Барон особого назначения 3 (СИ) - Щурский Евгений

Вот только лучшие комплекты на рынке нечасто могли похвастаться хотя бы половиной не окисленного моноферрита в составе, что делало наш будущий продукт потенциально лучшим среди конкурентов.

Клятву на крови c него брать не стал, даже несмотря на его предложение. Да и к чему это? Без меня он не выберется. Правда, на всякий случай пришлось, мягко ему намекнуть, что с приходом нового главы рода, я смогу объявить ещё одну войну, в которой у него не будет и шанса. Мне показалось, что он поверил.

Мы придумали небольшой трюк — Илья напишет письмо графу Попову, мол, так и так, позову особого гостя, не абы кого, а героя, артефактора, внёсшего серьёзный вклад в оборону аномальных рубежей Империи. Подобные вещи на приёмах без внимания обычно не остаются. Скорее всего, меня объявят отдельно, ещё и местечко выделят какое-нибудь, подле руки графа.

Весь этот фарс был нужен исключительно для того, чтобы подтолкнуть Залесова-старшего к ошибкам. Он и так не слишком ладил с собой в последнее время, так что подобные привилегии в адрес человека, которого он, по сути, уничтожил, сыграют мне на руку.

В башне Искры всё было спокойно — не знаю, утих ли конфликт знатных с безродными, но атмосфера казалась довольно доброй. Кучки студентов распределились по гостиной и занимались кто чем — просто болтали, подъедали что-нибудь вкусное, был даже стол любителей армрестлинга. Видать, Бочаров заразил остальных своей любовью к этому делу.

— Здравствуй, Ян! — Арина вскочила с подоконника и подбежала ко мне, улыбаясь во все тридцать два. — Ребята сказали, мы сегодня пируем?

— И вам не хворать, — я непроизвольно улыбнулся от вида воодушевлённых глаз одногруппницы. — Прям уж пируем? Ну, если «погрызть хрустящего хлеба с сыром под вино» подходит под это определение, то да!

— Очень даже подходит! — оживилась девица. — Я нам столик застолбила, вон тот, у камина. Так что ты давай раскладывайся, а я соберу остальных!

Я в очередной раз улыбнулся, провожая вглядом добродушную девчушку. Было в ней что-то… Живое?

Достал из хранилища яства, корзинку с фруктами, окинул всё это богатство взглядом и понуро вздохнул, вытаскивая остальные две порции хлебно-сырного пиршества. Нечего жадничать, всё равно в ближайшие дни проблем с провизией не предвидится.

Следом о деревянную столешницу звякнула бутылка вина, за ней ещё и ещё. А вот с бокалами вышел прокол-с…

— Надо же, — в кресло напротив приземлился Ложкин, — это всё мне?

Лицо парня было немного заспанным, но довольным. Он напомнил мне кота одной знакомой, который спросонья сразу бежал к миске, радостно сообщая на всю квартиру о планирующейся трапезе. Делал он это громко, как и полагается истинному глашатаему.

— Ну не одному же! — ласково промурчала Громова, занимая место на диване рядом со мной. — Привет, мой хороший! Все дела успел?

— Да вроде, — пожал я плечами, деликатно убирая ладонь девушки со своего колена. Пришлось встать, делая вид, что нужно срочно пошариться в карманах. — У нас есть бокалы?

И когда она успела стать такой напористой? Впрочем, вспомнилась знаменитая женская традиция: как только становишься занятым, ближайшие знакомые начинают проявлять к тебе интерес. Выражаясь словами классика: чем меньше женщину мы любим, тем больше нравимся мы ей.

— В моём чудесном чемодане найдётся всё что угодно, — хихикнула Громова и удалилась в сторону женской спальни.

Вернулась она в кампании Арины, что успела переодеться в чёрное кружевное платье. Ну прям точно на пир собралась, молодая! Бокалы тоже были при них. Вскоре подоспели и Ребров с Бочаровым.

— Да, — я приподнял свой бокал, — меня долго не было, и завтра снова придётся отбыть на недельку-другую, но тем не менее хотелось бы выпить за нашу дружную команду! Как вернусь, обещаю — упущенное мы наверстаем. За команду!

— За команду! — гостиную Искры окатило дружным криком, да таким, что кто-то из-за спины даже шикнул на нас, мол, раз не делитесь, так хоть имейте совесть вести себя потише. И да, угощать мы никого не собирались.

— Расскажешь, где пропадал? — Громова поумерила свой пыл и заняла выжидающую позицию, впрочем, не забывая лишний раз «случайно» зацепить меня то ногой, то рукой.

— Дела семейные решал, — я увлечённо нарезал сыр красивым шеф-ножом, которым любезно поделился Ребров. Закончив, я взял в руку получившийся сыртерброд и добавил:

— Не обошлось и без плетения интриг, вершения судеб и загадочных взглядов на балах!

— Эх, — разочарованно вздохнула Лиза. — Говорила же, надо было меня с собой брать!

— Главное, что гостинцев привёз! — промычал с набитым ртом Ложкин. — В остальном меня всё устраивает!

— Тебе лишь бы пожрать, — закатила глаза Громова. — Нет в тебе духа авантюризма!

— Пожалуй, — пожал плечами Антон, отправляя в бездонную пропасть, которую он по ошибке называл ртом, уже, наверное, десятый бутерброд. — Тут персик поледний, никто не хочет? Ну и отлично!

Я усмехнулся, наблюдая за довольными лицами студентов. Вино уже неплохо меня согрело, и даже тревожные мысли о грядущем балу отступили куда-то прочь, давая вовсю насладиться приятным вечером в компании хороших знакомых.

Облегчённо выдохнув, я впечатался в спинку дивана и откинул голову назад. Сверху на меня игриво посматривала хрустальная люстра, раскидывающая по потолку радужные блики. Оставалось только расслабиться и надеяться, что таких приятных вечеров в моей жизни скоро станет чуть больше.

Глава 22

Второй дом

Утро выдалось шумным: в окрестностях столичного аэровокзала иначе не бывает. Я неторопливо шёл к своей платформе, наслаждаясь свежим февральским воздухом. Ещё месяц, ну, может, полтора, и снег, наконец, растает, да явит этому бренному миру гору мусора, что люди накидали в него за зиму. Хотя… кто его знает, быть может, всё будет иначе?

Мимо меня спешно проносились раздражённые люди разной национальности, гружённые и налегке. Кто-то был доволен жизнью и шёл, улыбаясь, как я. Кто-то был недоволен мной, гуляющим по центральному проходу вокзала.

Я мог их понять, и даже пропустить мимо ушей пару нелестных отзывов, но делать с этим ничего не спешил. После вчерашнего вечера на душе была сплошная лёгкость и гармония, и никому, даже во-о-он тому ушлёпку, будто бы нарочно наступившему мне на ногу, не удалось бы испортить моё настроение.

Хотя, если уж честно, нервному усатому гаду это почти удалось, но ситуацию исправил Райден, громко каркнув ему в ухо, отчего прохожий взвизгнул, как настоящая девчонка и за малым не потерял и без того шаткое равновесие. Глядя на эту картину, я удовлетворённо вздохнул — снова на душе тишь да гладь, а впереди дорога приключений.

Райдена, как и ключи от багги, я забрал этим утром у Романова. К слову, наставник с вороном неплохо спелись — Сашка начал закармливать Райдена жареной курицей. Мне даже показалось, что от этой диеты малый чуток поднабрал. Впрочем, для семикилограммового ворона-мутанта из Уральской аномальной зоны, он всё ещё выглядел неплохо.

Причиной моего неторопливого шага и приподнятого настроения стал перенос рейса, на который я опоздал.

Знаете, как бывает? Вот надо тебе куда-нибудь, ты встаёшь и понимаешь, что второй тапок ну никак не найти? А без него зубы чистить не пойдёшь — полы-то в ванной холодные. И ты ищешь эту несчастную обувку по всей квартире, пока не махнёшь рукой. «Ладно, пойду в одном» — думаешь ты. И находишь второй прямо под умывальником, там, куда ты изначально и собирался идти.

И казалось бы, мелочь, но ты потерял время, а сегодня важное совещание, или ещё что-то там. И вот, ты уже вместо каши на завтрак ешь яйца, давишься скорлупой и, вытираешь слезинку с глаза полотенцем, на котором осталась маленькая частичка острого перца со вчерашней готовки.

И едешь на службу с красными глазами. Тебя тормозят сотрудники постовой службы и приглашают на освидетельствование, а то «чё это ты такой уставший и глаза как помидоры?». И в этот самый момент ты обречённо утыкаешься головой в руль и думаешь: «Ссаный тапок!».