Массерия посмотрел на меня, глаза его сузились, а голос зазвучал неожиданно спокойно:
— Я хочу, чтобы ты убрал его, — сказал он. — Убил Рэйну. Быстро, чисто, без свидетелей.
Я замер. Вот оно — тот самый приказ, с которого началась Кастелламарская война. Это будет объявление войны. Джо-босс наверняка попытается поставить над семьей Рэйна своего человека, как уже сделал с Д'Аквилла, но на этот раз у него ничего не выйдет. Он только сам толкнет их в объятия Маранцано.
То есть война начнется раньше. А я еще столько не успел сделать…
Но отказаться все равно нельзя. Отказ — это смерть, Массерия не стерпит. Особенно в таком вопросе.
Я сделал глубокий вдох, выдохнул и спросил:
— Когда?
— Как можно скорее, — ответил Массерия. — Я дам тебе неделю, но не больше. Каждый день, пока Рэйна жив, он работает на Маранцано. Каждый день — это угроза мне. И тебе тоже, не зря же он так упрямо пытался тебяубить.
— Хорошо, — кивнул я. — Я сделаю это.
— Чисто, — подчеркнул Массерия. — Мне не нужно, чтобы в газетах стали кричать о гангстерских войнах. Пусть это будет несчастный случай, пусть его собьет машина. Или случайный грабитель его застрелит. Но нельзя, чтобы следы вели ко мне.
Да, точно. Он хочет убрать предателя, но не желает портить отношения с его семьей. И думает, что сможет поставить над ними своего человека.
Планов у меня на этот случай пока не было, так что придется импровизировать. Но кое-какая идея уже складывается в голове. Но действовать в этот раз придется самому, не привлекая ни Сигела, на Лански.
— Понял, — сказал я. — Будет сделано в лучшем виде.
Массерия откинулся на спинку стула, он явно расслабился. Наполнил бокал, допил.
— Хорошо, — сказал он. — Я знал, что могу на тебя положиться, Чарли. Ты умный. Ты понимаешь, что к чему.
Он посмотрел на меня еще раз, и сказал:
— Когда все будет сделано, я тебя вознагражу. Ты получишь часть территории Рэйна, Бронкс.
— Дела со льдом? — спросил я напрямую.
Его лицо дернулось, но он смог удержаться и сказал:
— Нет. Но дам кое-что равноценное.
Понятно. Конкретного ничего не сказал, а на самое прибыльное он уже нашел человека. Или решил прикарманить его сам.
— Спасибо, Джо, — сказал я.
Он покивал, после чего сказал:
— Ступай. У тебя есть работа, неделя времени. Не подведи меня, Чарли.
— Не подведу, — ответил я, поднялся на ноги и двинулся на выход из ресторана.
Охранники Массерии курили на улице, Паппалардо стоял у свежевыкрашенной стены, оперевшись на нее. Увидев меня, он спросил:
— Что он хотел?
— Поговорили, — ответил я, протянул руку. — Пушку.
Стив медленно, будто нехотя, вытащил пистолет из-за спины и протянул мне. Я проверил магазин, даже затвор оттянул, после чего убрал оружие в кобуру.
— О чем поговорили? — спросил он.
— Не твое дело, Стив, — сказал я.
Паппалардо помрачнел. Посмотрел на меня тяжелым взглядом, после чего сказал:
— Ну-ну. Пошли, парни.
Они побросали сигареты прямо на тротуар и отправились внутрь. Я же пошел ловить такси.
Началось. Все-таки началось. И это значит, что мне придется пробежаться по лезвию ножа, чтобы все сработало так, как я хочу.
Жаль, что времени не хватило на все, но ладно. Я успел сделать большую часть из того, что хотел. Если все пройдет так, как мне надо, то Массерию скоро можно будет списывать со счетов.
Но мне надо быть очень осторожным, чтобы не лечь в землю рядом с ним.
Набережные Челны, 2026 г.
