Калгари 88. Том 14 (СИ) - "Arladaar"

— Вот, решил тоже ходить, помню, что просил тебя, — смущенно сказал горнолыжник.

— Скажи, растяжка у тебя на каком уровне? — спросила Арина.

— На более-менее хорошем, — заявил Некрасов и сел на шпагат легко и просто.

— Это самое главное! — заявила Арина и хлопнула в ладоши. — Ребята! Встаём к шведской стенке, разминаемся аттитюдами.

Для самой Арины это лёгкое занятие продолжительностью всего час, служило как своего рода заминка перед выходными, она сбрасывала нагрузку, в расчёте, что в воскресенье не будет заниматься вообще. И это ей очень сильно помогало, даже психологически. Занималась с ребятами с большим увлечением, видела, как многие открывают новые грани своих возможностей, а первая красавица класса Малькова даже записалась в студию бального танца.

Позанимались плодотворно. После занятия распрощались и отправились по домам. Неделя оказалась завершена.

… Отлично оказалась завершена неделя и для Владислава Сергеевича Левковцева и Виктории Анатольевны Дайнеко. В субботу, после коротких программ, их ученики Горинский и Савосин шли на втором месте и четвёртом месте, при этом выдав относительно чистые прокаты. Первым был Гурманов, третьим Горшков из Свердловска. Однако в воскресенье, после произвольных программ, расклад поменялся. Гурманов и Горшков исполнили произвольные программы с ошибками, что дало возможность Горинскому и Савосину завоевать золотую и бронзовую медали. Серебро было у Гурманова. Горшков закончил четвёртым. Медали в мужском одиночном катании среди мастеров спорта — это сильно, пусть это даже медали чемпионата водокачки.

Владислав Сергеевич стоял, глядя на пьедестал, и незаметно смахивал набегающую слезу. Таких стартов со своими спортсменами он не помнил никогда, если, конечно, не брать в расчёт Хмельницкую. Сейчас абсолютно все поехавшие на соревнования ученики оказались с медалями и призами. Для него, на первый взгляд, это было какое-то чудо, хотя, конечно же, если хорошо поразмыслить, никакого чуда не было. Ведь он же сам с Викторией половину лета и половину осени каждый день с ребятами ставил программы, накатывал их, учил прыжки сначала на удочке, а потом и так, без страховки. Конечно, и роль Виктории была очень значимой: второй тренер очень сильно помогла в подготовке. Да и сам Горинский, который так и продолжал работать на полставки помощником тренера, тоже очень способствовал подготовке всей команды.

Виктория Анатольевна Дайнеко тоже подавляла подступающие слёзы, смотря на сменяющие друг друга составы спортсменов на пьедесталах, и везде были их воспитанники. Она была очень и очень рада, что судьба устроила так, что она пришла работать в эту замечательную секцию фигурного катания в глубокой провинции. Пусть не получилось остаться на работе в Москве, пусть здесь живёт пока ещё в служебном жилье от комитета по физкультуре и спорту, однако работа… Работа ей не только нравилась, она буквально жила ей все эти 3 месяца, и наконец она воплотилась в положительный результат. А уж если говорить про спортивную пару, так это можно сказать, её проект, реализованный от начала и до конца… Ставила с ребятами элементы, скатывала на первых порах…

— Ничего, Вика, всё будет хорошо, это только начало! — сказал Левковцев и приобнял второго тренера. — Я рад, что так всё сложилось, сейчас с этими ребятами можно немного расслабиться. Следующий всесоюзный старт у нас будет не скоро. Сейчас надо сосредоточиться на Хмельницкой.

Пожалуй, это было верное решение…

Глава 33

Золото и оперный театр

После занятия по хореографии всю тёплую компанию у школы поджидали Макс, Сашка и Стас. Одеты по уличному, похоже, приготовились к прогулке.

— Ну что вы так долго? — недовольно спросил Стасик.

— А ты разве не на тренировке? — с удивлением спросила Арина.

— У нас сегодня облегченный вариант! — заявил будущий папаня. — И вообще! Мы сегодня на дело идём!

— Какое ещё дело? — с подозрением спросила Арина и огляделась.

Время уже почти 18 часов, вечерело, в девятиэтажках зажглись огни. Правда, погода стояла хорошая, тепло не по-октябрьски, поэтому вечер казался тихим и каким-то уютным, несмотря на почти голые деревья в аллее и груды листьев под ногами.

— Ты про золото забыла? — спросила Анька. — Мы договорились, что сегодня будет экспедиция! А ты от коллектива отдаляешься!

— Ладно, фиг с вами! — махнула рукой Арина, чувствуя, что от этой сумасбродной компании просто так не отделаешься, а на самотёк такие дела пускать не стоит. Едва отговорила их от лазания по деревьям, они теперь в телефонную станцию захотели лезть…

Вся компания, как будто прогуливаясь, прошла по кварталу и очутилась на его окраине, как раз около АТС. Если в середине района народ ещё был, то здесь никого. Вечереет. Солнце скатилось за дальние горы. Тишь и глушь.

Женька Некрасов очутился в очень двусмысленном положении: конечно, если бы не сестра, полез бы со всеми, но как поступить в данной ситуации? Ребёнка тащить с собой не хотелось, поступил как ответственный брат.

— Мы, наверное, здесь постоим. Да, Настюшка? — спросил Некрасов у сестры.

Настя пожала плечами. Она в поисках золота не участвовала, а куда-то лезть в неведомую хтонь, по-видимому, тоже не хотелось.

— Стойте здесь, следите за атасом! — заявила Анька. — Меньше народа, больше кислорода.

На этот раз компания подготовилась более тщательно: у каждого был фонарик, кроме Арины! Поэтому уверенно пролезли через дыру в ограде, подошли к подвальному окну, ещё раз убедились, что оно открыто, так как отсутствует шпингалет, и сначала Стас, потом вся компания спустилась внутрь.

Сразу же зажгли фонарики и огляделись. Ничего примечательного тут не было: стоят гудящие шкафы с красными и зелёными лампочками, бетонный пол, бетонные стены с проходящими по ним трубами, в которых кабели. К сожалению, выхода из этого подвального помещения не было: железная дверь была закрыта на замок с наружной стороны. Идти оказалось некуда, так же как и смотреть не на что. Похоже, обычная электрощитовая.

— Во, а это что такое? — с удивлением спросил Стас и посветил фонариком в самый угол помещения.

Там находилась яма с торчащим из неё электродвигателем, прикрученным к железной конструкции. К яме с двух сторон подходили небольшие бетонные каналы, проходящие вдоль стен, а из ямы вверх поднималась стальная труба. По-видимому, сюда весной сбегались грунтовые воды, а из ямы их откачивали насосом по мере необходимости. Стас подошёл к яме и заглянул внутрь. Сейчас она была сухая. На дне скопились какие-то тряпки, щепки, мусор, в общем, всякая дрянь. Вся компания сгруппировалась вокруг этой ямы, тщательно подсвечивая её фонариками. Глубиной она была примерно с метр, на самом дне находился погружной насос, сейчас сухой.

— Это на уровне верхнего свода тоннеля! — неожиданно сказал Макс.

Стас нашёл стоящую в углу палку с привязанной метёлкой, подошёл к яме, сел на колени и стал шурудить, разгребая мусор и битые кирпичи. Попытка последней надежды найти золото! Арина готова была рассмеяться от происходящего оксюморона, однако Стас неожиданно вскрикнул.

— Смотрите! Я монету нашёл!

Осторожно спустившись в яму, Стас покопался и протянул наверх кругляш, который сейчас был весь в иле и грязи. Макс взял у брата кругляш, платком тщательно очистил его от грязи и удивлённо подкинул в руке: действительно, это была золотая монета! В свете фонарей тускло блеснул яркий жёлтый металл.

— Золото! — восторженно прошептала Анька. — Ищи ещё!

Стас тщательно перерыл дно ямы, но больше монет не нашёл. Дно было не бетонированное, а представляло собой смесь из битого кирпича, кусков бетона и штукатурки. Очевидно, что здесь как раз находился фундамент старого взорванного завода. Каким-то чудом одна из монет оказалась здесь. Наверное, лежала бы до скончания века, если Стас не принялся шурудить лежащие на дне ямы камни.

Стас более тщательно принялся рыться в яме и нашёл несколько старинных трёхгранных кованых в кузнице гвоздей, ржавую подкову и какой-то продолговатый предмет, про который Макс сказал, что это затвор от винтовки-трёхлинейки. Но потом находки прекратились: ниже лежали большие каменные блоки, которые никак не вытащить и не поднять. Больше искать тут было нечего. Друзья один с другим выбрались на улицу и воровской походкой, озираясь по сторонам, направились к дыре в заборе, у которой прохаживались Некрасовы. Потом пошли на лавочку в ближайшую аллейку, разглядывать свои трофеи. Стас выглядел героем.