– Мальчик, оплачиваем проезд, – напомнила мне дородная женщина с висящими на груди рулончиками билетов.
– Проездной, – я привычным движением сунул руку в карман, извлекая первый попавшийся документ.
Женщина устало отвела глаза, потеряв ко мне интерес.
– Э, да это же не месячный, он комсомольский показывает, – встрял сидящий рядом с контролершей скандального вида мужичок в вязаной шапочке с олимпийской эмблемой.
– Ой, точно! – тетка осуждающе уставилась на меня, набирая в легкие воздух.
Я, играя на публику, недоуменно уставился на зажатый в руке документ.
– Извините, пожалуйста, совсем заучился, – сокрушенно произнес я, доставая настоящий проездной.
На этот раз кондуктор решила его внимательно изучить.
– А здесь написано, что служебный? – подозрительно глядя на меня, протянула женщина.
Ну, да, проездной выписывают на конкретный маршрут, а у меня «вездеход» – могу бесплатно ездить на любом. Это мне в редакции выдали – такая вот льгота для члена коллектива. Да, у меня есть мотоцикл, но не ездить же на нем в булочную, например. Нашим людям такое не полагается. Да и зимой, признаться, не очень комфортно получается. Как ни закрывайся от ветра, а он в любую щелочку пробирается, поэтому я своего коня поставил в стойло. Если выезжать зимой, то только в крайнем случае, например, если комендант попросит.
Пришлось доставать удостоверение корреспондента. Провожаемый настороженным взглядом повелительницы пассажирского салона, вышел на остановке, с недоумением оглянулся. Где это я? В глазах плыло, не давая толком сосредоточиться на местности. Кое‑как сумел определить, что нахожусь в самом центре – у универмага.
Что‑то мне как‑то резко совсем плохо стало. Отошел в сторону от толпящихся на остановке людей. Меня шатнуло, так что пришлось схватился за ствол растущей рядом лиственницы. Нагнувшись, выплеснул на газон содержимое желудка. Только сейчас понял, что голова буквально пульсирует болью.
– Нажрался уже, – проворчал солидного вида мужик с портфелем в руке и сплюнул, – Совсем молодежь распоясалась.
– Студент, наверно, – визгливо подключилась к обличению пропащего юношества, дамочка бальзаковского возраста, – А уже алкоголик.
Я почувствовал, как меня кто‑то придерживает за локоть, скосил глаза – милиционер. Служивый приблизил лицо ко мне, втянул носом воздух.
– Да нет, не пахнет от него, – но все же спросил, – Пил?
– Плохо мне, – пробормотал я.
– Давай скорую вызову, – предложил представитель порядка.
– Не надо, мне бы домой, я рядом живу.
– Рядом, это где? – новый вопрос.
– В общежитии напротив музея, – мне чуть полегчало, по крайней мере, перед глазами уже не плавали багровые пятна.
– Документы есть? – опять задал вопрос милиционер.
– Правый верхний карман, – ответил я, почувствовав, как в куртку залезла чужая рука.
– Ага, студент, внештатный корреспондент, прописан, ага.
Он там что, все мои бумаги подряд читает?
– Ну, давай помогу дойти, мне как раз в эту же сторону, – предложил правоохранитель.
Я только плечами пожал, хочет человек пособить, не отказываться же.
– Буду безмерно признателен, – прохрипел я в ответ.
* * *
[1] «Крылья, ноги и хвосты» – рисованный мультипликационный фильм, снятый в 1985 году режиссерами И. Ковалевым и А. Татарским[1] по одноименной сказке Альберта Иванова и ставший культовым, несмотря на всего 3‑минутную продолжительность
Еще больше бесплатных книг на https://www.litmir.club/
Глава 10
Робин Гуд колымского пошиба
Утром еле встал, во рту будто кошки из всего квартала гадить ходили, еще и сушняк такой, словно вот‑вот сейчас рассыплюсь, как та мумия, что три тысячи лет в раскаленной пустыне пролежала. Кое‑как нашарил на столе чайник и припал губами прямо к носику. В три глотка выхлебал содержимое, чувствуя, вот оживаю с каждой новой каплей воды. Посидел, приходя в себя, да начал собираться. Даже не знаю, как сегодня учиться буду – ощущение, словно вчера не только перепил, но еще и капитально перенапрягся, мышцы ноют, посмотрел – пальцы мелко трясутся, карандаш выпадает. Совсем я плохой стал.
Вчера так и заявился в общагу в обнимку с ментом, шли словно закадычные собутыльники. Встреченные студенты провожали нашу пару озадаченными взглядами. Звягину попались, тот встревожился:
– Сашка, что случилось?
А я ответить толком не могу. Хорошо, милиционер его успокоил, объяснил, что мне плохо. Вдвоем завели меня в комнату, уложили на постель. Комендант сгонял в свою комнату за обезболивающим и активированным углем. Наверное, когда услышал, что я блевал на улице, решил, что траванулся.
Немножко размялся, с охами и вздохами сделал сильно сокращенную пятиминутную зарядку, да пошел себя в порядок приводить. У меня санузел персональный. Ну, да, так получилось. Дело в том, что в общаге подвал на две половины разделен. Из‑за того, что здание на склоне стоит, в одной половине цоколя окна есть, как на первом этаже. Там никто не живет – площадь под всякие вспомогательные нужды используется. Получается, что с одной стороны в доме шесть этажей, с другой пять.
С торца как раз один из входов расположен, еще там раздевалка вахтеров, бытовка уборщицы, кабинет коменданта. На «чистой» же половине выдается постельное белье, одеяла и все такое.
Вторая часть подвала – моя вотчина. Окон здесь в помещениях нет, отсутствуют даже световые колодцы. Не нужны они – при обильном снегопаде все равно занесет полностью, а потом вся растаявшая вода побежит внутрь. В моем хозяйстве имеется мастерская, которую я зову кандейка, бытовка с рабочей одеждой, склад материалов, несколько комнат завалены старой мебелью из той, что еще более‑менее, разобранными панцирными кроватями, а также самым разным хламом, который прижимистому Звягину жалко выбросить.
Несколько комнат пустует, одну из них, попрохладнее, я приспособил под личную кладовую. Храню там продукты, даже стеллаж для них сколотил. А еще мои предшественники оборудовали в подвале небольшой санузел, причем тут у меня вместо чаши, над которой надо на корточках сидеть, вполне цивильный унитаз.
Душ тоже отличный, главное, не нужно его ни с кем делить. Более того, у меня даже ванна есть. Понятия не имею, как ее туда затащили, но она имеется, так что могу вечерком поваляться в горячей водичке. Помещение чистенькое, стенки и пол дешевеньким белым кафелем отделаны. В общем, куда цивильнее получилось, чем наверху, только унитаз и ванна находятся на высоком возвышении. Я по утрам в подвал хожу умываться, чтобы не толпиться в очереди. У меня тут все необходимое, включая зубную пасту и щетку, мочалку, мыло. На днях купил ГДР‑овский шампунь «Табак» – здоровенный пластиковый баллон белого цвета, напоминающий 76‑мм снаряд в натуральную величину. На год одному хватит, если не на два. Пахнет, кстати, приятно. В той же очереди урвал пару кусков мыла «Консул» и детский шампунь «Кря‑Кря», тоже две бутылки – жуткий дефицит. Брал не себе – передам для мальчишек с оказией.
Спустился по лестнице, включил душ прохладный и завис под ним, только лицо задрал и воду глотаю. Что‑что, а вода в Магадане из крана течет отличная, вкусная. Хотя я в таком состоянии, что любой готов нахлебаться, хоть из лужи, как братец Иванушка. Тоже, наверное, с утра головушка была не месте, вот и не послушался сестрицу Аленушку. Козлом стал в результате. Хотя, как послушаешь иных дам, так всем мужчинам без исключения даже пить ничего не надо – с рождения такие. Совершенно не разделяю это мнение, ошибочное оно, как минимум по отношению ко мне.
