Газлайтер. Том 40 (СИ) - Володин Григорий Григорьевич

— Гр-ра! — Громила рычит и обрушивает молот из чистой материализации на Грандика.

Принц Крови плавно уходит перекатом, и земля там, где он стоял секунду назад, превращается в кратер. Рукопашка здесь затянется, Хоттабыч слишком «жирный» и бронированный. Нужно менять калибр.

— Давай! — бросаю Грандику по мыслеречи. — Врубай ультру!

Принц отпрыгивает вбок и мгновенно начинает трансформацию. Его тело и доспех теряют очертания, взрываясь потоками крови. Но в этот раз он не превращается в бесформенного спрута-кайдзю. Кровь закручивается в тугую спираль, уплотняется и формирует длинное, гибкое тело. Чешуя, усы, рога. Это дракон или длинный змей, парящий в воздухе, словно сошедший со старинных китайских фресок.

Лорд Тень, недавно воплотившийся в теневого дракона, навел меня на эту мысль, а Грандик блестяще её реализовал — воплотиться в гиганта на близкой дистанции. Теперь Грандик контролирует каждую каплю своей силы, способен на точные, кинжальные атаки, а не просто давить массой, как в пору безумия. Отличный исполнитель!

Снизу доносится ошеломленный возглас центуриона Егора:

— Мама моя продавщица! Где наш шеф таких монстров берет?

— Они сами к нему прибегают, — авторитетно заявляет Маньяк, наш Целитель-безумец, с восторгом наблюдая за бойней. — Шеф слишком крут, к крутым липнут лучшие!

Кровавый дракон с ревом бросается вперед. Грандик обвивает массивное тело Хоттабыча кольцами, как удав, и начинает сжимать. Слышится треск ломаемых костей мутанта.

— Сдохни! — орет Хоттабыч.

Председатель активирует «Взрыв материализации» вокруг себя. Волна силы разрывает кольца дракона, и во все стороны брызжет фонтан крови. Грандика отбрасывает, но свою задачу он выполнил — открыл защиту врага и создал завесу.

Сквозь кровавый дождь, используя его как прикрытие, к мутанту телепортируюсь я.

— Привет, — шепчу я, оказываясь прямо перед его мордой. Моя демонская морда сейчас не краше.

Мои черные когти с влажным хлюпаньем вонзаются глубоко в его глазницы, пробивая череп до самого мозга.

Вокруг нас бушуют вихри — сталкивается моя Пустота и его Материализация, искры сыплются, как от сварки. Хоттабыч в агонии пытается схватить меня, раздавить, но я, упершись ногами ему в грудь, продолжаю вгонять когти всё глубже, проворачивая их и превращая содержимое его черепной коробки в кашу.

Как всегда, всё решает прямое физическое столкновение. Даже у Высших Грандмастеров. Даже у двух сильнейших менталистов. А мы с Хоттабычем действительно сейчас сильнейшие телепаты во всем мироздании.

Хоттабыч в предсмертной судороге пытается забрать меня с собой — он снова материализует лезвия, игнорируя дистанцию, прямо у моего демонского панциря. Сотни клинков пронзают меня, вызывая крики ужаса у легионеров. Мои разрубленные рога разлетаются в клочья. Но не один Хоттабыч такой хитрый.

Я мгновенно «утолщаю» себя изнутри, создавая прослойку Пустоты прямо под кожей. Его невидимые клинки материализации пробивают черный хитин, но тут же вязнут в «бесконечности», так и не добравшись до моих внутренних органов. Демонская броня превращается в решето, но плевать — это всего лишь вторая кожа. Моё настоящее тело недосягаемо. Здесь работает непреложный закон магии: живое тело — это закрытый домен. Никто не может сотворить заклинание внутри чужого организма, если предварительно не пробил внешнюю оболочку физически. Разве что менталисты могут обойти этот запрет, атакуя разум, но это не физическое воздействие.

— Данилушка… — его ментальный голос срывается на жалкий, унизительный визг. Канал связи дрожит от ужаса. — Пощади, голубчик, не зверствуй! Просто убей, я заслужил! Не стирай Суть… умоляю!

Я смотрю в его пустые глазницы, насаженные на мои когти. По рукам густо течет черно-зеленая жижа, смешанная с осколками его черепа.

— Нет, Председатель, — вежливо отказываю я, начиная проворачивать пальцы внутри его головы. — Не после того, как ты угрожал моей семье. На быструю смерть у тебя лимит исчерпан. Второго шанса не будет.

Запускаю разрушительный пси-поток через когти. Я стираю великого менталиста до абсолютного нуля. Конечно, второй параллельный поток жадно черпает знания Хоттабыча — информацию, которая еще не уничтожилась от моей грубой атаки. А не грубо и не вышло бы. Чай, не с котенком сражаюсь.

Хоттабыч уходит навсегда. Растворяется в небытие, оставляя мне лишь трофеи памяти. Я тут же начинаю регенерацию, но процесс идет на автомате, не требуя внимания.

— Боже, шеф, ты цел⁈ — Воронов и Ярыс подхватывают меня с двух сторон. Видок у меня, должно быть, тот ещё — весь хитин висит лохмотьями, из пробоин парит, но плоть уже срастается, а заново отрастающие рога жутко чешутся.

— Да это всего лишь царапины, — отмахиваюсь я, стряхивая с себя ошметки Хоттабыча. — Вон на Грандика лучше гляньте.

Оглядываюсь. Разорванный в клочья кровавый дракон уже собрался обратно в рыцаря. Скорость регенерации у вернувшегося Принца Кровавой Луны просто запредельная. Он подходит к нам, весь такой сверкающий, гладкий, без единой вмятины.

— Поздравляю с победой, мой король! — в его голосе звенит искренняя радость. Повод весомый: месть свершилась. Хоттабыч, убивший его родных и лишивший разума, мертв. — И благодарю за отомщение!

Он плавно опускается на одно колено и протягивает мне багровый клинок, сотканный из его собственной крови.

— Моя кровь служит роду Вещих-Филиновых!

— Принято, Грандик, — киваю я. Беру меч из его крови и резким движением вонзаю ему в наплечник острием вниз. Клинок тут же всасывается обратно в доспех, скрепляя клятву. — Твоя служба принята.

Я оборачиваюсь к Воронову и наконец скидываю истерзанный демонский облик, возвращая себе человеческий вид.

— Легион, возвращайтесь в Бастион.

— Есть, шеф! — ментальные когорты рассыпаются искрами. Следом схлопывается и Расширение Сознания — на его поддержку мы с Хоттабычем тратились поровну, а теперь, без второго источника, держать такую затратную хрень нет смысла. Битва-то выиграна.

Мы вываливаемся обратно в реальность, на Лунный Диск, прямо на поле возле развороченного фундамента сторожевой башни. Грандбомж — нет, теперь точно Принц Кровавой Луны — сразу шагает к прислоненной к камню Принцессе Шипов. Рядом с ней уже сидит Асклепий, накладывая сложные плетения лечащих заклинаний.

— Я закончил, — деловито бросает рыжий, выпрямляясь. Он бросает быстрый взгляд на нависшего Грандика, а затем, отойдя в сторону, переводит его на меня. — Король Данила, с кем ты дрался? Штабные сканеры доложили о присутствии очень сильного менталиста в этом секторе.

— Как лестно, — улыбаюсь я. — Спасибо за комплимент, лорд.

— Хмм… — Асклепий смущенно треплет свою рыжую шевелюру. — Ладно, вообще-то они говорили о двух очень сильных менталистах.

Сказать высокопоставленному Организатору, что я только что замочил его босса? Хоттабыча ведь еще даже официально не сняли с поста Председателя за измену, нет ни приказа, ни трибунала. А я уже успел его два раза грохнуть. Грохнуть действующего Председателя могучей Организации! Сейчас начни доказывать, что ты не верблюд — погрязнешь в бюрократии расследования. Пристанут, придется отвечать на бесконечные запросы Правящего совета. Достанут эти конторщики, как пить дать! Нет уж, увольте.

— Здесь только я, лорд, — продолжаю я лучезарно улыбаться.

Асклепий тяжко вздыхает, поняв, что правды от меня не добьется, а времени на допросы у него нет. Высшему Целителю некогда прохлаждаться, когда каждая минута — чья-то жизнь. Он отчаливает, мигнув вспышкой портального камня. Вот дает! А мне до сих пор никто не потрудился выдать коды от здешних глушилок! То ножками хожу, то летаю. Могли бы и догадаться сервис наладить. Я пытаюсь тормознуть мелькнувшего мимо молнией Лиана, требуя код, но турбопупс, нагруженный ранеными, лишь разводит руками на бегу — мол, «я тут только бегаю, конунг, портальными камнями не пользуюсь» — и исчезает. Эх, ладно, другого поймаю.