Газлайтер. Том 40 (СИ) - Володин Григорий Григорьевич

Когда кризис минует и её взгляд становится более осмысленным и сфокусированным, она вдруг рывком подается вперед и обнимает меня за шею. Её острые когти впиваются мне в кожу. Мог бы включить Пустоту, но не стал.

Я позволяю этому длиться секунду. А затем отстраняюсь.

— Что дальше, дорогой? — выдыхает Шельма, всё ещё тяжело дыша.

— Сейчас мы пойдем добивать Хоттабыча, — говорю я, поднимаясь и активируя интерфейс своего браслета-хранилища. — Но без тебя.

Я направляю на неё луч отзыва. Шельма дергается, пытаясь сопротивляться принудительному призыву.

— Я хочу убивать! — упрямо шепчет она, хотя её стройное тело уже начинает растворяться в сиянии переноса. Глаза вспыхивают алым огнем. — Дорогой! Дай мне врага! Я разорву его!

— На сегодня ты отвоевалась, — отрезаю. — Восстанавливайся.

Шельма исчезает в вихре света, отправляясь в безопасное пространство Жартсерка. Едва она пропадает, ко мне бесшумно шагает Лакомка. Я уже оценил состояние альвы: белая шкура тигрицы чистая, без повреждений, ментальный фон ровный. Лакомка явно не лезла в пекло в схватке с вернувшимся Председателем.

— Мелиндо, — её глаза горят холодным хищным азартом. — Мы с тобой пойдем?

— Где Камилла? — спрашиваю я первым делом.

— Я велела ей уйти помогать Гвиневре, — четко рапортует ирбис-альва. — Лечить раненых Организаторов. Твоей беременной жене там безопаснее.

— Хорошо, — киваю я. — Умница. Теперь и ты со Светой и Змейкой идите к ней.

— Что⁈ — возмущается Бывшая Соколова.

— Мазака? — у Змейки чуть глаза не выпадают. — Но ты же вввел нассс дррраться и рррвать, фака!

— Слушайте, я думал, что Хоттабыч в новом теле слабее, но ни фига. Видели, как Шельму потрепало? А теперь шагом марш! — и, не глядя на жен, взмываю в небо и несусь к эпицентру битвы. Благоверные послушаются, это я знаю точно, куда они денутся.

По пути меня догоняют напутственные речи жен по мыслеречи:

— Даня, раз ты меня с собой не взял, сам прикончи этого старика! — это Светка. — Так, чтобы он больше никогда не вернулся!

Следом и голос Камиллы догоняет:

— Даня, — говорит брюнетка. — Возвращайся скорее. А я обещаю не останавливаться на Даниле Даниловиче! Я потом тебе ещё сына рожу!

— Я тут подглядел у Славика одно из Предвидений, — усмехаюсь. — Не сына, Камилла. Вторым ребенком у тебя будет дочь.

Камилла замирает, переваривая услышанное, а я на этой ноте обрываю мыслеречь. Люблю на самом интригующем моменте это делать.

Пикирую к дерущимся. Гигантского спрута уж нигде не видно, но Грандбомж жив, я чувствую.

Хоттабыч больше не похож на человека. Ему дали новое тело модифицированного ракхаса. Это химера, выращенная гомункулами: груда мышц, костяных наростов на животе и геномантской алхимии. Грандбомжу с Принцессой пришлось туго, не позавидуешь.

Вот кто бы здесь не помешал, так это гребаные Организаторы! Ладно, я сейчас отчасти несправедлив. Все они сражаются, даже Масаса уже вклинилась куда-то, хотя едва на ногах стоит, но вот я всегда за ними прибираюсь. Сколько можно? То Странник, то Ратвер, то Лич, то Лорд Тень, то теперь вообще главный бюрократ Хоттабыч. По-моему, пора выставить Организации счет. Заберу-ка я у них Лунный Диск, будет здесь править Грандик от моего имени. Да и вообще урежу права Организации. Пусть сначала в своей конторе порядок наладят, а потом за охрану мироздания принимаются.

Но это всё будет после, а сейчас я перешагиваю через обломки башни и направляюсь прямо к той горе мяса.

— Быстро ты воротился, Председатель, — бросаю я, останавливаясь в паре метров от него.

Существо, сватавшееся к моей сестре, медленно поворачивает голову.

— Данилушка, — рокочет он. Голос искажён, словно звучит из глубины бочки, глухой и вибрирующий. Это тело мутанта, скроенное гомункулами, ему явно жмёт. — Снова увиделись, сорванец ты этакий! А я ведь не забыл, как ты меня убил!

Я скашиваю глаза в сторону. Там, у развороченного фундамента башни, Грандбомж уже собрался по кускам. Он стоит, пошатываясь, над телом Принцессы Шипов. Её доспех искорёжен, сама она лежит без сознания, но Грандбомж чувствует, что его возлюбленная в порядке — маг крови как-никак, — поэтому не спешит терять рассудок и рваться в безумную драку.

Я возвращаю взгляд к Хоттабычу.

— Технически ты сам себя убил, Председатель. Да и к тому же, сейчас вообще воюешь против Организации, которую возглавлял бесчестные столетия, — спокойно, как констатацию факта, произношу я. — Не стыдно, Председатель?

Хоттабыч хмыкает и привычно гладит бороду, которой нет.

— Ты же всё понимаешь, Данилушка. Ты умный юноша и не осуждаешь меня. По тону слышу, что не осуждаешь. Демоны любого расколют и сломают. Вопрос лишь во времени.

— Любого, да, — легко соглашаюсь я. — Ломаются все. Но ты что-то слишком быстро сдался. И суток не прошло. Даже не сопротивлялся пыткам толком. Так что, Председатель, в твоем случае правильнее сказать не сломался, а банально продался.

— Мне дали хорошую должность, — отвечает Хоттабыч, даже не пытаясь оправдываться. В его интонации сквозит самодовольство. — Глупо отказываться от повышения, верно, Данилушка? Вот и перешел к конкурентам.

— Продался за печеньки на Тёмную Сторону, — хмыкаю я.

Между тем тяну я время не зря. Принцесса Шипов приходит в сознание и садится на земле за спиной Грандбомжа.

— Будем дальше кулаками махаться, Данилушка? — Хоттабыч показывает пудовый зеленый кулак. — Или, может, разберемся между собой как настоящие менталисты?

Что ж, предложение дельное. Тем более что он достал меня. До того, как вмешалась чета Кровавой Луны, эта сволочь целилась по Лакомке и Камилле, моей беременной жене! Убить его недостаточно. Развоплотить гада!

— Как настоящий менталист с телепатом, — поправляю я.

— Смотрю, кто-то уже Высший Грандмастер. Кто запустит? — ухмыляется клыкастым ракхасским ртом Хоттабыч. — Ты или я?

— Сам знаешь, Председатель, — не ведусь я, ведь он уже активировал меридианы. Как и я. — Кто быстрее.

Мы одновременно запускаем Расширение Сознания, и оба опаздываем на ничтожные доли секунды.

Дело в том, что Хоттабыч ограничен своим новым модифицированным супер-телом — оно мощное, но чужеродное и непривычно. Ну а я… да, я Высший Грандмастер, и Пустота ускоряет многие процессы, но из-за недавней экстренной прокачки источника многие тонкие настройки слетели. Мне приходится калибровать силу на лету. Цена взрывного роста — необходимость его обслуживать.

В общем, наши зародышевые Расширения сталкиваются лоб в лоб, не давая друг другу раскрыться полностью. Получается третье нечто — гибридная зона, в которой ни Хоттабыч, ни я не являемся полновластными хозяевами. А ведь менталист в своем личном Расширении — почти бог. Что ж, главное, старик не взял верх, а остальное поправимо.

Мир вокруг дергается и схлопывается. Реальность исчезает, сменяясь серыми, зыбкими тонами карманного измерения. Я затягиваю внутрь не только себя, но и Грандбомжа. А параллельно бужу одного из братьев Троегласа — среднего, что хранился в ментальном плену в анабиозе. Делаю ему предложение, от которого невозможно отказаться. Благо в моей голове течение времени намного быстрее, и я успеваю «потрещать» с пленником за мгновение до удара.

— Вот как ты умудрился? — разочарованно цокает языком Хоттабыч, оглядывая серую пустошь. — Но я все равно тебя одолею, ты же понимаешь, Данилушка? Опыта тебе не хватает, хоть в прошлый раз тебе и подфартило… Кто это еще⁈

Едва пространство стабилизируется, из блестящего белого тумана начинают проступать силуэты. Мои легионеры. Десятки, сотни бойцов.

— Это мои, Председатель, — бросаю я с ухмылкой. — Легион, в атаку!

Легионеры обрушивают шквал стихийных атак. Пространство запылало, засверкало молниями. Грандбомж застывает в стороне — его я мысленно прошу пока придержать коней. Хоттабыч вертит головой, отбиваясь от первых техник с помощью материализации, которой он, конечно, владеет искусно, но в его движениях появляется суета.