?

Равиль протянул ему бумагу.

— На работу.

— Какую ещё работу?

— Новую.

Охранник нахмурился, посмотрел на печатный текст, потом на Равиля.

— Чё это?

— Решение пайщиков.

— Каких ещё пайщиков?

— Кооператива «Кунар».

Вот тогда он наконец сообразил. Рука дёрнулась к телефону. Я придержал аппарат ладонью.

— Не надо.

— Ты кто такой⁈

— Пайщик.

— Пошёл нахер отсюда!

Он попытался оттолкнуть меня. Зря. Через несколько секунд охранник уже сидел на стуле, прижав руку к груди и с совершенно другим выражением лица наблюдая, как двое парней Равиля заходят внутрь проходной.

Второго охранника взяли возле конторы. Третий выскочил из гаража и тут же был скручен крепкими казанскими парнями. Четвёртый оказался самым умным. Увидел происходящее, сунул руку под куртку, но, обнаружив перед собой сразу троих людей с оружием в руках и передумал. Пистолет у него забрали. Обрез нашли на проходной. Ещё один пистолет — в ящике стола. На всё ушло минуты четыре. Никого особенно не били. Так, объяснили пару раз, что сопротивляться бессмысленно. После этого всех четверых вывели за ворота.

— Валите, — сказал Равиль. — С сегодняшнего дня вы здесь больше не работаете.

— Кравцов вас закопает! — пообещал один.

— Пусть сначала приедет, — ответил я.

Ворота закрылись. Я посмотрел на часы. Без двенадцати восемь.

— Всё?

— Нет, — сказал Равиль. — Теперь самое интересное.

Мы открыли ворота снова. Рабочих пропускали всех. Мужики заходили настороженно, разглядывали незнакомцев, но никто особо не возмущался. Тем более что возле проходной появился лист бумаги с коротким объявлением: предприятие продолжает работу в обычном режиме, заработная плата сохраняется, производство не останавливается, вывоз имущества временно запрещён в связи с инвентаризацией. Это людей успокоило гораздо сильнее любых разговоров о законности.

К восьми приехала бухгалтерия. Лену привезло такси, бухгалтер и кассир пришли пешком. Увидев меня Лена остановилась как вкопанная прямо во дворе.

— Сергей⁈

— Привет. — Я взял её под локоть и повёл к конторе — Молодец, не опаздываешь на работу.

— Ты откуда?

— Оттуда — Неопределенно махнул я рукой за ворота — Да ты проходи, не стесняйся. Сегодня у тебя будет много работы.

Второй бухгалтер, полная женщина лет пятидесяти, с высокой причёской и выражением лица человека, который уже с утра знает, что день будет отвратительный, вела себя наглее.

— Что здесь происходит?

Равиль протянул документы.

— Смена временного управления.

Она прочитала первую страницу. Потом вторую.

— Я ничего подписывать не буду.

— А вас никто не просит.

— Где Виктор Николаевич?

— Кто такой? — Сделал вид, что не понял я.

— Кравцов!

— А. Кравцов — Я Рассмеялся прямо ей в лицо — Он тут больше не работает. Она посмотрела на меня. Потом на Лену. И вдруг заметно побледнела.

— Вы Серёгин?

— Собственной персоной.

— Господи…

— Рад, что произвожу такое впечатление. Проходите на рабочее место, сегодня у нас начинается инвентаризация. Или вы что-то против имеете.

Против она ничего не имела и больше спорить не стала. Потопала к конторе, как будто её ведут под конвоем на расстрел.

Линию телефонной связи мы отключили немедленно, оставив только один телефон в будке охранника. Кабинеты вскрывали один за другим, припахав на это дело двоих работяг. Где ключи нашлись — открывали ключами. Где не нашлись — сбивали замки. Сразу ставили новые. Старые складывали в коробку, чтобы потом никто не рассказывал про похищенные двери и испорченное имущество.