- Ну, показывайте, что тут у вас?
Первым делом его подвели к четырёхмоторному гиганту, который с 1926-го года разрабатывался как «транспортный с возможностями ночного бомбардировщика». Выслушав от конструктора самолёта (это был тот самый Туполев) о своих мытарствах, связанных с двигателями:
- …Вообще-то мы рассчитывали на 800-сильные « Packard» 1A-2500 или хотя бы на 600-сильные « Curtiss Conqueror», но…
Не дослушав, Сталин раздражённо махнул рукой – как отрезал:
- У Вас конструкторский зуд, товарищ Туполев. У государства нет средств, чтобы удовлетворять ваши прихоти.
Затем, его интерес вызвал разведчик Поликарпова Р-5, который только готовился к производству. Заметив антенну, он удивился:
- На самолёте имеется радио?
И по стремянке полез в кабину…
Кулик тут как тут:
- Это ближний разведчик и корректировщик огня артиллерии, товарищ Сталин. Ему без радио никак нельзя…
И с чисто солдафонским юмором пошутил:
- …Ведь с земли голос лётчика-наблюдателя не услышишь, как бы тот не старался. И тот тоже не услышит своего командира, находящегося на наземном наблюдательном пункте.
Однако не приняв его шутливого тона, Вождь прицепился как репей к заднице и стал пытать своего Наркома обороны про возможности самолётной радиостанции 13С112 и способы её применения. Тот не особенно был силён в теме и поэтому пришлось найти специалиста для удовлетворения сталинского любопытства.
Наконец Вождь «отвял» насчёт радио:
- Когда лётчики слышат друг друга в бою и своего командира, находящегося на земле – это очень хорошо и даже…
Подняв указательный палец вверх, ленинскими словами:
- …АРХИВАЖНО!!!
Настроение Сталина заметно поднялось… Но всё-таки его звериная сущность дала о себе знать и он «какнул» ложку дёгтя.
Похлопав по фюзеляжу биплана - скорее утвердил факт, чем спросил у находящегося рядом конструктора:
- Дерево?
Николай Николаевич Поликарпов ответил:
- Смешанная конструкция, товарищ Сталин. Фанера, перкаль и…
Тот не дав договорить, передразнил:
- «Фанера, перкаль»… Всё одно – дерево!
Затем, недовольно покачал головой:
- Дерево и радиостанция. Прям, как у Бальзака – «Блеск и нищета».
И обратясь к Кулику с Барановым, вопросил ехидно:
- С кем воевать на этих «деревяшках» собрались, товарищи? С капиталистическим окружением? Или с африканскими зулусами?
Подошедший чуть позже Киров, прошипел подколодной змеёй:
- Нехорошо, товарищи! Очень нехорошо.
И осуждающе покачав головой, отошёл в сторонку…
Наконец Вождя подвели к новейшему истребителю И-5, готовящемуся встать на вооружение и Баранов с гордостью перечислив характеристики:
- Вот, товарищ Сталин!
Тот обойдя вокруг самолёта, забравшись на любезно подставленную стремянку заглянул в кабину пилота и обернувшись на Кулика с Барановым, недоумённо спросил:
- А где радиостанция, товарищи?
Те переглянувшись:
- Товарищ Сталин! Это – истребитель и ему не полагается радио.
Тот, ещё больше недоумевая:
- А как командиру управлять боем истребителей?
Чуя неладное, Кулик «прикинулся ветошью» и промолчал, а Баранов – как оправдывая свою фамилию, охотно проблеял:
- Эволюциями самолета.
Сталину бросилась в лицо кровь:
- ЧТО?! «Эволюциями самолета»?! Вы хоть сами понимаете, что несёте?
Он подозвал ошивающегося неподалёку военного с командармскими нашивками, и:
- Товарищ Будённый! Как командир руководит в бою подчинёнными?
Тот недоумевающе пожав плечами:
- Голосом, товарищ Сталин.
- Продемонстрируйте, будьте так добры!
Семёна Михайловича долго упрашивать не надо было, он как заорёт во всю свою лужённую как тульский самовар глотку:
- Эскадрон, к бою! Пики в руку, шашки - вон! В атаку рысью размашистой – но не раскидистой, марш, марш…!
И излишне увлёкшись, как гаркнет – аж вороны с деревьев посыпались и воробьи с крыш:
- …РУБИ КОНТРУ!!!
Морщась поковырявшись в ухе мизинцем, Сталин спросил:
- Слышали, товарищ Баранов?
Тот, отходя от контузии:
- Слышал, товарищ Сталин.
- А теперь садитесь в свой «истребитель», взлетайте и повторите то же самое «эволюциями самолета»!
Тот, покраснев как галстук пионерки, застигнутый пионервожатым пионерлагеря под пионером:
- Я не умею летать, товарищ Сталин.
Тот с удивлением на него глядя:
- И сколько лет Вы занимаете должность Начальника Управления ВВС?
- С двадцать четвёртого года…
Вождь с безнадёгой махнул рукой, мол что с тобой – недоумком разговаривать:
- За шесть с лишним лет, даже обезьяна уже бы давно выучилась.
За исключением захихикавшего Калинина, конечно, члены Политбюро сурово набычились. А товарищ Киров оценивающе глянул на потенциального «клиента» своего заведения на Лубянке.
Потеряв всякий интерес к Начальнику ВВС, Сталин обратившись главным образом к Наркому обороны:
- Боевые самолёты без радио, Красной Армии не нужны! Слышали, товарищ Кулик?
- Слышал, товарищ Сталин.
В отчаянии, Начальник ВВС попытался было сослаться на «передовой заграничный опыт»:
- Товарищ Сталин! У французского «Потеза» тоже нет радио…
Подойдя вплотную, Вождь окинул его взглядом с головы до ног:
- Это – печаль французов. А советские самолёты должны(!) иметь радиостанцию.
И не попрощавшись, направился к своей машине. За ним – члены Политбюро.
Проводив кавалькаду чёрных «членовозов» взглядом, Нарком обороны спросил у Начальника ВВС РККА:
- Слышал, товарищ Баранов?
- Слышал, товарищ Кулик…
(От автора:
Из статьи А. А. Туржанского «Во главе Советской авиации» в сборнике «Реввоенсовет нас в бой зовет» — М., Воениздат, 1967, с. 186—187.
«В 1931 г. меня назначили командиром авиабригады Научно-испытательного института ВВС. В середине июня 1931 главком ВВС П. И. Баранов сообщил мне, что в ближайшие дни Центральный аэродром посетят члены Политбюро во главе со Сталиным и будут знакомиться с авиационной техникой.
Самолеты я выставил на юго-восточной окраине аэродрома: истребители И-4, И-5, французский «Потез», чешский «Авиа», далее разведчики, легкие бомбардировщики Р-5, тяжелый бомбардировщик ТБ-1.
Около полудня на аэродром въехала вереница автомашин. Гости пешком двинулись к самолетам. Ворошилов приказал сопровождать всех и давать необходимые пояснения.
Я предложил осмотреть сначала самолет И-5. Сталин по стремянке поднялся в кабину, выслушал мои пояснения и вдруг спросил:
— А где здесь радио?
— На истребителях его еще нет.
— Как же вы управляете воздушным боем?
— Эволюциями самолета.
— Это никуда не годится!
На выручку поспешил инженер по радиооборудованию. Он доложил, что опытный экземпляр рации имеется, но проходит пока лабораторные испытания. Сталин сердито взглянул на Орджоникидзе и Баранова, потом повернулся ко мне.
— Показывайте дальше!
Следующим был французский самолет «Потез».
— А у французов есть радио? — поинтересовался Сталин.
Мой ответ был отрицательным.
— Вот как! — удивился он. — Но нам все равно нужно иметь радио на истребителях. И раньше их.
Затем мы подошли к самолету Р-5. Сталин опять спросил:
— Здесь тоже нет радио?
Я отвечал, что на этом самолете имеется рация. Если угодно, то можно поднять самолет в воздух, и тогда гости могут с земли вести разговор с экипажем.
