Возмездие (СИ) - Путилов Роман Феликсович

Все -таки, женщины знают, как легко сломать через колено мужчину. Когда перед тобой стоит тоненькая девушка в одних узких трусиках и заглядывает в глаза, как Кот из мультфильма «Шрек», очень сложно ответить «нет», но я сумел выдавить из себя это слово. Аня просто, до сих пор не могла поверить, что в полицейской общаге может быть еще более опасно, чем дома, в обменном фонде городской управы.

— Ты сама будь осторожней, хорошо? — я осторожно нажал на аккуратный Анин носик: — А если что, у меня есть куда переселиться, про это место никто не знает.

Ну, насчет что «никто не знает» я, конечно, преувеличил. В городской управе знают, где я оформлял договор аренды на заброшенное здание, и при желании, этот адрес можно найти. Когда Аня внезапно переселилась ко мне. я решил устроить небольшое новоселье. Чтобы отпраздновать появление в моем жилище юной хозяйки, заодно устроить совместную гулянку для парней из моего отделения. А после гулянки, когда я пошёл провожать подвыпивших товарищей, я отвел их на нашу будущую базу, которую я взял в аренду у городских властей, благо идти до нее было всего две остановки. Город просто задыхался от огромного количества заброшенных зданий и был рад всучить временно скинуть с себя эту обузу. Я на это здание, кирпичное, двухэтажное, окруженное глухим бетонным забором, старое, но еще крепкое, набрел случайно, в поисках, так сказать, удовлетворить свои естественные надобности. Перелез через редкую решетку замкнутых ворот, но пристраиваться во дворе не стал — сверху нависала громада уже жилой многоэтажки, поэтому пошел в здание, смотрящее на мир пустыми провалами оконных проемов и двумя входами без дверей. Оказавшись внутри, я отказался от своих позывов, в восхищении обойдя оба этажа. Очевидно, что кто-то готовился вывезти всю отделку здания, начиная с светильников и дверных блоков и заканчивая остекленными оконными рамами, стеновыми панелями и даже мебелью, сложил их в аккуратные штабеля и даже подписал, что и откуда взято, но, видимо, что-то помешало вывезти все это добро, или кто.

Никто в последнее время в здание не заходил, а городской управе оно числилось «заброшкой», инспектора городского хозяйства рассмотрев через ворота провалы окон, поставили соответствующую отметку, и я их, с радостью готов понять, их мало, а бесхозных зданий и сооружений в Городе осталось много. В любом случае, на ближайшие три года этот дом с участком мои, с установленной арендной платой в один рубль в месяц, и правом пролонгации договора аренды, но, уже, по рыночным ставкам арендной платы. Единственное главное условие такого договора — через три года здание должно быть функционально по своему основному назначению, с учетом естественного износа, так что, беря на себя такую обузу я ничего не терял, кроме затрат на новые замки и двухразовое горячее питание бойцам моего отделения во время проведения двух субботников. А на выходе, уже сейчас у нас появился готовый клуб, осталось только продумать его юридический статус. Я мог оформить на себя коммерческое предприятие, тем более, что сейчас, смельчакам, открывшим свой бизнес в Городе или его окрестностях, названных модно «Территорией опережающего развития», обещают кучу вкусных плюшек и прочих приятных вещей, но я помню судьбу бизнеса моего отца, после «медового года» с налоговой службой был вынужден искать себе компаньона –инвалида, чтобы свести налоговые платежи к приемлемому уровню…

Эти мысли я додумывал, пока одевался, но Аня меня не выпустила, буквально повиснув на плечах:

— Ты куда собрался? Ты в зеркало на себя погляди, тебя же шатает…

— Насчет парней надо в больнице узнать…

— Да что ты там узнаешь? Ты меня слышал, что я следователь по этому делу? Как только с ними можно будет разговаривать, мне сообщат. Успокойся, я тебе тут травку заварила…

Я собирался гаркнуть из всех своих, невеликих, на данный момент сил, но понял, что я кругом неправ. Красивая девушка обхаживает меня (тут в голове ехидно проявился дед, заявивший, что ночью моя подруга ведет себя хуже собаки, того и гляди укусит, и он таких сонь в своей долгой жизни не встречал), но я тут со «старым хрычом» был в корне не согласен. Просто не надо будить человека. И ничего плохого с вами не случиться. Аня, тем временем, продолжала говорить, одновременно стягивая с меня куртку и подталкивая в сторону кухни, где на плите булькало очередное чудодейственное варево:

— Завтра мне ребята обещали видео с окрестных камер принести, так что никуда этот гад со своим грузовиком не денется, мы его обязательно поймаем и за ребят спросим.

Честно говоря, она была права, в тот вечер я, наверное, до больницы бы не дошел.

Квартира Александра Иванова в «обменном фонде».

Говорят, что при помощи таблеток вы можете вылечиться от простуды за трое суток, без помощи таблеток — за трое дней, а отвратительное снадобье от Ани поставило меня на ноги за сутки, вот только на второй день очень спать хотелось, что я, с удовольствием и делал, пользуясь статусом «больного» и в ожидании хороших новостей. Вот только, с добрыми вестями не заладилось прямо с самого утра — в десять часов меня разбудил телефонный звонок, а в динамике слышались всхлипы Ани. С трудом я смог добиться информации, что утром оперативники отдали ей диски с записями с камер городской системы безопасности, а после совещания у начальника следственного отдела моя подруга обнаружила, что диски с записями «не читаются»

— Ни и что ты ревешь? Отправь кого-то, чтобы сделали новые записи…

— Саша, ты не считай меня совсем уж дурой? — почти спокойно ответила Аня: — Я уже отправляла парней в отдел наблюдения, но там записи не сохранилось, и еще говорят, что с моей флешки в систему вирус попал…

— Прекращай плакать…- я устало откинулся на подушку: — Давай вместе подумаем, что тут можно сделать. А ты уверена, что на твоей флешке что-то было записано?

— Ну конечно, я же ее проверяла, там запись была, но я ее не успела просмотреть, меня к начальнику вызвали.

— Слушай, но у нас же есть хороший знакомый, кстати, из твоей конторы, который во всех этих электронных штучках должен разбираться? Давайте все втроем встретимся в кафе, да, хотя бы в «Морском генерале».

Аня сразу успокоилась. Готовить она умела и я, с ее появлением, не голодал, но общепит моя подруга уважала больше.

Ресторан «Морской генерал».

Это заведение в нашем районе было единственным, попадающим под определение «приличное», если не считать сомнительных пельменных, пирожковых и единственной сетевой, открытой по франшизе, «Крошка-редиска».

Видимо, лейтенант Хохлов, мой единственный товарищ в полиции, нечасто бывал в подобных местах, но за столом он вел себя пристойно, пользоваться ножом и вилкой умел, руки о скатерть не вытирал и жевал с закрытым ртом.

Когда унесли вторую перемену блюда, а нам подали кофе и кусок торта «Наполеон» для Ани, чтобы горе девушки немного перестало горчить, я изложил нашу проблему, а моя подруга выложила из сумочки злополучную флешку.

— И что от меня необходимо? — после сытного обеда Иван Семенович был готов своротить горы.

— Надо восстановить запись. — тут же вскинулась Аня, с трудом оторвавшись от пирожного и полезла в сумочку за флешкой.

— Я постараюсь, но не обещаю. — Иван сунул флешку в карман и собрался уходить, но я его остановил.

— Погоди, а если не восстановишь? Если не получится? Есть еще какие-то варианты?

— А какие варианты? — лейтенант Хохлов пожал плечами: — Либо восстановлю, либо нет.

— Ну давай еще подумаем, что мы можем предпринять? — реально существующий Закон подлости заставлял не ставить всё только на восстановление записи на флешке: — Аня, я не думаю, что твоя флешка была заражена каким-то мощным вирусом, и ты этого не заметила.

— Да нет, конечно, я её только для служебных дел использовала. Перед тем, как операм отдать, все содержимое вычистила и пустую отдала.

— Вот видите, уже какая-то несостыковка вылезла. А могли флешку как-то размагнитить, например, могучий магнит приложить?