Теперь она навёрстывала недостаток калорий и сладкого в организме, жадно запивая медовую лепёшку полпивом[2] и глотая едва прожёванные куски сыра. Настоятель терпеливо ждал, пока она утолит первый голод и сможет говорить.
— Химия там серьёзная, как и охрана, — не совсем разборчиво произнесла она, наконец. — Во двор пройти мне не удалось. Все телеги разгружают сразу за воротами, а двор так устроен, что даже знакомые возницы почти ничего в нём рассмотреть не могут, сараи и плетни весь вид заслоняют.
Ашот кивнул, подтверждая, что согласен с её наблюдениями.
— Так что ты меня правильно повал, дяденька Ашот! — сказала девочка, макая очередной кусок лепёшки в варенье. — Мой нюх не проведёшь!
И она гордо задрала носик.
— Я знаю, Воробушек! — ласково улыбнувшись, сказал Следак. — Потому и оторвал тебя от учёбы в Школе. Из-за твоего волшебного носика и знания химии. Итак?
— Загибай пальцы! — потребовала она. — Купоросное масло там делают. И алюмокалиевые квасцы. Получают глюкозный сироп, спирт и уксус.
— Пять производств, — поднял сжатый кулак Ашот. — Но про них мы знали.
— Ещё оттуда пахнет молотым известняком, негашеной и гашеной известью. А также мочевиной, аммиаком и карбидом.
— Погоди, мочевину считать? И известняк?
— Нет, наверное… — протянула девочка, подумав. — Их туда привозят, так что исключаем. Девять получается? Ещё там карбидную горелку используют, у неё характерный запах[3].
— Хм… А вот это интересно. Нашатыря и карбида сын Хирама не покупал. Зато химик, работающий на нашего противника, умеет их получать. Как и ацетон.
— Ацетоном оттуда тоже пахнет. — подумав, ответила она. — И лаком. Не нашим, другим… когда смолу в ацетоне растворяют.
— Наш клиент! — довольно потёр ладони Проникающий-в-суть-вещей. — Будем брать!
— Я не всё назвала! — остановила его воробушек. — Там размалывают уголь и серу. И производят дымный порох.
— Тогда стоит подождать, — тут же передумал бывший следователь. — Не приведи боги, порох взорвётся, и этот химик погибнет. Я себе этого не прощу. Он очень Русе нужен.
— Может, выманить его как-то? — задала вопрос девочка. — Но и это не всё. Он как-то окисляет аммиак до азотной кислоты, я характерный запах «лисьего хвоста»[4] учуяла.
— Так мы же об этом знали, разве нет? — удивился Ашот.
— Нет! — отрицательно покачала головой «нюхачка». — Мы знали, что он делает это где-то. Но он не должен был делать этого здесь!
— Погоди! А почему?
— Здесь слишком мало людей, чтобы получать нужные ему количества селитры. Если, конечно, применять старые способы Русы. А для нового синтеза сыну Хирама нужна платина. Много платины.
— Да-а, загадка… — протянул тот. — Русе будет интересно. Надо брать этого химика, срочно брать! Ладно, подумаю, как выманить его из норы.
* * *
[2] Полпивом называли очень слабое пиво, крепостью не более двух градусов. Такой напиток очень хорошо утолял жажду и вместе с тем от него было трудно захмелеть.
[3] Вообще-то, все справочники и учебники химии утверждают, что чистый ацетилен запаха не имеет. Однако в ацетилене, получаемом из карбида кальция, обязательно присутствуют примеси фосфина, действительно придающие ему характерный запах.
[4] Лисьим хвостом называют остатки оксидов азота, а точнее — оксида азота (IV), за характерный рыжевато-коричневый цвет.
* * *
— Голубятен в городе дюжина и одна сверху, да ещё пять штук в пригороде, — докладывал десятник Гиппократ. — Но таких, чтобы часто голубей с почтой принимали и отправляли, всего пять и все — внутри городской стены. Одна при царском наместнике, другая — государственная, она для контор поменьше. Они и сообщения купцов передают, и даже от люда попроще, им всё равно, лишь бы платили! Первая на сторону работать не рискнёт, здешняя тайная служба слишком хороша. А во второй слишком много постороннего народа рядом, велик риск, что кто-нибудь подсмотрит передачу драгоценностей. Так что это не они.
Полусотник Кимон, которому и доверили поиск и захват Эуфемиоса-Доброжелателя, кивнул, подтверждая, что услышал и согласен.
— Ещё есть голубятни Армянского Делового дома, Делового Дома Внуков Энкиду и купца Клеона Многокорабельного.
— Это может быть любой из них! — подумав, решил полусотник. — Деловые Дома вполне способны принимать чьи-то ценности за долю в них и хранить это в тайне. А купец может делать это как за деньги, так и из страха.
— Это так. Поэтому мы попросили отправить голубя Доброжелателю и заново проследить всю цепочку. В Тир полетел рыжий голубь, и именно такая птица сегодня прилетела сегодня к Клеону. Но дальше сообщение не пошло.
— Думаешь, наш Доброжелатель явится за ним лично?
— Или так, или пришлёт доверенное лицо, за которым мы проследим! — уверенно ответил десятник.
А Кимон только поморщился, он помнил, что их противник — опытный шпион, годами успешно скрывавшийся от розыска.
* * *
— Пожа-а-ар! Гори-им! — разнеслось в ночи.
Заспанные и наспех одетые люди один за другим быстро стали выскакивать на улицу, равнодушным не остался никто. Оно и понятно, какие бы у вас ни были отношения с соседями, но огонь — общий противник, не щадящий никого. Наиболее актуально это в тесноте городов. Или вы задавите его всем миром, или пожар уничтожит целые кварталы.
Особенно много людей выскочило из двора Пигмалиона, сына Хирама-химика, соседствовавшего с домом погорельца. Они быстро встроились со своими вёдрами в цепочку людей, передающих воду и заливавших огонь.
Сам толстяк трудиться не стал, но активно распоряжался, ободряя своих людей. А неподалёку от него Ашот приметил парочку здоровяков, которые тоже не принимали участия в тушении пожара, зато внимательно присматривали за объектом и окружающими. Стояли они подальше от света, что группе захвата было только на руку.
— Давай! — распорядился он, и в охранников улетела пара специальных стрел с тупыми наконечниками. Убить такими сложно, а вот оглушить, а при удаче, и лишить сознания — запросто! Правый громила рухнул на землю без звука, а вот второй остался стоять.
— Ещё!
Следующая стрела сработала как надо, и второй охранник тоже упал.
— Работаем!
Невысокий жилистый мужчина самой неприметной внешности скользнул в темноту. Удара резиновой дубинки Ашот не увидел, но упал и толстяк-химик. Убедившись, что из-за суматохи никто на это не обратил внимания, следующую команду Следак отдал жестом.
Химика оттащили подальше, связали, засунули кляп в рот и запихнули в поджидающую повозку, которая тут же поехала подальше от опасного места. Чуть позже на другую повозку загрузили и связанных охранников.
«Мало ли, вдруг что полезное знают!» — решил про себя Ашот. — «А на подворье мы уже с городской стражей заявимся. Утром, реагируя на жалобу о пропаже хозяина дома».
* * *
Ильдар выходил с территории порта, весело насвистывая. Переговоры с посланником царя Таксила прошли успешно, тот настолько заинтересовался возможностью получить придворного химика, почти равного по способностям легендарному Русе Еркату, что гарантировал им обоим полную безопасность и новую жизнь. А в голубятне Клеона он получил очередное шифрованное письмо и парочку крупных жемчужин, пришедших за время его отсутствия.
Удара дубинкой по голове он почувствовать не успел.
* * *
Статы с прошлой главы не изменились.
Глава 22
«Превратности судьбы»
