Экстрасенс в СССР 3 (СИ) - Яманов Александр

Длинные полки, наполненные бобинами в картонных коробках и стопки кассет, подписанных женским почерком, подтверждали факт копирования.

Так вот, на чём делает деньги Паша! Директор использует вверенное ему оборудование для получения прибыли от продажи записей. Каждый крутится, как может, так что я директора не осуждаю. Раз государство не хочет получать за это деньги, то копированием и распространением занимаются энтузиасты и спекулянты.

Просмотрев перечень названий западных и отечественных исполнителей, выяснилось, что Паша — настоящий меломан. Рязанцев не просто копирует альбомы, а собирает сборники по темам и музыкальным направлениям. Танцевальная и поп-музыка отдельно, много западного рока, джаза и электронной музыки. Прямо предтеча сборника «Союз»!

Закончив осмотр студии, я обнаружил оборудование, отсутствующее на основном складе. Конечно, здесь снова попадались замены, но по цене всё сопоставимо.

Вернувшись на склад, я решил заняться инструментом, закупленным для будущего ВИА, как в дверь постучали. Судя по аккуратному стуку, это точно не директора.

Открыв дверь, я увидел на пороге симпатичную девушку. И сразу опознал в ней кассира, продававшего билеты в кино и на дискотеку.

— Здравствуйте, я Надя Рябцева. Работаю кассиршей и заодно бухгалтером в клубе, — сразу представилась она, — Мне сказали, что вы наш новый завхоз?

Судя по неуверенности и румяные на щеках, девушку явно ко мне подослали. Её мысли выдали Пашину причастность и их очень тесную связь как парня с девушкой.

— Надя, зовите меня Алексеем. И давайте лучше на ты, — в ответ девушка кивнула.

— Алексей, наверное, ты сейчас проверяешь перечень оборудования. Я пришла, чтобы всё показать и помочь разобраться.

Рябцева огласила официальную цель её визита, но за этой мишурой я обнаружил желание проследить за ревизией и, если потребуется, то запутать. Всё это делалось не со зла, а по просьбе Рязанцев. Сама кассир не особо хотела влезать в это дело, и скорее вынуждена подчиниться любимому. Кроме этого выяснилось, что все кассеты подписаны её рукой.

— Надя, давай так, если мне понадобится помощь или возникнут вопросы, я тебе сразу сообщу. А пока я буду разбираться во всём самостоятельно.

— Ладно, я сегодня до девяти в кассе, — сообщила девушка и выпорхнула из помещения.

Взглянув на часы, я обнаружил, что не заметил, как прошло четыре часа. Во время осмотра из зала сначала доносились звуки детской музыки, под которую скакал по сцене. Потом репертуар сменился, и я услышал гармонистов и балалаечников, разучивавших новую мелодию. Когда я прикрывал за кассиром дверь, репертуар поменялся третий раз, и сейчас в клубе вовсю распевался хор бабушек. Они пели «Ой мороз, мороз» и «Красную рябину».

Вернувшись к ревизии, я перешёл к противоположному ряду полок и начал перебирать музыкальные инструменты. Если судить по журналу, в нехитрых футлярах должны находиться две акустические и четыре электрогитары. Отдельно барабанная установка в полном комплекте и импортный синтезатор. Дополняли перечень усилители, стойки для микрофонов, сами микрофоны, толстенные мотки проводов со штекерами и всякая мелочёвка.

Визуально всё на месте. Подёргав футляры, я обнаружил они не пустые, но почувствовал, что-то здесь не так. Несоответствие реестру обнаружилось в первом же футляре, где должна была лежать новенькая бас-гитара. Нет, инструмент там действительно лежал, но не фабричное изделие чехословацкого производства, а что-то самодельное.

Проверив инвентарный номер, я обнаружил подмену. Сама гитара была сделана из дерева и фанеры. Правильно вырезанная и покрашенная, она всю необходимую фурнитуру, вход под штекер и натянутые струны. Но это не отменяло факта явного подлога.

Я не особо разбирался в электрогитарах, последний раз пробовал свои силы в студенческом ансамбле, на первом курсе медицинского института. В ценах на музыкальные инструменты времён СССР тоже плавал, но всё равно понимал, что поделка стоит намного дешевле фабричного изделия.

Проверив следующие три гитары, производства ГДР и ЧССР, я обнаружил то же самое. Все оригинальные инструменты заменены на искусные самоделки. Среди усилителей обнаружился только один на вид, готовый к работе. Подключив его к гитаре, я попытался немного побренчать. Тут же выяснил, если этот инструмент и пытались настраивать, то неудачно.

Только одна из двух акустических гитар оказалась новой. На месте второй лежал инструмент с двумя странами. Скорее всего, выброшенному кочующими цыганами из-за старости.

Проверив барабаны, я обнаружил древнюю установку. Судя по многочисленным повреждениям и внешнему виду, на ней играли долгие годы. А в самый большой барабан так часто долбили на похоронах, что наконец-то порвали.

Но самая неприятная находка ожидала меня в футляре синтезатора. Вместо дорогущего иностранного инструмента с клавишами там лежал жалкий муляж, буквально вырезанный из цельной доски, раскрашенный и покрытый лаком. На нём даже логотип правильно нарисовали, но подключать штекер питания в просверлённую дырку бессмысленно.

В коробках с микрофонами обнаружилось какое-то старьё. Стойки тоже были не родными, как и мотки проводов. Если бы инструмент осмотрела не вдававшаяся в детали председатель сельсовета Клюева, то она бы даже не заметила подмены.

Вывод один, Паша куда-то дел нормальные музыкальные инструменты и заменил их самодельными и дешёвыми репликами, которые, как я предполагал, сам и собрал в пристроенной к клубу мастерской.

А вот это уже конкретный залёт. Думаю, если сейчас привести сюда Жукова, Клюеву и участкового Панфилова, Павлику Рязанцеву не помогут отвертеться даже его авторитетные родственники.

Это будет грандиозный, но локальный скандал. Наверняка местные договорятся. Родня у Паши небедная, так что возместит за него все убытки. Что-то попросту спишут, но возникновение напряжения в селе неминуемо. К тому же, здесь по-прежнему числится парторг Романов. Сам мажор просто никто. Зато опасен тот, кому он сможет донести в случае раскрытия факта хищения. Как бы это не навредило колхозу и председателю Жукову.

Выходит, прямым путём идти не стоит. Но факт недостачи выявлен. Если правильно разыграть эту карту, то можно взять Пашу за горло. А пока нужно досконально всё уточнить.

В дверь снова постучали. На этот раз очень настойчиво пришлось открывать. Я ожидал увидеть раздражённого Рязанцева, а вместо этого встретился с надменным взглядом худрука Петухова.

— Я хочу помочь, — с ходу сообщил он.

Затем попытался протиснуться в щель, но я врос в проход как скала.

— Товарищ, я вам объяснил, мне не нужна помощь. Сам во всём разберусь.

— Хорошо, тогда дайте мне посмотреть, как хранятся инструменты. А то вдруг здесь сыро или мыши.

Худрук попытался найти другую причину проникнуть внутрь хранилища, но я остался непреклонен. Скорее всего, он знает про подмену или подозревает, что инструмент отсутствует. Если увидит подмену, наверняка поднимет шум. Слишком явно Иннокентий хочет сместить Пашу и буквально жаждет стать директора клуба.

Нет уж! Пока я не разберусь, планам худрука придётся подождать.

— Инструмент я визуально осмотрел, вроде всё в порядке. Здесь сухо, и судя по целой побелке на потолке, потолок не течёт. Грызунами тоже не пахнет. Мне пора продолжать осмотр, а вам товарищ лучше отойти, а то я могу случайно задеть ваш нос, когда захлопну дверь.

Отбрив надувшегося от обиды Петухова, я прикрыл дверь и сев за стол, составил список всех несоответствий. После этого ещё раз осмотрел сборник музыкальных записей, и кое-что фрагментарно послушал. Закончил после шести. Закрыв за собой дверь, я обнаружил пустой зал и приехавшего из Смоленска киномеханика, заносящего бочонки с киноплёнкой через чёрный ход. Познакомившись с мужиком, я немного ему помог и попросил показать, как всё устроено изнутри.

Оказалось, что киноаппарат в клубе свой. Киномеханик Володя приезжает пять раз в неделю из Смоленска и крутит те фильмы, что привёз с собой. Получается, по одному сеансу в будни и не более двух в выходные. А зрители зачастую узнают, что будут показывать только около кассы.