Барон особого назначения 2 (СИ) - Щурский Евгений

— Что, понравился? — ехидно спросил у меня Илья. — Прости, мы с братом не из ваших.

— Не из тех, кто побеждает в поединках? — беззлобно ответил я. По телу разлилась приятная волна энергии, а в душе плескалась радость от того, что наконец-то будет повод отлупить мелкого грубияна по-взрослому.

Глава 23

Наставник

— Стой! — запыхавшийся Рогов опустился на одно колено и выставил блок: в последней серии атак Пруткова сразу два удара достигли своей цели, выведя моего товарища из игры.

— Видать, на юге у вас только языком чешут! — Иван рассмеялся, возвращая тренировочное оружие на стойку.

— То ли ещё будет… — прохрипел Дима, ковыляя в нашу сторону.

— Вам, ребята, нужна помощь? — спросила Виноградова, всё это время наблюдавшая за поединком.

— Было бы славно, — ответил Рогов, присаживаясь на край арены. — В боку сильно колет.

— Я, пожалуй, откажусь, — Иван развернулся на каблуках туфель и небрежно добавил:

— Настоящий мужик сам сможет обработать пару царапин.

— Не обращай внимания, — я легонько хлопнул Рогова по плечу. — Порядок?

— Фехтую я так себе, — парень виновато поджал губы. — Хоть ты не подведи, засмеют же.

Дима передал мне антимагический браслет, я взял тренировочный меч со стойки и вышел на арену к Илье. Он решил не рассыпаться в колкостях, просто кивнул и принял боевую стойку. Я кивнул в ответ и начал сближение.

Стиль боя Ивана был стремительным, грубым и напористым. Мне же достался тактик: Илья умело блокировал первую серию из трёх ударов и даже не стал поддаваться на уловку, которой я хотел выманить его на контратаку. Нападать он не торопился и играл от защиты, прощупывая мои слабые места. Хорошая тактика — парень весил килограмм на десять меньше меня и, вероятно, решил, что с выносливостью у него получше.

Что ж, посмотрим. Я начал серию атак в ломаном ритме. Простейшие удары, но замахи с задержкой, либо наоборот, слишком короткие, чтобы нанести серьёзный урон, но слишком быстрые, чтобы отбить. Один такой тычок в плечо Илья пропустил, после чего отбросил свои попытки контратаковать и ушёл в ещё более глухую оборону.

Плавно отходя, он развернул меня лицом к солнцу, пробивающемуся сквозь широкие окна под потолком, и, пользуясь моей ограниченной видимостью, пошёл в атаку. Удары как по учебнику, ритмичные, мощные, напористые. Я начал поддаваться, периодически отступая на пару шагов, напор противника усилился.

К моей радости, противник заигрался и стал втупую повторять ротацию — удары следовали в строгом порядке, видать, решил, что со мной уже всё кончено. На третий круг повторений я сместил клинок противника в сторону, с силой толкнул его корпусом и сразу добил подсечкой. Прутков с грохотом упал на спину, но меч из рук не выпустил. Правда, это ему не помогло — моё оружие уже упиралось в его горло.

— Всё.

— Что всё? — переспросил я.

— Сдаюсь я, сдаюсь, — прохрипел Илья. — Хорошо ты меня подловил, для баронского сынка.

— Впредь постарайся подбирать выражения, — я присел на корточки и говорил максимально холодным тоном. — Иначе узнаешь, на что действительно способен баронский сынок.

Не дожидаясь ответа, я поднялся на ноги и протянул руку противнику. Как и ожидалось, помощь он не принял, кое-как поднявшись на ноги самостоятельно.

— Виноградова, подлечишь?

— Пусть тебя настоящий мужчина лечит, — кивнула Арина в сторону Ивана, — я вам не девочка на побегушках.

— Так значит, ты за них? — безэмоционально пробормотал Илья.

— Я за тех, кто ведёт себя прилично с остальными студентами! — Виноградова хмыкнула и подошла ко мне. — Как ты, Ян?

— Порядок, — улыбнулся я. — Не ссорилась бы ты с Прутковыми из-за нас?

— А кто сказал, что это из-за вас? — девушка пожала плечами. — Просто не люблю выскочек.

— Второй твой поединок, на котором мне довелось побывать! — Громова присела рядом со мной и Роговым. — Признайся, на проигрышные специально меня не приглашаешь?

— Признаться, без тебя я в поединки не ввязываюсь, — усмехнулся я.

— Так всё ради благородной дамы? — Виноградова расплылась в мечтательной улыбке.

— Палками помахали? — к моей великой радости, неловкий разговор прервался появлением Мельника. — Давайте, ребята, покажу вам, как проходит физическая подготовка у нас в академии?

Признаться, я рассчитывал, что дружеский поединок сгладит шероховатости в общении с Прутковыми, но как-то не получилось. Несмотря на то что бой вышел вничью, косых взглядов я с Роговым начал ловить ещё больше. На Диму братья начали посматривать свысока, а на меня то ли с раздражением, то ли с завистью. Оставалось лишь надеяться, что это со временем пройдёт. Впрочем, волновало меня это не сильно. Навалять одному из них у меня получилось, а значит, при необходимости справлюсь снова.

Потратив ещё пару часов на бег, занятия с тренажёрами и прочими спортивными снарядами, все мы порядком утомились. До ужина оставалось ещё пара часов, которые мы провели в башне Искры. Разве что Лиза решила задержаться в библиотеке, а за ней увязалась и Арина.

К вечеру в наших рядах прибавилось ещё трое: парень представился Петром, а девушек звали Маргарита и Настя. Пётр оказался не очень общительным, чему я был несказанно рад, а девчонки отправились в женскую спальню, до ужина я их не видел.

К вечеру пришёл Мельник, приведя к нам ещё двух парней. Они были безродными, так что почти сразу влились в группу Прутковых. Меня настораживало это разделение по социальным группам внутри потока. Я видел подобное раньше, и крайне редко такие шероховатости положительно влияли на продуктивность коллектива. Хотя… не обязательно же всё должно закончиться плохо?

Ужин был вкусным. Количество народа в столовой утроилось, стало шумно, но от этого атмосфера уюта и волшебства почему-то только расцветала, наполняя этот огромный зал жизнью. За столом общались в основном новички. Братья, всегда сидящие чуть поодаль от основного коллектива, обзавелись новыми друзьями, но всё равно выглядели смурнее тучи.

— Ян, друг мой сердечный, — Мельник куда-то отходил и только-только вернулся, — ты покушал?

— Да, — ответил я, вытирая руки салфеткой, — а что?

Парень наклонился поближе и тихо шепнул мне на ухо:

— Тебя вызывают к куратору. И ректор тоже там.

— Проводишь?

— Конечно!

Наскоро распрощавшись с ребятами, я пошёл за Мельником. Гадать, почему меня вызвали, я даже не пытался. Многовато было возможных причин.

— Разрешите войти? — спросил я через дверь после короткого стука.

— Входите! — из кабинета донёсся строгий голос Романовой.

Внутри помещение было довольно узким, но длинным. В конце этого жутковатого «коридора» располагался массивный дубовый стол, за которым сидела Романова. В кресле напротив неё расположилась Распутина, в воздухе витал терпкий аромат кофе.

— Присаживайтесь, Ян Борисович, — Распутина кивнула на кресло рядом со своим. — Как вам академия?

— Впечатляет, Венера Викторовна, — честно ответил я, — сразу чувствуешь себя частью чего-то большего.

— Стараемся, — ректор тепло улыбнулась и отхлебнула кофе из кружки. — Не буду затягивать. Есть ряд вопросов, которые нам троим нужно обсудить. Уделите нам время?

— К вашим услугам.

— Отлично, — Распутина поправила тонкие прямоугольные очки на носу, — во-первых, госпожа Романова доложила нам о возможной заинтересованности Культа Первородных в вашей персоне. Спешу заверить, что благодаря системе магического подавления, расположенной по всей территории академии и её дворовых окрестностей, без ведома ректора либо ограниченного количества людей, надёжно связанных пактом крови, магию применить не выйдет даже у сильнейших магов мира сего. Можете попробовать сами!

— Поверю на слово, — улыбнулся я. На самом деле, эту особенность к вечеру заметили почти все учащиеся — каналы были будто закупорены, а источник мирно дремал.

— Разумеется, у нас есть подземные зоны, предназначенные для магических тренировок, — продолжала Распутина, — но даже они работают с ограничениями магии пространственного перемещения и только после того, как студент получит разрешение на тренировку.