Дикий (СИ) - Панченко Андрей Алексеевич

Лена, которую я от себя не отпускал ни на шаг, водила нас по конторе.

— Здесь бухгалтерия. Здесь договорной отдел. Тут раньше сидел Макс. Кравцов потом кабинет себе забрал. Архив внизу.

— Какой архив?

— Весь. Договоры, акты, накладные. Только часть старых документов перенесли на второй склад.

— Почему?

Она пожала плечами.

— Не помещались.

Я аж рот от удивления открыл. Не помещались. В смысле? Когда макс успел наплодить столько макулатуры? Но вскоре я понял, что Макс тут совсем ни причём. Я ожидал увидеть документы нашего строительного кооператива. Ну пусть разросшегося. Пусть с техникой, базой и хорошими оборотами. Но уже через полчаса стало понятно: я вообще не представлял, что такое сегодняшний «Кунар».

Первый сюрприз нашёлся в бухгалтерии. Равиль листал инвентарные карточки, потом остановился.

— Серый.

— Что?

— Иди сюда.

Он протянул мне папку.

— Читай.

Я прочитал. Потом ещё раз. Встряхнул головой, и перечитал в третий раз.

— Это что?

— Сам хочу понять.

Лена заглянула через плечо.

— Это швейная фабрика.

— Какая ещё фабрика?

— Не фабрика целиком. Корпус и оборудование.

— Откуда?

Она замялась. Бухгалтер, сидевшая у соседнего стола, отвернулась. Я посмотрел на неё.

— Может, вы объясните?

Молчание.

— Хорошо. Найдём того, кто объяснит.

Следующая папка оказалась ещё интереснее. Производственный корпус какого-то завода. Потом складской комплекс. Потом две ремонтные мастерские.

Потом цех металлоконструкций. Потом ещё одна база на окраине города. Потом ещё одна. Потом зона отдыха возле озера. Потом другая, по документам — бывший пионерский лагерь. Я перестал листать.

— Равиль.

— А?

— Мы точно наш кооператив захватили?

Он мрачно усмехнулся.

— Я уже сам сомневаюсь.

Ещё через полчаса на стене бывшего кабинета Кравцова висел большой лист ватмана. На нём мы записывали всё имущество, которое всплывало в документах. Список получался какой-то ненормальный. Сама база «Кунара». Строительная техника. Автотранспорт. Два цеха. Три отдельных складских комплекса. Несколько нежилых помещений в городе. Ремонтные базы. Две зоны отдыха. Швейное производство. Недвижимость и оборудование завода.

Причём это было только то, что мы успели найти. Самое интересное заключалось в другом. При Максе большая часть этого имущества «Кунару» не принадлежала. Оно появилось позже. Уже при Кравцове.

— Как? — спросил я у Лены, которая более активно сотрудничала, если её не видели бывшие коллеги.

Лена открыла одну из папок.

— Вот.

Бартер. Слово в документах встречалось постоянно. «Кунар» оказывал некие услуги. Консультационные. Посреднические. Транспортные. Строительные. Снабженческие. Иногда сразу несколько. А рассчитывались с ним почему-то не деньгами. Складом. Оборудованием. Машиной. Цехом. Недвижимостью. Причём стоимость этих «услуг» временами заставляла задуматься, не возили ли сотрудники «Кунара» цемент на Луну.

— Нихрена себе консультация, — сказал Равиль, разглядывая договор, по которому кооператив получил производственный корпус. — Они им что, Госплана работу наладили?

— Скорее объяснили, что будет, если не подпишут, — сказал я.

Лена вздрогнула. Вот теперь всё стало понятно. Кравцов не разорял кооператив. Наоборот. Он использовал его как пылесос. Через «Кунар» забирали имущество других кооперативов, предприятий, артелей и чёрт знает кого ещё. Оформляли всё более-менее приличными бумагами, прикрывали фиктивными услугами и бартером, а потом имущество оседало на балансе. И лишь последние несколько дней процесс пошёл в обратную сторону. После моего появления.

— Вот, — сказала Лена.

Она принесла отдельную папку, которая называлась «Продажи». Несколько проектов договоров и оригиналы документов на технику. Судя по ним, к продаже готовили КамАЗ, экскаватор, два помещения и оборудование швейного цеха. Но ничего завершить не успели. Равиль медленно присвистнул.

— Ты вовремя приехал.

— Сам удивляюсь.

К началу десятого нашли юриста. Точнее, он сам приехал. Молодой мужик лет тридцати пяти в хорошем костюме вошёл во двор с портфелем, увидел незнакомых людей у проходной и сразу попытался уйти. Это было ошибкой. Через минуту он сидел в кабинете председателя. Равиль положил перед ним бумаги.

— Рассказывай.

— Что именно?

— Всё.

— Я не понимаю, о чём вы.

Я посмотрел на него.

— Либо ты говоришь здесь и сотрудничаешь с нами, либо поедем в лес и поговорим уже по-другому.

Он нервно усмехнулся.

— Вы мне угрожаете?

— Пока предлагаю сменить место разговора. — Усмехнулся я и положил газовый Вльтер на стол перед ним — Выбирай.

Улыбка исчезла, юрист не отрываясь смотрел на пистолет.

— Это незаконно.

— Очень хорошо. Значит, законы знаешь. А нам как раз юрист нужен, чтобы разобраться с этим вот дерьмом. — Я ткнул стволом пистолета в груду папок, лежащих на столе. — Меня тут знаешь ли обокрали, потом убить хотели, и думается мне, что без твоего участия тут не обошлось.

— Я не при делах!

Он побледнел ещё сильнее, и посмотрел на дверь. Там стоял один из парней Равиля, и скучая ковырял ножом дверной косяк. Юрист сглотнул, потом перевел взгляд на меня, потом на папки.

— Что вы хотите знать?

— Для начала — кому всё это на самом деле принадлежит.

Он молчал секунд десять. Потом сдался. И следующие минут двадцать мы только слушали. Схема оказалась одновременно сложнее и проще, чем я думал. Кравцов был исполнителем. Силой. Человеком, который приезжал разговаривать с теми, кто не понимал хороших слов. Хайдар стоял выше. Через знакомых директоров, снабженцев, бухгалтеров и чиновников находили предприятия, у которых были проблемы. Долги. Дефицит сырья. Проверки. Неоформленное имущество. Лишние помещения. Потом появлялся «Кунар» и предлагал помощь.

Иногда помощь действительно оказывали. Только стоила она почему-то склад, или цех, или оборудование. Иногда никакой помощи вообще не было. Делались акты, закрывались фиктивные обязательства, а имущество переходило кооперативу.

— Почему «Кунар»? — спросил я. — У Хайдара что, мало кооперативов?

Юрист пожал плечами.

— Чистая история. Хорошие обороты. Реальное производство. Реальные объекты. Нормальная бухгалтерия. Старые связи с предприятиями. Через него удобно проводить сделки.

— То есть они украли у нас кооператив, чтобы через него воровать дальше?

Юрист поморщился.

— Я бы не употреблял слово «воровать».

Равиль усмехнулся.

— Правильно. Мы же культурные люди. Надо говорить пиз…ть!

Я ткнул пальцем в ватман.

— Это всё Хайдара?

— Не совсем.

— А точнее?

— Часть его. Часть Кравцова. Часть предназначалась другим людям.

— Каким?

Он снова замолчал.

— Милиция?

Тишина.

— Администрация?

Он отвёл глаза. Мне стало совсем интересно.

— Начальник УВД?

Юрист посмотрел на меня. Этого оказалось достаточно. Равиль медленно поднялся, подошёл к ватману и некоторое время молча изучал список.

— Серый.

— Что?

— Мы с тобой идиоты.

— Почему?

— Потому что думали, что забираем твой экскаватор.

Я тоже посмотрел на стену. Он был прав. Экскаватор теперь выглядел мелочью. Мы залезли в чужую кассу. Причём не Кравцова. Хайдара. И, судя по всему, не только его.

— Сколько это стоит? — спросил Равиль.

Юрист развёл руками.

— Всё?

— Всё.

— Я не знаю.

— Хотя бы примерно.

Тот подумал и назвал сумму. Я переспросил. Он повторил. В кабинете стало тихо. Равиль первым нарушил молчание.

— За такие деньги людей убивают.

— За гораздо меньшие, — сказал я.

Он посмотрел на меня. Оба одновременно вспомнили белую «копейку». Тогда стреляли не из-за Макса. Вернее, не только из-за него. Я появился в городе и начал дёргать нитку. Хайдар прекрасно понимал, что если я доберусь до документов, то потяну дальше. А теперь мы не просто добрались. Мы сидели на них.