Патруль 6 (СИ) - Гудвин Макс

Понятно, меня везут развлекать короля США. И моя задача — быть вежливым, интересным собеседником и не создавать неловкостей.

Машина выехала на шоссе. За окнами замелькали пальмы, аккуратные домики, поля для гольфа с ровной травой. Я смотрел на эти зелёные лужайки и пытался представить, как буду там ходить, подавать клюшки и делать умный вид, будто понимаю, что происходит.

— И последнее, — добавил Джон. — Он может предложить вам тост. За встречу, за Россию, за что-то ещё. Соглашайтесь. Он пьёт диетическую колу. Никакого алкоголя до вечера не будет, если только вы сами не попросите. Но знайте, он уважает людей, которые контролируют себя.

«Дональд Фредович, а может водочки за Русь — матушку?» — мелькнуло у меня.

Но я кивнул, запоминая. Диетическая кола. Не прикасаться к королю без разрешения. Спрашивать разрешения на фото. Хвалить гамбургеры и поле. Кепку носить и ни о чём не париться. Тайгера Вудса упомянуть. И ни в коем случае не лезть с политикой и картелями.

«А король-то — нарцисс», — вдруг посетило меня.

— А клюшку ему как подавать? — уточнил я. — Есть какой-то особый ритуал? Может, двумя руками? Или на колено встать?

Джон впервые позволил себе улыбнуться шире.

— Просто держите её так, чтобы ему было удобно взять. Головкой вниз, рукояткой к нему. Всё остальное — интуитивно. Вы же военный, у вас с интуицией должно быть нормально.

«Ох, не знаете вы наших военных», — подумал я, вспоминая фильм ДМБ, где прапорщик залез в бочку и его иностранцы признали мудрецом, а когда он доложил, командование, его и спросило: «Как они тебя мудрецом признали, ты же прапорщик?» А тот и отвечает: «Так я в бочке был, там погон не видно».

— Должно быть нормально, — повторил я.

Впереди показались ворота. Белые, монументальные, с надписью «Trump National Doral Miami» золотыми буквами. Охрана здесь была совсем иного уровня, чем у Эдгара. Не наёмники с автоматами наперевес, а профессионалы экстра-класса — это сразу же чувствовалось.

Первое, что бросилось в глаза была их униформа. Тёмно-синие тактические костюмы с нашивками Secret Service на груди. Рубашки с коротким рукавом, несмотря на жару, выглаженные брюки, которые были заправлены в высокие тактические ботинки. На поясах у парней были кобуры с пистолетами, рации, наручники и дополнительные магазины.

У двоих, что стояли непосредственно у шлагбаума, — короткоствольные автоматы HK MP5. Компактные, удобные для работы в закрытых пространствах, но здесь, на открытой местности, они смотрелись странно. Значит, где-то должны быть снайперы. Ещё двое патрулировали периметр с другой стороны ворот, вот у них я заметил M4 с оптикой и тактическими рукоятками.

Сами ребята были квадратные, широкоплечие — гордость американской нации и, с такими шеями, что кадык еле проглядывает. Все бритые или с короткими стрижками, на висках гарнитуры с микрофонами, у всех тёмные очки, за которыми не видно глаз. Стояли они так, будто вросли в землю, но при этом постоянно оглядывали пространство вокруг.

Я машинально окинул взглядом крыши и окрестные здания. Снайперов не видно, но это ничего не значит. На таком объекте они есть обязательно — просто замаскированы и сидят с оптикой, направленной на каждый сантиметр подъездной аллеи. Где-то на крыше клуб-хауса, что виднелся за оградой, на верхнем этаже парковки, возможно, вон в той водонапорной башне за забором.

Машина притормозила у шлагбаума. Один из охранников — здоровенный негр с нашивкой «Johnson» — подошёл к окну со стороны водителя. Джон опустил стекло.

— Доброе утро, агент, — кивнул охранник. Голос был низкий, спокойный. — Ваш гость?

— Мистер Кузнецов, Российская Федерация, — Джон протянул ему наши документы. — Приглашён президентом.

Джонсон взял паспорт, сверил фотографию со мной, потом посмотрел на планшет, который держал в руке. Видимо, там был список гостей.

— Минуту, сэр.

Он отошёл к будке, что-то продиктовал в рацию. Потом вернулся уже с другим парнем — постарше, с нашивкой Supervisor на груди.

Супервайзер наклонился к окну, заглянул в салон.

— Мистер Кузнецов, — сказал он без вопросительной интонации. — Прошу вас выйти из машины для стандартной процедуры досмотра.

— Без проблем, — я открыл дверь и вышел.

Жара ударила в лицо, как мокрое горячее полотенце. Асфальт плавился, воздух дрожал. Я стоял, расставив ноги на ширину плеч, руки чуть в стороны, чтобы не создавать лишних подозрений.

Джонсон подошёл ко мне с ручным металлодетектором. Второй безопасник был молодой, держал руку на кобуре. На всякий случай.

— Ваши вещи, сэр, — кивнул Джонсон на коробку, которую я вёз в машине.

— Это подарок президенту, — произнёс я, но он уже открыл и заглянул внутрь. И тут его брови поползли вверх.

— Сэр… — протянул он, вытаскивая коробку. — Что это?

В коробке лежали два вакидзаси — те самые, что я забрал у якудзы. Рядом притаился набор метательных ножей, с матовым покрытием. И несколько пакетиков с порошками, что я нашёл в кармане Хаято. Что это за порошки, я так и не понял, но выглядели они как минимум подозрительно.

Джонсон замер. Супервайзер шагнул ближе, заглянул в коробку. Потом перевёл взгляд на меня. Рука его теперь точно лежала на кобуре, а большой палец отстегнул предохранительный клапан.

— Мистер Кузнецов, — голос супервайзера стал на полтона ниже. — Вы можете объяснить, зачем вы везёте на встречу с президентом Соединённых Штатов холодное оружие?

Я посмотрел на него максимально невинным взглядом, на какой только был способен после бессонной ночи и убийства якудзы.

— Я же объяснил. Это подарок, — сказал я. — Вашему президенту же доложили о моей последней миссии, вот это оттуда.

Супервайзер моргнул. Джонсон, который уже приготовился доставать пистолет, тоже завис.

— Простите?

— Подарок, — повторил я. — От меня лично. Я слышал, президент коллекционирует необычные вещи. А это — настоящие японские мечи японского киллера. Вакидзаси.

— Я знаю, что такое вакидзаси, — перебил супервайзер, но голос его уже не звучал угрожающе. Скорее растерянно. — Но… вы понимаете, что мы не можем просто так пропустить это на территорию?

— Понимаю, — кивнул я. — Поэтому я и не прятал. Вёз открыто. Хотите — заберите, проверьте, заверьте, сделайте что положено. Я же не террорист, я старший сержант Российской Росгвардии. И если бы я хотел убить президента, я бы смог это сделать чем угодно. И не тащить через КПП два меча в подарочной упаковке.

— Только дай мне повод! Я дам команду следить за тобой ежесекундно! — чуть повысил тон секьюрити.

— Не дам, у меня дома семья и собаки с котом, — покачал я головой.

Супервайзер смотрел на меня ещё секунд пять, потом повернулся к машине, где в кондиционированной прохладе сидел Джон.

— Агент, — позвал он.

Джон вышел из машины, подошёл к нам. Заглянул в коробку, которую держал Джонсон, и вздохнул так, как вздыхают люди, у которых день только начался, а уже всё пошло не по плану.

— Сержант Кузнецов, — сказал он укоризненно. — Вы могли бы предупредить.

— А что предупреждать? — пожал я плечами. — Я везу подарок. У нас в России принято дарить презенты, когда идёшь в гости. Тем более к такому человеку. Кроме того, у вас такие ребята, я даже не подумал бы создавать проблем.

Супервайзер и Джон переглянулись.

— Ладно, — супервайзер принял решение. — Джонсон, вызывай ребят. Пусть придут с официальным актом приёма. Мы изымаем это временно, — он кивнул на коробку, — проводим экспертизу, проверяем на наличие взрывчатки, биологических угроз и всего остального. Если всё чисто — вручим президенту после обеда, с соблюдением всех формальностей.

— А можно я сам вручу? — спросил я. — Всё-таки подарок надо вручать лично.

— Можно, — супервайзер почти улыбнулся. — Но после того, как наши ребята его проверят. И вручать будете не вы лично в руки, а через агента протокола. Если повезёт и он захочет, то откроет при вас. Но сначала её отсканируют, просветят, проверят на отпечатки и неизвестные вещества. Можете быть спокойны: если там нет яда, намазанного на лезвия, — подарок попадёт к адресату.