Возмездие (СИ) - Путилов Роман Феликсович

Через пять минут народ расселся по местам и радостно улыбаясь, ждали начала, ну я, на правах хозяина, встал и задвинул приветственную речь. Это было открытие клуба, нашей базы, нашей основы для дальнейшего развития. Эти два месяца, пока мы восстанавливали здание, ставшее нашим клубом и переделывая в спортзал здание гаража на шесть грузовиков, расположенного за зданием конторы, а также выбивали остатки банды Крота из центральной части левобережья, в столице шли дебаты о будущем «Зоны опережающего экономического развития». Старые экономические модели приказали долго жить. Социализм «с человеческим лицом» эволюционировал в «конвергенцию с Европейским союзом на основе традиционных европейских ценностей». Правда оказалось, что роль бывшей РСФСР состоит в том, чтобы содержать республики бывшего Союза и каяться, каяться, каяться. Каяться за колонизацию, за оккупацию, за конфискацию и национализацию. Социальные гарантии, предусмотренные Конституцией, очень быстро исчезали, растворяясь в вале экономических трудностей и «жестких законов рынка», ведь, как объяснили академики-юристы, Конституция страны перестала быть высшим законом прямого действия, а объем прав, обязанностей, гарантий и прочих юридических благоглупостей стали определяться законами и указами которые принимали люди непонятно как оказавшиеся в высших эшелонах власти. А когда восточно-сибирские и дальневосточные регионы возмутились и осуществили военный переворот на своей территории, закончившийся китайской оккупацией, у оставшейся части страны стало не хватать денег на выплаты своим бывшим согражданам, то политическая верхушка стала торговать тем, что у нее осталось, а именно, территорией, начав с Западной Сибири, позволив свободное заселение туда беженцев из южного пояса, охваченного новым и агрессивным течением старой религии — Учения небесного отца. Когда в ходе ползучего переселения народов, начался исход жителей сибирских городов за Урал, когда толпы беженцев заполонили крупные города западнее Уральских гор, генералы из Арбатского военного округа поняли, что политическое руководство страны заигралось и в ходе молниеносного военного переворота, вывели все три ветви высшей государственной власти к кремлевской стене, где всех политических деятелей быстренько и расстреляли, после чего похоронили в гигантской братской могиле у Кремлевской стены, тем более, что могила была не первой. Выселив международных беженцев из, так называемой национально-культурной автономии. Армия Славянской республики, чисто по инерции, вошла в северные области Южной республики, так как проживающие там многочисленные славяне были подвергнуты нападениям со стороны, изгнанных с севера, беженцев. А по прошествии шести месяцев с момента освобождения Западной Сибири и уходу китайских войск за Амур, генералы в Москве поняли, что надо что-то делать.

Генералы ничего не понимали в экономике и финансах, но они прекрасно понимали, что они ничего не понимают. Два крупных совещания в столице, где со всей страны собрались ведущие, обвешанные различными регалиями, экономисты ясности в видении пути движения страны не дали, лишь, напротив, все запутали.

Чрезвычайное заседание Высшего совета Обороны приняло чрезвычайное решение — выделить на территории страны «Особую территорию опережающих темпов развития.» и начать на этой территории грандиозный экономический эксперимент. В отличие от политических деятелей прошлого, которые творили смелые эксперименты над всей страной, не считая нужным задуматься о последствиях, под эксперимент была выделена территория бывшей национально-культурной автономии и фактически присоединенные к Славянской республики северные области южного соседа, так как с экономической точки зрения это была «Планета Шелесяка» из старого мультипликационного фильма — полезных ископаемых нет, населения почти нет, есть водные ресурсы и обширные территории при том, что земледелие на этих территориях было делом чрезвычайно рискованным. Конкретная программа экономических преобразований разработана не была, но среди генеральской тусовки победили те, кто считал, что свернув НЭП, Советский союз в начале тридцатых годов свернул не туда. Было решено дать максимально возможную экономическую свободу, свободное волеизъявление масс, при сохранении политического каркаса военного управления и минимальных социальных гарантиях, а на заклание был избран некий генерал-лейтенант, которому дали права наместника. Еще одну звезду на погоны и отправили в Сибирь, преобразовывать экономическую пустыню.

Новый наместник про НЭП читал мало, зато очень любил американские вестерны, из которых он вынес стойкое убеждение, позволяя населению территорий выбирать себе начальников, он снимает часть забот о благополучии этого самого населения, со своих генеральских плеч на плечи этого самого населения. Покрутившись в Городе, изучив из окна автомобиля местную разруху, генерал согласовал с Москвой десяток, по-военному кратких, указов, по которым он назначил на первое воскресенье декабря этого года выборы. Выбирать, на основе прямого избирательного права, предстояло глав поселений, его советников, в количестве четырех человек на каждого главу, которые должны были играть роль, канувших в небытие, депутатов, местных судей и начальников полиции. Себя же он видел неким федеральным маршалом, который имел право в любой момент разогнать эту местную выборную шантрапу и установить свое прямое правление.

Вот к этим выборам я, кроме как заниматься строительством клуба, интенсивно готовился, желая протолкнуть на максимальное количество постов только симпатичных лично мне людей.

Глава 23

Глава двадцать третья.

Славянская республика. Особая территория опережающих темпов развития. Город Н-ск. Сентябрь. Квартира Александра Иванова в обменном фонде.

Ретроспектива.

Аню я не дергал, вставал утром, делал себе кофе и пару бутербродов, тихо одевался и закрывал за собой дверь, делая вид, что верю, что девушка крепко спит. Не знаю, чем она занималась днем. Но к моему приходу со службы в доме было тихо прибрано и очень скучно. Меня кормили ужином, после чего Аня либо садилась в уголок со смартфоном, делая вид, что читает, либо ложилась спать, сославшись на то, что у нее болит голова. Когда я вглядывался в ее глаза, то видел в них только тоску безнадежно больного человека.

У меня, наверное, тоже было все хорошо. Случай с предотвращенным ограблением почтового фургона прогремел по всей стране, засветившись даже в центральной прессе, после чего, в кулуарах нашего управления связи начался большой скандал. Оказывается, что сопровождением перевозки денежных средств на выплату пенсий должно было целое подразделение, на которое было выделено бюджетное финансирование. Закуплены бронежилеты, оружие и даже специальные автомобили, но только комплектование подразделения закончилось приемом на работу начальника, заместителя и секретаря, а на специальных автомобилях ездили на загородные выезды и пьяные пострелушки по пустым бутылкам. В результате работы столичной комиссии два человека сели, руководитель службы связи региона был отправлен на заслуженный отдых в связи с достижением предельного возраста пребывания на службе, десяток человек получили гражданские иски о излишне выплаченных премиях за экономию фонда заработной платы, вместо обещанной медали мне вручили ведомственный знак «Почетный связист» и предложили уволиться по собственному желанию с выплатой трех месячных окладов.

В общем, в один из прекрасных осенних дней мы с Аней оба остались дома.

— Доброе утро! — я присел на край кровати, держа на весу два стакана свежезаваренного кофе: — Просыпайся, а то остынет.

— Сколько времени? — от подушки оторвалась всклокоченная голова.

— Десять часов.

— А ты что не на работе? — Аня откатилась к стене, осторожно взяла протянутую чашку, отпила небольшой глоток и замерла, глядя на меня поверх обреза чашки.