Клифт от Бриони. Дилогия (СИ) - Путилов Роман Феликсович

— Познакомьтесь… — продолжил, тем временем, председатель комиссии: — это…

— А мы знакомы. — я отзеркалил «варягам» акульей улыбочкой: — Здравствуйте, господа. Честно говоря, я весьма удивлен вашим желанием начать работу в нашей комиссии, и, в связи с чем у меня есть несколько вопросов…

Гости недоуменно уставились на председателя, что мол этот щенок здесь разтявкался? Мы, взрослые люди, вроде-бы, все уже порешали, что ты тут игру нам портишь?

Но председатель комиссии меня не прервал, покивал одобрительно и я продолжил:

— Наша работа имеет определенную специфику, наличия определенного опыта и склада ума. Тут люди работают видавшие виды… — товарищ подполковник приосанился и утвердительно кивнул, и я возобновил плетение словесных кружев:

— Тем более, с руководителями основных комиссий были вчера-позавчера разговоры, что необходимо ускорять оформление наших заключений, чтобы бюджет и эконмическое развитие города продолжались, не замедляясь ни на секунду. У нас тут каждый занят своим делом, рационально используя сильные стороны каждого члена комиссии, вас же господа с точки зрения способности к выявлению коррупционной составляющей мы совсем не знаем. Вы возьмете на себя проверку определенных вопросов к следующей сессии, и не уложитесь в сроки и что тогда. Поэтому я предлагаю уважаемым Егору Егоровичу и Максиму Абрамовичу дать вам, так сказать, проверочные задания. Справитесь хорошо и в срок — никаких возражений с моей стороны не будет, а если не справитесь…

— Молодой человек… — пожевал бледными губами: — Этот вопрос уже решен старшими…

— Человек средних лет, ваши слова напоминают мне разговор блатных, мол «старшие порешали», значит будем выполнять.

— Вы почему мне хамите!

— Да нет, это вы мне хамите. — оскалился я: — Прекрасно знаете мое имя отчество, но цедите здесь — «молодой человек». И сразу, отвечу на ваш невысказанный вопрос. Так получилось, что я сейчас являюсь координатором фракции большевиков в Городском совете на время болезни нашего шефа. А это, на минуточку, самая большая фракция. Поэтому обойти меня в этом вопросе не получится. А значит мы решили — выполняете задания и добро пожаловать в наш дружный коллектив. А вот, совершенно случайно, у меня и задания с собой.

Я для проформы показал бумаги моим шефам, дождался их одобрительных кивков, после чего подтолкнул листочки с текстом моим контрагентам, у которых, после прочтения документов сделался кислый вид. Одному поручалось выявить нарушения в договорах и взаимоотношениях мэрии с «дорожниками» по поводу ежегодного ремонта дорог, а второму на экспертизу передавались договора с частными автотранспортными предприятиями по поводу передачи в обслуживание пассажирских маршрутов на территории города. И там, и там коррупция во всех ее проявлениях буйно цвела и смрадно воняла, но озвучить ее вслух…

Город. Заречный район. Телефонная будка.

На мой пейджер пришло сообщение с просьбой перезвонить на номер телефона, который, судя по телефонному справочнику, принадлежал парикмахерской, расположенной в соседнем здании с Левобережным РУВД, что подсказывало мне. что меня срочно требуют на связь Брагин или Левин. Пришлось парковать машину у первых попавшихся на глаза телефонов автоматов и искать телефонную карточку. Мое постоянное сопровождение где-то потерялось на маршруте, возможно, убедившись, что я еду в сторону дома, уже снялись с моего «хвоста» и поехали по своим делам, так как, за время нашего взаимодействия с милицейской «наружкой» я не разу их не подводил.

— Привет… — раздался в трубке басок Давида: — нам бы с тобой поговорить, не по телефону…

— Вечером ко мне приезжайте. Только заходите с другой стороны дома…

— Поняли тебя, мы аккуратненько.

По дороге я заехал в магазин, купил для голодных мужиков две пачки пельменей, а для голодных собак два килограмма «обрези», на и пару бутылок водки, так как домашние запасы подходили к концу. По законам детективного жанра, «наружка» должна была указать в рапорте, что я жду гостей или у меня дома тайно проживает пара мужиков. Но я думаю. Что «наружники» уже сидят дома, отдыхая от трудов праведных в кругу своих семей.

Город. Заречный район. Бывшая квартира Маркиной.

Парни появились около десяти часов вечера, войдя в дом через противоположный от моего, подъезд и пройдя насквозь по чердаку. Крутой кипяток, вылитый из чайника в стоящую на плите кастрюлю, закипел практически мгновенно, а через десять минут я вылавливал из парящей кастрюли пельмени от «Сибирского сибарита».

Во время еды мы просто ели, пропустив по стопочке «для аппетита», к делам перешли после того, как парни, отдуваясь и перестегивая ремни, отвалились от стола.

— Ну давайте, рассказывайте, что случилось.

— Паша, тут такое дело… — Брагин переглянулся с Левиным, как будто нуждаясь в его поддержкие

— Витя, давай, не тяни, говори, как есть.

— Нас в Москву отправляют, на все лето, типа на учебу…

— А это не учеба будет? — насторожился я.

— Да нет, вроде бы учеба. Только ты сам понимаешь, что мы тебе в это время помогать не сможем…

По печальной мордахе Брагина я догадался, в чем главный смысл его печали…

— Парни, если вы насчет денег, то даже в голову не берите. Я как платил, так и собираюсь вам платить, так что провинциальными нищебродами вы в столице не будете. Давайте лучше выпьем за вас, чтобы у вас в Москве все нормально было. Да и возможно, я в мае сам в столице появлюсь, у нас, вроде бы намечаются что-то вроде каникул, и хочется немного развеяться. Надеюсь, что к тому времени все уже закончится, и я смогу взять с собой Ирину и скататься в Златоглавую, посмотреть, как похорошела Москва при Юрии Михайловиче. Только перед отъездом мне. вероятно, еще кое-какая помощь от вас потребуется, но там недолго, на несколько часов всего.

Обрадованные моим решением, мужики сразу повеселели, посидели еще минут сорок, для приличия, мол, не денег клянчить приходили, а посидеть, поболтать после чего поспешили откланяться, чтобы успеть до закрытия метро, благо, идти до конечной станции от моего дома было, от силы, минут десять. Я постоял у открытой двери, слушая, как что-то напевает себе под нос Давид Левин, после чего, улыбаясь, тщательно запер дверь. С появлением этого оперативника с лицом бандита в нашей теплой компании, Витька Брагин стал гораздо более серьезным и предсказуемым, да и бухать стал гораздо меньше. Да и приятно выполнить невысказанную просьбу товарищей. Для меня доплата парням — это копейки, а для них возможность вести вполне нормальную жизнь, не испытывая ежедневного унижения при виде пустого бумажника. Не мастак я высчитывать проценты, но в тех вершинах, которых я достиг заслуга этих, с виду, охламонов, весьма и весьма велика.

Город. Сердце Города. Здание мэрии. Кабинет Громова.

Я сидел за рабочим столом и бездумно рисовал чертиков и кружочки на клочке бумаги. Важные дела были переделаны, нужными делами я не мог заниматься, потому- что был, по-прежнему, в оперативной разработке — то и дело мне звонили мои знакомые и трагически понизив голос, сообщали, что мной «интересовались». Честно говоря, все эти пируэты вокруг моей личности меня уже начинали подбешивать. Может быть, ради смеха, написать в областное УВД требование, чтобы меня ознакомили с материалами моей разработки. Закон об оперативно-розыскной деятельности, принятый в прошлом году такое право разрабатываемого лица предусматривал. Чему я был несказанно поражен при его изучении. Потом уверен, что данную статью из него уберут, но пока вот так. Я представил, как забегают в областном УВД вовлеченные в мою разработку лица и захихикал. Правда я уверен, что мне ответят, что меня никто не разрабатывает, так как вряд ли кто-то обращался к областному прокурору за санкцией, но все равно, будет немного смешно. Н-да, пора заканчивать всю эту историю. Я каждый день старался пересечься с мэром в коридорах городской управы, внимательно вглядываясь в его лицо, но пока никаких болезненных признаков ухудшения состояния его организма не замечал. Тем не менее, поигрался в демиурга и вершителя человеческих судеб хватит. Необходимо изымать злополучное кресло из-под задницы градоправителя и утилизировать его, то есть кресло, чтобы заразу дальше не распространяло. Я вдруг зацепился за обрывок мысли, что кресло вовсе не несет в себе какого-то источника излучения, это все — цепочка редких случайностей и моя бурная фантазия. Что, на самом деле, наш мэр здоров и крепок, и совсем не чувствует себя плохо, а, напротив, пестует новые планы о том, как побыстрее расправиться с глупым депутатиком, возомнившим о себе слишком много. И тут меня накрыл приступ липкого ужаса. А если это правда? Я не готов воевать с могущественным градоначальником и его, практически безграничным, административным ресурсом. Я, в лучшем случае, потеряю все, сохранив только свободу, но, вероятность такого исхода слишком мала. Самым умным для меня будет сливать все свои активы за цену, которую дадут, а дадут совсем немного, гораздо дешевле, за половину цены, чем реально стоят все мои приобретения. И без оглядки бежать из города, желательно за Урал, где мэр меня не достанет, после чего начинать все сначала, стараясь сильно не высовываться.