Чума на оба ваших дома (СИ) - Распопов Дмитрий Викторович

— Здесь нам достаточно будет дробилок и измельчителей, почти таких же какие работают на шахте по добыче квасцов в Тольфа, — объяснил ему я, — я попрошу приехать оттуда парочку инженеров, и они за месяц организуют здесь ровно такие же, а потом и на других шахтах.

— Хорошо, — он не сдавался, — где вы хотите потом обрабатывать этот получившийся порошок?

— У себя, на заводе в Аликанте, — охотно ответил я ему, заставив закашляться.

— Простите синьор Иньиго за мою назойливость, — он осторожно посмотрел на меня, — но как порошок отсюда, попадёт в Аликанте? Это вроде бы даже не в Кастилии?

— Вы удивитесь, мастер Нанни, но по воздуху, — улыбнулся я, поскольку на решение этой задачи, как доставить с гор порошок из руды, ушла большая часть ночи, помимо рисования чертежей шахты.

Видя, как его лицо начинает краснеть от злости, я над ним сжалился.

— На самом деле, решение просто, — улыбнулся я, показывая ему на последние два листа, которые он держал в руке, — это канатная дорога, по которой мешки с порошковой рудой будут спускаться вниз, через промежуточные станции. Натяжение и движение канатного троса, мы обеспечим силой лошадей, которые будут крутить барабан и помогут нам передвигать его вместе с закреплёнными на нём мешками.

Мастер Нанни схватился за рисунки и несколько минут их внимательно рассматривал, прежде чем вернуться в разговор со мной.

— И вы думаете, что это будет работать? — единственное, что он спросил, смотря на меня со священным ужасом в глазах.

— Для этого мне вы и нужны, самый лучший горный флорентийский инженер, — просто ответил я, заставив его схватиться за голову и закачаться на стуле.

— Не переживайте так мастер, — попытался успокоить его я, — позовём сюда больше шахтёров, ремесленников, дадим достойную плату и увидите, как эта шахта преобразится.

— Последний вопрос, синьор Иньиго, — он отчаянным взглядом посмотрел на меня, — за какой срок вы хотите, чтобы я всё это сделал.

— Как можно быстрее, — обрадовал его я, вставая из-за стола и проходя мимо, похлопал его по плечу, — я пока прогуляюсь, а вы подумайте, я верю в вас!

Оставив угнетённого свалившимся на него объёмом задач мастера печалиться вместе с главой шахтёров, я вышел на улицу и пошёл к конюшне вместе с Бернардом, и только там, вдали от всех, позволил себе вволю посмеяться.

Видя, как я веселюсь, швейцарец скептически заметил.

— Вы уверены Иньиго, что это всё заработает?

— Ещё как Бернард, — улыбнулся я ему, вспоминая тот ужас и ошеломление, которое было написано на лице флорентийца, озадаченного мной новыми методами добычи руды, которых здесь ещё не изобрели, да к тому же думать над неизвестной канатной дорогой, также в этом веке ещё отсутствующей, как класс.

— Ну после того, как вы его едва не повесили, — улыбнулся и он, — думаю он будет более осторожен в выборе слов, когда будет вспоминать вас в своих вечерних молитвах.

Его шутка насмешила меня ещё сильнее, и я залился ещё, видя к тому же, как не понимая моего веселья, хмуриться Бернард.

— Идите лучше потренируйтесь, сеньор Иньиго, — наконец он не выдержал и показал в сторону разыскивающего меня мастера Гвидо, поскольку было время для нашей утренней тренировки.

— Ох, всё веселье мне обломал, — вытирая слёзы, вздохнул я, натягивая на себя спокойный и деловитый вид, — ладно, пойду я, сегодня начинается серия уроков с мечом и плащом, пригодиться мне в уличной драке.

— Такими темпами, как вы заводите врагов, — Бернард покачал головой, — обязательно пригодится.

— Гвидо! — закричал я, показывая молодому парню, где я, и пошёл ему навстречу, чтобы и правда немного развлечься. Всё же всю ночь просидеть, решая, как лучше и качественнее добывать серебро, а также обеспечить всю логистику этого процесса, заставляло меня всё время зевать, так что быстрый поединок, на пределе моих сил, определённо мог меня развеять.

Глава 29

1 августа 1462 A . D ., район Рио-Тинто, Андалусия, королевство Кастилии и Леона

Когда есть понимание, воля и главное ресурсы для реализации цели, невозможное становится реальностью. Вот и в этот раз, несмотря на крайний скептицизм мастер Нанни, что мы сможем реализовать хотя бы часть из того, что я запланировал, первым делом сделали то, что было проще всего — канатную дорогу. И под потрясёнными взглядами людей, корзины, наполненные камнями, в качестве пробного веса, поползли вниз, на первую станцию, где они перевешивались на второй канат.

Из-за того, что стальных тросов у меня по понятным причинам не было, расстояние и главное переносимый вес с помощью толстых корабельных канатов пришлось ограничивать, но тем не менее это точно было быстрее, чем спускать руду вручную или на ослах. Показав таким образом, что мои чертежи и придумки работают, остальное уже реализовывали хотя бы без ворчания и нытья. Это я конечно говорю про мастера Нанни, который ещё долго не верил в то, что хотя бы что-то из мной нарисованного не то, что заработает, но хотя бы может быть реализовано в реальные конструкции.

Вторым для него потрясением стала новая опорная система для поддержки стен и потолка шахт, а также длинные кожаные рукава для поддержания хоть какой-то вентиляции в крайне стеснённых условиях, в которых работали шахтёры. Дополнив их нормальным освещением, пусть и с помощью более дорогих масляных фонарей, чем те лампадки, которые они использовали на своих налобниках, я получил в своё распоряжение крайне лояльных ко мне шахтёров. Работа которых из-за моих нововведений сильно упростилась, а главное стала безопасной. За эти месяцы, что я был здесь, у нас не произошло ни одного обвала.

И да, пусть до дробилки и измельчителя дело пока не дошло, на всё просто не хватало рук и времени, но уже сейчас становилось понятно, что выполняя всё, что было запланировано, конечных намеченных целей достичь было можно.

Так что я отправил в ближайшие деревни клич, о том, что требуются наёмные руки, которым готовы хорошо платить, то уже через пару недель, работа в шахтёрском посёлке закипела так, что вскоре я получил первую корзину долгожданной порошковой руды, пусть и ручного помола. Опустив руку, я пропустил сквозь пальцы то, что вскоре станет серебром и повернулся к Бернарду.

— Как только подготовят хотя бы четыре мешка с порошковой рудой, ты возвращаешься в Аликанте. Я дам тебе бумаги, передашь их сеньору Леону Баттиста Альберти, он уже должен к этому времени сделать нам корпуса будущего производства, а имея мои записки и первоначальный продукт, он дальше уже сам поймёт, что и в каком цеху лучше будет организовать. Полные производственные цепочки я ему также прописал.

Швейцарец кивнул.

— А вы Иньиго? — только поинтересовался он у меня.

— Дождусь окончания работ здесь и приезда флорентийцев из Тольфа, — ответил я, — и поеду с мастером Нанни и мастером Педро, к следующей шахте.

— Вы будете контролировать стройку везде? — удивился он.

Я отрицательно покачал головой.

— Нет, только осмотрю шахты и проконтролирую, что начальные работы были начаты. Со всем остальным справится дальше мастер Нанни, который попросил выписать ему больше помощников из Флоренции. Так что я дождусь, когда все приедут, осмотрю рудники и шахтёрские городки, а затем вернусь сначала в Сеговию, договорюсь там, чтобы мои партнёры обеспечили логистику руды до ближайших портов, а потом приеду к тебе в Аликанте, чтобы убедиться, что весь процесс работает и серебро наконец выплавляется.

— Хорошо, я всё понял Иньиго, — поблагодарил меня швейцарец за подробный ответ, — с вами тогда останутся, как обычно Ханс и Фабио.

— Да, хорошо, что ты напомнил об охране, нужно будет также сказать Хуану Пачеко, чтобы добавил своих людей, а то я уже кучу денег вбухал только в эту шахту, и не хотелось бы чтобы кто-то напал и растащил тут всё.

— Когда мне выезжать? — поинтересовался у меня Бернард.